Чужая зона - Алексей Наст

Александра ещё раз взглянула на «слухача», прилежно вслушивавшегося в эфир, и, хмыкнув, пошла к капитанам. Те бросили рюкзаки в тенёк и, обливаясь липким потом, жадно отхлёбывали по очереди из фляжки, отчего потели ещё больше.

– Жалуйся, Александра Сергеевна, – разрешил Ваня Купчик.

– Интриганы.

– Мы? – Он удивился.

– Нет. Весь этот сброд. Советую не расслабляться.

– Что-то интересное? – поинтересовался Загин.

– Много чего, Петя. Я уверена, что Салеев застрелился из-за своих ошибок в расчётах полётного задания. Мы здесь по его милости.

– Ещё.

– Ещё, мне кажется, очень многие пытаются извлечь выгоду из падения аппарата. Будьте начеку, как велел мне Зужев. Вон Князев, этот супербоевик, начал мудрить – намекнул на возможность отмены приказа о поиске.

– А что, не могут отменить? Может, пока мы сюда добирались, американцы уже давно обнаружили аппарат, упаковали и погрузили на борт какого-нибудь своего линкора. Ау-ау, в Штаты. Так чего тогда нам здесь высиживать?

– Понимаю тебя. Но нас не предупреждали о возможности прекращения поиска. А Князев расплывчато заметил, что только нас (меня и вас) не предупреждали.

– По-моему, ты себя накручиваешь, Александра.

– Не думаю. Лучше как следует присматривайте за «головастиками» Шелушевым и Бароном. Они могут попытаться скрыть истинную причину аварии.

– Зачем?

– Если провал испытаний произошел из-за неверных расчётов, то у них тоже может быть рыльце в пушку.

– Ну, ты, начальник, всех на подозрение взяла. Так нельзя, – попытался шутить Загин.

– Попей водички, – миролюбиво протянул ей фляжку Петя.

– Потерплю.

В нависшей тишине Зужев захлопал в ладоши, привлекая внимание:

– Прошу внимания! Сейчас проведём обработку вот этого сарая. – Он кивнул на большой навес. – Потом ужин и отбой. Завтра на рассвете мой вертолёт обследует северные квадраты от Лулуа, а вертолёт майора Князева – южные. Майор Андреева и два бойца останутся в лагере. Это всё.

Бойцы из спецотряда обкопали навес по диаметру, протянули какие-то проволоки и дали электрический импульс. В течение десяти минут из снопов потолка, из подстилки в предсмертных конвульсиях выбрасывались змеи, жабы и прочая живность. Потом канавку заполнили ядовитым, остро пахнущим раствором – за ночь ни одна тварь не решится пробраться под навес, кроме летающих кровососов, конечно. Последней предосторожностью было устройство гамаков – на земле спать не стали.

Сумерки спускались быстро, наполняясь писком москитов. Наскоро поужинав, улеглись спать. Александре в гамаке было крайне неудобно – голова и ноги были на одном уровне, а тело прогибалось. От мази против насекомых всё тело чесалось. Камуфляж пропитался потом, и тело Александры каждой клеточкой протестовало против такой африканской экзотики. Хотелось пить, но она знала, что от этого вспотеет ещё больше.

Час проходил за часом, а прохлада не наступала.

Александра никак не могла уснуть, как, впрочем, и все поисковики – то и дело кто-то зло матерился, ворочаясь в своих неудобных гамаках.

Александра проснулась, когда вокруг вовсю суетились бойцы – к вертолётам катили бочки с горючим, у реки горели костры – готовился сытный завтрак. Она почувствовала вкусный запах варёной говядины и, что было приятнее всего (до неё только сейчас дошло), было прохладно.

Солнце чуть закрасило красными лучами верхушки леса. Земля за ночь успела остыть, а с реки тянуло холодной влагой. Благодать. Вот при такой температуре приятно порассуждать об африканском тепле.

К её гамаку подошёл пышущий свежестью Зужев – он уже успел умыться и побриться на берегу реки.

– Проснулись? С добрым утром.

– Спасибо. – Александра попыталась подняться и тут же почувствовала, как затекла спина от неудобной позы. Благодушие разом растворилось. Она вылезла из гамака в скверном настроении – опять Африка, опять насекомые и изматывающая жара.

– Умойтесь. Это хорошо освежает.

– Так и сделаю.

– Вы помните, что лагерь остаётся на вас? Я уже дал указание бойцам. Вам просто нужно будет проследить, чтобы Саврасов приготовил ужин на всех, а бойцы, часам к семи вечера, приготовили новые бочки с горючим – вертолёты заправим ночью, чтобы с утра не возиться.

– Думаете, сегодня объект не найдёте?

– Объект? – Зужев усмехнулся новому обозначению. – Думаю, не найдём. По-моему, аппарат в горах. Но раз приказано начинать поиски отсюда, значит, отсюда. Князев оставляет вам своего связиста.

