Чужая зона - Алексей Наст

Князев хмыкнул на её замечание, а Зужев сказал просто:

– Другого нам не остаётся. Как говорилось под Москвой в сорок первом: «Велика Россия, а отступать некуда!»

Князев снова хмыкнул, мол, какой пафос! Александре это совсем не понравилось. Но думать о нём как о предателе или тайном агенте не хотелось.

В ее голове мелькнула трусливая, подлая мысль, которая её поразила: «Может, меня и убьют в этих джунглях!» И тут же вспомнила отрывок из знаменитой комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука», где Никулин себя жалел: «Может, меня даже наградят… Посмертно». Александра непроизвольно усмехнулась.

Зужев зло на нее зыркнул. Он принял её смешок на счёт своей патриотической фразы.

Чтобы убедить его в полном своем доверии и сгладить момент, Александра сказала:

– Андрей Семёнович, мы все в ваших руках!

Но это прозвучало как очередная издёвка.

Зужев глянул на неё затравленно, развернулся и, громко дыша, пошёл к вертолётам.

– Зачем вы так?! – вдруг возмутился Князев.

Александра не ожидала такого поворота – она-то хотела как лучше.

– Что я такого сказала?

– То, что вы сказали! – Князев был строг и официален.

В Александре снова родилась злость по отношению к главному спецназовцу поисковой экспедиции.

– Я не нуждаюсь в ваших указаниях!

– Спасибо!

– Пожалуйста!

Князев тоже повернулся и ушёл.

Подошёл улыбающийся Загин и своим замечанием только добавил масла в огонь:

– Начальник, всех командиров разогнала?

– Уймись, Петя. Как друга прошу. Я злая сейчас.

Петя не уходил.

– Ты всегда злая, начальник.

– Что тебе надо?

– Просто, насколько я помню, в 1223 году на реке Калке была такая же ситуация. Князья-командиры так бурно ссорились и ненавидели друг друга, что произошло событие, которое повергло Древнюю Русь в трехсотлетний мрак монголо-татарского ига. Помнишь, что случилось тогда, начальник?

– Объединённое русское войско было разбито в пух и прах разведывательным корпусом монголов Джэбэ и Субэдэя. Сведения о разобщённости русских послужили дополнительным фактором в решении о завоевании Восточной Европы монгольскими армиями.

– Молодец. По истории тебе пять!

– Петя, мы должны срочно выявить врага в группе!

– Выявим. А ты, будь добра, не подозревай наших командиров в предательстве! Не надо быть пятой колонной нашей миссии. Нервозность в коллективе нам сейчас не нужна. Веди расследование, не выплёскивая на подследственных эмоций! На тебя так Африка подействовала? Не пойму, что с тобой происходит! Мы с Ванькой всегда на тебя равнялись, а тут…

Александра вернулась в вертолёт мрачная и задумчивая. Она ловила на себе настороженные взгляды поисковиков, и злость душила её – она виновата в разладе, она чересчур активна в поиске предателя, а они все святые, эти ангелочки без крылышек, но с автоматами.

Александра уткнулась в мутное, оцарапанное стекло иллюминатора. Пошли они все куда подальше. «Угорь» Зужев, самолюбивый Князев. Пошли все в сад. Как в известном рассказе «Трое в лодке, не считая собаки»: все в сад! Вы там будете петь куплеты? Нет, вы там будете слушать!

Александра улыбнулась.

Вертолёты, в целях «конспирации», теперь вели поиск в глубоком провале лесного массива, над рекой Лубилаш. «Оборотни» неслись над самой водой. Лес был девственно дик.

– Если бы аппарат упал, возник бы пожар? – спросила у Зужева Александра.

– Нет, – подключился к разговору Шелушев. – Это исключено.

– Почему?

– Покрытие аппарата не подвергается нагреванию. Новые технологии.

Александра отвернулась к иллюминатору. В салоне все молчали, думая о своём. Дверь вертолёта откатили, и внутрь врывался свежий, но уже горячий африканский воздух.

У Александры мелькнула мысль о безнадёжности поисков. Как найдёшь этот проклятый космический самолёт в таком тропическом море?

Тут она вдруг вспомнила: они летели в Африку, она рылась в своём ноутбуке, выводя на экран содержимое папок, перефотографированное дотошным Ваней, и о чём-то расспрашивала Зужева. Его лицо проявилось в сознании ярким видением – в его глазах удивление и недоумение. Отчего? На экране был фрагмент какой-то тактической карты, с зелёными и оранжевыми пятнами, а прорезала долину синяя излучина реки. Если рыжее – это горы, а зелень – лес, то…

Она, лихорадочно расшнуровав рюкзак, вытащила ноутбук. Поглядев на поисковиков (никто не следит?), включила компьютер, быстро нажимая клавиши, вывела злосчастный фрагмент на экран. Изгиб реки и уходящий на восток рукав, перекрытый штриховкой. Что это за штриховка? Вообще что за местность?

