Чужая зона - Алексей Наст

Посмотрев на задумчивого «угря», Александра вспомнила удивление Зужева, когда он увидел на экране ноутбука фрагмент какой-то карты. У неё возник соблазн вновь вывести её изображение и понаблюдать за реакцией Зужева. Что-то его тогда взволновало. Но что?

Александра ещё раз взглянула на думающего майора и отказалась от этой мысли, – показать карту Зужеву она всегда успеет. А вдруг это ключ к разгадке многочисленных тайн, связанных с подозрительной возней вокруг секретного проекта.

Выключив ноутбук, она устроилась в кресле поудобнее и попыталась подремать. Рокот винтов мерно убаюкивал, но не расслаблял – организм уже почувствовал резкую перемену климата, и стало проявляться лёгкое недомогание. Только этого ей не хватало!..

Вертолёты приземлились на утоптанном, чистом от травы поле военного аэродрома, вокруг которого нависала плотная стена тропического леса. Среди дощатых построек стояли вышки охраны. Там и тут яркими пирамидами били по глазам жёлтые бочки с горючим. Темнокожие ангольские военные, неестественно громко крича и жестикулируя, суетливо принялись за заправку вертолётов.

Поисковики вышли поразмяться.

Александра покрутила шеей – недомогание, в виде ломоты и лёгкой головной боли, не проходило. Конечно, заболеешь тут, когда всего двое суток назад она была в морозной Москве, а теперь прогуливается по военному аэродрому у южной границы Конго и вокруг мерзкие мухи и липкая духота.

Капитаны, держась особнячком, весело болтали, то и дело сотрясая округу взрывами хохота.

– В чём причина веселья? – подошла к ним Александра.

– Начальство соскучилось по подчинённым, – продолжая посмеиваться, пояснил Загин, оборачиваясь к Александре.

Купчик заявил серьёзным голосом:

– Товарищ майор, мы не сразу подошли к вам после высадки, так как поняли, что идёт интенсивный процесс осмысления накопленного материала. Боялись помешать.

– Ладно заливать, – не поверила Александра. – Вы рады, что я вас не трогаю.

– А чего? Найдём аппарат, тогда и будем мозгами бурлить, – сказал Петя.

– Любопытно будет посмотреть. Кстати, я установила настоящую причину самоубийства Салеева.

– Опять? – Петя скривил физиономию. – В прошлый раз это было из-за женщины. А теперь?

– Да ну вас, – притворно оскорбилась Александра.

Оставив капитанов, Александра вернулась в свой вертолёт. Это даже лучше, что капитаны пока самоустранились от ведения расследования, подумала она. То есть они ещё не видят связи между самоубийством Салеева и рухнувшим аппаратом, и это Александре на руку – глядя на их беспечность, никто не заподозрит следственную группу в проведении дознания уже во время поисков, никто не будет мешать, даже если есть в чьей-то голове такая мысль.

И пока идёт поиск, у неё есть время хорошенько разобраться в подоплёке с аварией аппарата.

Завершив скорую заправку, «Оборотни» сорвались с поля и помчались на север, нависая над самыми макушками деревьев. Путь был не близкий. Расположившись в салоне как можно удобнее, поисковики принялись за еду, запивая ее из фляжек очищенной, хлорированной водой. Вкус пойла (водой это назвать язык не поворачивался) был отвратительный, но Александра уговаривала себя, что теперь экстремальная ситуация, поэтому надо отбросить внутреннее: «Нравится – не нравится». Довольствуйся малым и будь в хорошей эмоциональной форме.

Стена леса под вертолётами вдруг оборвалась, и зияющим чёрным провалом прорезалась река. «Оборотни» повернули на восток и снова летели на низкой высоте, почти касаясь верхушек деревьев.

Александра вновь попыталась задремать.

– Касаи! – заорал Зужев.

Она очнулась, приникла к иллюминатору. Пролетали над ещё одной рекой, уже более широкой, с пойменными зарослями высокой и густой травы по берегам.

– Как думаете, бегемоты здесь есть? – обращаясь к Александре, спросил Зужев.

– Не знаю, – пожала она плечами. Странные вопросы «угорь» задаёт, удивилась Александра. Пытается «подружиться»?

И снова внизу стелилось зелёное море тропических лесов.

– Вот мы и в Республике Конго, – сказал Зужев.

– А пограничная зона? Охрана?

– Какая? Здесь надо опасаться повстанцев. Но думаю, из таких плотных зарослей обстрелять нас они не в состоянии.

– А откуда стало известно о заброшенном аэродроме повстанцев?

– Повстанцев с аэродрома выбили ангольцы. Отсюда их вертолёты облетали подконтрольный сектор. Когда наш МИД сделал запрос, аэродром освободили специально для нас.