– Вот как. – Александра заинтересовалась. – Он ждёт, что отменят поиски?

Зужев пожал плечами:

– Он не уточнял. Но уверен, что нам передадут сообщение.

– Открытым текстом?

– Вы меня удивляете, товарищ майор! Конечно, кодом. У вас есть коды?

– Есть.

– И у нас есть. И у Князева свои коды.

– Понятно.

На берегу Александра не спеша умылась. Вода была чистая, но полна всяких букашек.

Александра посмотрела на макушки деревьев – птицы, тревожно крича, перелетали с места на место среди переплетённых ветвей.

Солнце поднялось над лесом, и сразу резануло жаром.

«Началось в деревне утро», – с досадой подумала Александра.

Как только она смыла с лица и рук защитную мазь, тучи мошки, до того вполне безобидной, вмиг озверели и роем кинулись завтракать.

– Гадёныши! А-а-а!!! – завизжала Александра, замахав руками, и бегом бросилась к своему рюкзаку.

Быстро намазавшись и сразу вспотев, совсем злая, она пошла к усевшимся перед уже рокочущими вертолётами поисковикам. Боец Саврасов налил ей в котелок крепкого бульона и бросил шматок тёмного мяса. Загин и Купчик, уже заканчивающие завтрак, подмигивая, кивнули:

– Деликатес.

– Откуда мясо? – заподозрила неладное Александра.

– На берегу трех речных черепах изловили. Ешь, начальник. Как в лучших московских ресторанах – черепаховый суп.

– Интересно.

Александра отхлебнула горячий бульон. Жидковат – жиру маловато, но очень смахивает на говяжий. А мясо было жёстким. Конечно, в жару есть горячее не очень приятно, но после двух суток сухоедения желудок приятно заурчал, радуясь нормальной пище.

Разрывая острыми белыми зубами жёсткое мясо, Александра осведомилась у капитанов, кто летит в экипаже с Князевым.

– Я, – отозвался Ваня. – Присмотрю и за Князевым, и за Бароном.

– А ты, Петя, гляди за Шелушевым. Запоминай, что говорить будет. И Зужева тоже держи в поле зрения. Он на виду, но, может, заметишь что подозрительное.

Она вытерла тыльной стороной руки мокрые губы.

– Зужев сказал, что считает сегодняшний район поиска пустым, но всё равно будет искать согласно утверждённому начальством плану.

– Боится ответственности? – спросил Ваня.

– Может, боится, а может, сознательно отдаёт инициативу нашим натовским конкурентам.

– Александра, ты всегда, с самого начала, начинаешь во всех видеть врагов. Почему ты думаешь, что Зужев не заинтересован в том, чтобы аппарат нашли?

– Не знаю. Говорю – у всех здесь свои цели. То есть цели своих ведомств. И аппарат, может быть, даже выгоднее не найти или вовсе уничтожить.

– Но это предательство.

Александра отмахнулась:

– Что об этом говорить? Кому-то охота, чтобы страна была сильной, а другим – чтобы сильно оттопыривался личный карман.

Покончив с едой и побросав в кучу пустые котелки, поисковики погрузились в вертолёты.

«Оборотни», разлетевшись в разные стороны, исчезли из вида.

Повисла тишина, только где-то далеко кричали испуганные обезьяны, а может, бегемоты или попугаи. Александра не знала.

Саврасов принялся мыть котелки. Связист, расправив антенну, углубился в прослушивание эфира. Александра оглядела опустевший лагерь и пошла под навес. Впереди был ленивый день в духоте и зное.

Она не заметила, как задремала на рюкзаках.

Её разбудил связист. Она удивлённо захлопала ресницами, понимая, что спала, и ей сразу стало неудобно.

– Да.

– Сообщение.

– Какое? От кого?

– Из центра. Вот, я записал. Майор Князев велел, чтобы полученные сообщения передавать вам.

Такой приказ Князева несколько озадачил Александру.

– Почему не разбудили, когда шёл эфир? – насторожилась Александра. Ей вдруг показалось, что её пытаются одурачить – Князев приказал связисту подсунуть ей бумажку с липовым приказом.

– Он и сейчас идёт. Послушайте. – Связист протянул ей наушник. В динамике, среди шума и треска, отчётливый женский голос по-русски диктовал комбинации цифр: пятьсот сорок два, шестнадцать, двести сорок три, пятьсот.

– Передают с интервалом десять минут, – пояснил связист. – Я принял, записал, потом начались повторы.

– Почему сразу не разбудили?

Связист заулыбался:

– Саврасов не велел. Вы так сладко спали на этой жаре. Какая разница, когда вы прочтетё сообщение – нам сидеть в этой дыре до вечера. А сейчас время обеда.

Александра почувствовала, что сильно вспотела, пока спала. Пропитанный солью камуфляж жёг тело. Она посмотрела в ясное знойное небо. Почему аппарат упал в районе экватора?