По какому-то наитию Александра сделала запрос на Конго: есть ли данная местность в этой стране? Ноутбук сразу же вывел фотографическую карту и координаты.

Александра почувствовала опустошение – посадка «самолёта» в этих дебрях была запланирована. Кем? Тем, кто убил Салеева. Салеев обнаружил подготовку посадки аппарата в Конго, сразу же стал узнавать, кто ее планирует, и был убит. Итак, её версия подтверждалась: кто-то из «головастиков» сознательно сдавал объект американцам. Барон или Шелушев? Шелушев более подходит – он был в НИИ в момент смерти Салеева. Но у Барона мог быть сообщник из обеспеченцев, который убил Салеева, когда Барон был на полигоне.

– Гости!

Заглядывая из кабины в салон, вертолётчик показал на свой локатор. К нему подошёл Зужев:

– Что там?

– Локатор засёк американцев. Шесть вертолётов.

– Далеко?

– Пока далеко, но они нас тоже уже засекли!

– Чёрт! Чёрт! – Стукнув кулаком по стене, Зужев вернулся в салон.

– Что случилось, Андрей Семёнович? – дотронулась до его плеча Александра.

– Американцы на хвосте. Система пеленга засекла шесть вертолётов. Теперь они нас будут вести.

– Что же теперь делать?

– Выходить на связь с центром кодовым сигналом. Они поймут, что спецоперация провалена, и срочно вышлют новых поисковиков. А мы поведём американцев в другую сторону.

– Откуда вы знаете, куда уводить? Где другая сторона? А?

Зужев раскрыл было рот, но махнул рукой.

– Андрей Семёнович, где это находится? – Александра показала Зужеву карту на экране ноутбука.

Тот взглянул на координаты.

– Совсем рядом.

– Здесь наш объект. Понимаете, о чём я? Аппарат посадили сюда, чтобы сдать американцам. Кто-то из разработчиков. Салеев обнаружил подготовку сдачи, и его убили.

– Выходит, аппарат совсем рядом. Вот эта штриховка означает заросли над протокой. То есть протока покрыта зарослями, образуя как бы пещеру.

– Туда мог влететь наш космический самолёт? Это реально?

Зужев пожал плечами:

– Я не в курсе всех возможностей аппарата. Если у него есть такие возможности, его туда и вогнали. С воздуха его не найдёшь, не зная точных координат, он там как в природном ангаре… Значит, наши учёные (Барон и Шелушев) теперь под колпаком?

– Не будем делать скороспелых выводов. Предлагаю сбросить поисковую группу в нескольких километрах от протоки, а вертолётам лететь в Анголу, уводя хвост.

Зужев задумался.

– Вполне разумно.

– Спасибо.

Зужев ушёл к пилотам, приказал готовить высадку.

Александра захлопнула ноутбук, запихнула его в рюкзак. Тяжело вздохнув, посмотрела на заросли тропического леса. Через пару минут они спустятся в этот влажный ад и будут продираться пешком.

«Оборотни» зависли над небольшим выступом свободного от зарослей речного берега – поисковики попрыгали вниз. Александра осталась одна, оглянулась на пилотов. Те подмигнули: «Удачи!»

Она громко вздохнула, зажмурилась и прыгнула вниз.

– Мама!

Её поймали сильные руки.

– С приземлением. – Это был Саврасов.

«Оборотень» отлетел в сторону, и его сменила вторая машина – бойцы быстро попрыгали на илистый берег, подхватили рюкзаки, последний раз посмотрели на висящие над рекой вертолёты.

«Оборотни» резко ушли вверх и понеслись над лесом.

Князев взглянул на часы, ещё раз посмотрел в уже пустое небо, поправив рюкзак на плече и пошёл за бойцами в глубь зарослей. Поймав заинтересованный взгляд Пети Загина, он улыбнулся:

– Долго высаживались. У них отразилось на локаторах, что машины определённое время висели в одной точке, а это – высадка. Так что возможны гости…

– Не дай бог!

Идти сквозь густые заросли было неимоверно трудно. Капитаны избавили Александру от тяжёлого рюкзака и автомата. Она плелась по влажной, укрытой плотной порослью земле, ощущая, как вымокли ноги. Если на открытом пространстве было очень жарко и душно, здесь, под густым колпаком вечнозелёной растительности, ощущалась тошнотворная влажность, проникающая вместе с пропитанным гнилыми испарениями воздухом в легкие.

Вскоре над лесом с грохотом пронеслись американские вертолёты. Все с напряжённой тревогой задрали головы, но сквозь плотную зелень ничего не разглядели.

– По наши души, – произнёс с ухмылкой капитан Ургинов.