– Куда же американцы смотрели? Упустили такой плацдарм!

Зужев пожал плечами, давая понять, что вопрос не в его компетенции, но ответил глубокомысленно, глядя в иллюминатор:

– Где-то их дипломатия на высоте, где-то наша.

– Так это сектор ответственности ангольского контингента?

– Да.

– Повстанцы здесь не орудуют?

– Не уверен.

– Но их не стоит опасаться?

– Не стоит, но быть начеку надо!

«Оборотни» довольно долго мчались над лесным морем, так что Александра опять пыталась задремать. Очнуться её заставил резкий крен – вертолёты, ложась набок, «рухнули» в провал леса, сжимавшего реку, и пошли над самой водой.

– Лулуа, – коротко пояснил Зужев. – Уже скоро.

От близкой воды воздух наполнился неимоверной влажностью. Зужев откатил дверь вертолёта, и в салон ворвался горячий воздух.

– Наверное, хороша водичка! Искупаться бы!

Поляна брошенного аэродрома возникла внезапно. Большое пространство на берегу было свободно от леса, и среди высокой травы стояли обширные навесы на высоких шестиметровых столбах. «Оборотни» пошли на посадку.

Первым на конголезскую землю спрыгнул Зужев. Он быстро огляделся и громко, перекрикивая рокот двигателей, скомандовал выгрузку.

Двигатели смолкли, только свистели вращающиеся по инерции винты. На землю полетели рюкзаки. Зужев с Александрой и командиром спецотряда, майором Князевым, направились к «хитрым» сооружениям, представлявшим «инфраструктуру» аэродрома.

Навесы, покоящиеся на толстых стволах, были обширны по площади. Потолки их были сплетены из тонких жердин, а кровлю заменяли связанные в снопы охапки длинных травяных стеблей.

– Это все удобства? – произнёс вопросительно Князев, задирая голову и глядя в потолок. – Здесь, наверное, всякой дряни полным-полно.

– Какой? – насторожилась Александра.

– Змей, Муравьёв, ядовитых пауков, многоножек.

Она неуверенно огляделась.

Видя её замешательство, Зужев усмехнулся:

– Слушайте его больше. Он большой шутник. Вроде ваших капитанов.

Эта тирада Александру не убедила. Ей даже показалось, что она слышит, как насекомая и пресмыкающаяся жизнь шуршит в травянистой кровле.

– Мне кажется, товарищ Князев прав.

– Ерунда. Дрянь мы выведем. Спать будете спокойно, – уверенно заявил Зужев и пошел дальше. Теперь он был уверен в себе и совсем не походил на вёрткого «угря». – А вот и горючее, – обрадовался он «находке».

Под дальним навесом, значительно меньшего размера, укрытые маскировочной сетью, стояли бочки с авиакеросином.

Александра увидела, как один из подопечных Князева установил портативную радиостанцию и, вытянув тонкую длинную антенну, приник к наушникам.

– Выходить в эфир мы не можем, но слушать обязаны, – пояснил Князев. – Ситуация в любую минуту может измениться.

– Как измениться?

– Передадут что-нибудь важное или совсем отменят приказ о поиске.

– Об этом ничего не говорили, – заметила Александра.

– Вам не говорили.

Князев ушёл к Зужеву. Александра задумчиво посмотрела ему вслед – что-то не то он говорит. Если бы существовала возможность отмены приказа, предупредили бы всех. Какую игру ведёт Князев? Чью, самое главное? Александра была более чем уверена, что разные организации, которые представляли здесь поисковики, единые в общей цели, вместе с тем преследовали каждая свою личную выгоду. ФСБ, военные, НИИ. Кто ещё? Когда найдут аппарат, все сразу снимут маски и каждый начнёт тянуть одеяло на себя. Одни добиваются больших ассигнований из бюджета, другие большего проникновения в проект и, на этом основании, больших ассигнований из бюджета для себя, третьи – большей степени засекречивания, чтобы бесконтрольно расхищать выделенные из бюджета средства. И только они, следователи ОСУ, должны бесстрастно определить причину падения аппарата и составить окончательный отчёт. Но опять же, этим отчётом тоже воспользуется начальство в своих служебно-корыстных целях. Обороноспособность страны, конечно, принималась в расчёт, но уже после удовлетворения личных и ведомственных амбиций.

Александра ещё раз взглянула на «слухача», прилежно вслушивавшегося в эфир, и, хмыкнув, пошла к капитанам. Те бросили рюкзаки в тенёк и, обливаясь липким потом, жадно отхлёбывали по очереди из фляжки, отчего потели ещё больше.

– Жалуйся, Александра Сергеевна, – разрешил Ваня Купчик.