Дар - Джулия Гарвуд

Она все еще улыбалась ему. В ее глазах появился какой-то озорной огонек. Он насторожился. От ее страха и следа не осталось. Он стал думать, как перевести разговор на тему, которая его так волновала: как уложить ее в постель.

Нежно и рассеянно он начал поглаживать ее плечи. Саре даже показалось, что он не осознает, что делает, такой отсутствующий вид был у него. Она решила, Что он вспоминает своих родственников.

Ей очень хотелось, чтобы он растер ей больное место на пояснице, и, поскольку он был так погружен в свои мысли, она решила воспользоваться его рассеянностью. Взяв его правую руку, она поднесла ее к своей пояснице.

– Потри здесь, Натан. От этой тяжелой мебели у меня разболелась спина.

Он не стал ей перечить и исполнил ее просьбу. При этом он был даже несколько груб, пока Сара не попросила действовать полегче. Затем она обе руки положила себе на поясницу, прислонилась к нему сама и закрыла глаза. Она чувствовала себя на седьмом небе.

– Лучше? – спросил он через несколько минут, вслушиваясь в ее дыхание.

– Да, лучше, – согласилась она.

Он не прекратил растирать ей спину, впрочем, она и не возражала.

– Когда ты видела Дэнфорда? – спросил он, прислонившись подбородком к ее голове, вдыхая при этом нежный женский аромат, исходивший от нее.

– Я встретила его в парке, – ответила она. – Они были там вместе – твой дядюшка и его жена. Это было жуткое зрелище, никогда его не забуду.

Он рассмеялся.

– Да, Дэнфорд действительно выглядит как варвар, – согласился он. Медленно поглаживая спину, он подвигал ее к себе. Она не сопротивлялась. – Мой дядя – крупный мужчина, этакая гора мышц с огромными плечами. Думаю, что действительно вид его достаточно внушителен.

– Так же, как и его жены, – произнесла Сара с улыбкой. – По отдельности я бы их не отличила.

За то, что она была так непочтительна, он ущипнул ее за зад.

– Дэнфорд носит усы.

– Она тоже.

Он снова ее ущипнул.

– Зато женщины Сент-Джеймс не такие жирные, как Уинчестер, – парировал он.

– Леди Уинчестер не жирные, – возразила она. Они только… в самый раз.

"Наступило самое время, чтобы расставить все точки над "i"", – решила Сара. Она набрала побольше воздуха и сказала:

Натан…

Да?

– Я не собираюсь снимать одежду.

Это заявление привлекло его особое внимание.

– Не собираешься?

Она немного отодвинулась, чтобы увидеть выражение его лица. Его губы тронула легкая улыбка. Это придало ей храбрости поставить остальные условия.

– Нет, не собираюсь, – заявила она. – Если мы должны этим заняться, моя одежда останется на мне. Тебе придется с этим смириться, Натан, нравится тебе это или нет.

В ожидании его ответа она теребила свою нижнюю губу. Натан подумал, что она, наверное, опять испугается. Это задело его.

– Ради Бога, Сара, я не причиню тебе боли.

– Нет, причинишь, – прошептала она.

– Ну откуда тебе это знать?

– Мама говорила, что это всегда больно. – Щеки Сары стали пунцовыми.

– Не всегда больно, – отрезал он. – Только сначала ты можешь почувствовать небольшое неудобство.

– Ты сам себе противоречишь, – выкрикнула она.

– Тебе не стоит вести себя так, словно…

– Я не думаю, что мне это понравится, – перебила она. – Ты должен это усвоить сию же минуту. Сколько это длится? Минуты или часы? – настаивала Сара на ответе. – Я должна подготовиться.

Он прекратил растирать ей поясницу и сжал ее в объятиях. Ее вопрос застал его врасплох. Сара решила воспользоваться этим преимуществом.

– Я прошу тебя о небольшом одолжении. Не мог бы ты подождать до вечера? Если ты преисполнен решимости, дай мне еще несколько часов, чтобы смириться со своей судьбой.

Смириться со своей судьбой? Он чувствовал себя сейчас как убийца или палач, а она вела себя так, будто шла на казнь. Он уступил и нахмурился.

– Хорошо, проговорил он, – Мы подождем до вечера, Сара, но это единственная уступка, на которую я могу ради тебя пойти.

Она приподнялась на цыпочки и поцеловала его. На какое-то мимолетное мгновение ее губы коснулись его лица; Когда она отпрянула, ее вид свидетельствовал о том, что она очень довольна собой.

– Что, черт возьми, это было?

– Поцелуй.

– Нет, Сара, – прорычал он. – Вот поцелуй.

Он привлек ее к груди, запрокинул ее лицо и прижался ртом к ее губам. В его движениях совсем не было нежности, но, по правде говоря, она не возражала. Она просто растаяла в его объятиях и предоставила ему право делать все, что он хочет. В конец концов, думала она, свою маленькую победу она одержала и могла дать ему право одержать свою.

Странно, но эта мысль была последней в ее голове. Кроме поцелуя, больше ничего не существовало. От глубины и новизны переживания близости у нее подкосились ноги. Она прильнула к мужу, и когда его язык проник к ней в рот, она издала еле слышный стон блаженства.

Он обхватил руками ее бедра, приподнял ее и прижал к своему тазу. Она инстинктивно прижалась к этой опоре. Он притягивал ее, она отталкивалась.

Ощущение это было эротическим и возбуждающим. Натан перестал пытаться подчинить ее, когда почувствовал, что она не противится.

Боже, она ему отвечала. Чтобы теснее прижаться к нему, она даже рвала его волосы.

Внезапно он отстранил ее. Пока она приходила в себя после поцелуя, ему пришлось поддерживать ее, чтобы она не упала. Ее состояние наполнило его надменной радостью.

Черт, как он хотел ее… Толкнув Сару на кровать, он собрался уходить. Но прежде чем он смог добраться до двери, пришлось отодвинуть сундук и стул.

Сара собралась с мыслями как раз тогда, когда он открыл дверь.

– В будущем, Натан, – начала она, пытаясь подавить дрожь в голосе, – ты меня очень обяжешь, если будешь входить в нашу комнату через дверь, а не через трубу. Я обещаю, что не буду больше закрывать дверь на щеколду, – добавила она, корда он обернулся с недоуменным видом.

– Не буду входить через что? – переспросил он.

– Трубу, – объяснила она. – Но ты все еще не ответил на мой вопрос. То, чем ты так хочешь заняться, займет часы или минуты?

Этот вопрос поглотил его внимание, и он раздумал объяснять ей, что люк – это не труба. Он позже объяснит это невежественной женщине.

– Откуда я могу знать, сколько времени это займет, черт возьми? – сказал он.

– Не хочешь ли ты сказать, что никогда не занимался этим раньше?

Натан закрыл глаза. Беседа выходила из-под контроля.

– Ну что, да или нет?

– Да, – с отвращением сказал Натан. – Но я никогда раньше не засекал время, – отрезал он.

Уже закрывая за собой дверь, он внезапно остановился, повернулся к Саре и улыбнулся ей.