Висенна. Времена надежды - Михаил Бобров

Тут землянин вспомнил слова Нера: «Башня Пути… можно вызвать чьелано» — и мысленно хлопнул себя по лбу. Получается, Башня — нечто наподобие полустанка. Грифоны отдыхают тут, кормятся, берут пассажиров, груз или там почту — и снимаются дальше. С такой вышки и взлетать легче, и видно ее издали: вон как торчит над лесом…

Панталер садился на Башню. Движение крыльев становилось все тише. Наконец, когти стукнули в доски настила. Ахен мигом расстегнул страховочный ремень, соскользнул по золотым перьям. Спарк последовал за ним с задержкой: затекшие ноги повиновались неохотно. Ступил два шага — доски противно скрипнули.

— Singarde! — предупредил его настороженный Ахен, но парень уже понял и сам: Башня заброшена. Ступать надо по балочкам, не то сгнивший пол и рухнуть может. Хотя, грифона держит — в чем дело? Спарк посмотрел на мага: тот совсем не опасался провалов. Он осторожно крался к квадратному люку, и, похоже, нащупывал на поясе оружие. Услышал что-нибудь внутри? Повинуясь желанию помочь, Спарк подошел к кольцу с другой стороны. Взялся обеими руками за грязный, грубо прокованный металл, вопросительно поднял глаза на Ахена. Тот молча кивнул. Тогда Спарк резко рванул кольцо на себя — люк приоткрылся; Спарк еще успел вдохнуть затхлую сырость. Потом дерево не выдержало. Кольцо и ржавая скоба выломились вместе с куском крышки. Землянин покатился на спину, люк гулко бухнулся обратно в гнездо. Неизвестно, что там готовил Ахен — маг не успел и двинуться. Несколько мгновений все молчали.

— Черт… — шепотом выругался Игнат, ощупывая синяк на спине.

— Midzado… — буркнул Ахен. По его смущению Спарк догадался, что слово было ругательное.

— Knabecoj! — клекотнул грифон высоко над их головами. Обозвав людей «детишками», золотой зверь сунул коготь в дыру от скобы и рывком запустил крышку люка летать над лесом.

Спарк глянул на ровесника-мага. Расхохотались сразу оба, а Панталер вторил им своим гулким клекотом. С этого мига ни странный грифоний смех, ни твердый акцент Ахена больше не казались землянину непривычным.

Оставив грифона ночевать на площадке (Ахен особо наказал ему закрыть пузом дырку люка — а вдруг дождь?), парни собрались вниз. Посланник Академии зажег магический шарик, многократно воспетый фантастами, но от того нисколько не потерявший в удобстве. Белый ежик послушно слетел по винтовой лесенке, роняя мерцающие капли на каждую третью ступеньку. К счастью, каменной лестнице время не повредило. Тем временем волчий пастух разгрузил и расседлал чьелано, ухитрившись не запутаться в незнакомой упряжи. Упряжи оказалось много, парень сложил ее там же на площадке: утром все равно надевать обратно. Мешки с постелью мага, своим ковриком и едой Спарк пока что оставил возле люка. Ахен уже изготовил посох — на лесной опушке и в полете маг обходился без него, но сейчас, очевидно, предстояло серьезное дело. Наконец, двое приключенцев зашагали вниз, часто замирая и прислушиваясь.

Почти всю высоту «горлышка» занимали каменные цистерны для сбора дождевой воды, теперь давно пересохшие. Под ними шли кладовки, которые Спарк открывал, а маг зачищал самым что ни на есть настоящим огненным шаром. Весело сгорали остатки гнилой солонины и сухарей, воздух в Башне свежел с каждой пройденной ступенью. Звезды в бойницах то и дело заслоняла голова Панталера: грифон интересовался, кого это там гоняют «da fajron». Ярусом ниже начинались жилые комнаты для смотрителя и гостей. Там же очень кстати отыскались туалет и умывальная комната, с красивой чистой раковиной — почти привычная. Воды, про причине пересохших цистерн, конечно же, не было. В спальнях сохранилась грубая мебель: лежанки (назвать их кроватями язык не поворачивался), стеллажи из толстенных досок на забитых в стены ржавых клиньях. То ли вентиляция в жилой части оказалась получше, то ли консервирующие заклинания удержались дольше — на стеллажах уцелел десяток книг. Ахен достал одну. Инкунабула не рассыпалась в пыль, но страницы ее слиплись намертво. Отчаявшись раскрыть фолиант, Ахен поставил его обратно и бормотнул с грустной улыбкой:

— Cent-sepdeko jaro…

Волчий пастух его не понял. Сто семьдесят лет Башне? Или книгам? Уж Ахену-то точно не больше двадцати: кто постарше, не полезет в заброшенную башню на ночь глядя. И докуда они будут спускаться? Тут же, наверное, и подземелья есть. Как бы не с зомбятником.

Почуяв беспокойство гостя, маг виновато улыбнулся: дескать, извини, увлекся. Затем быстро направился вниз, деловито освещая закоулки. Стены уходили все дальше в стороны, и скоро свет магического ежика перестал достигать их. Парни спускались по самой широкой части Башни. Тут они увидели просторный общий зал с пустым очагом и громадным столом посреди. За два века стол так и не утратил своей прочности. Убедившись в этом, Ахен отправил спутника за вещами, наделив его летучим светильником. Сам же маг двинулся глубже, в подземный ярус: к роднику, водосбросу канализации, тайным погребам. Пыхтящий под мешками Спарк свалил их все на стол, затем, вооружившись ножом — больше по привычке — пошел искать товарища. Усталость брала свое, да и Башня изнутри оказалась совсем не зловещей. Волчий пастух заглядывал во все комнатушки, шарик света послушно следовал над головой. Спарк видел штабеля каких-то ящиков, груды непонятно чего, укутанные в пыль и, похоже, покрытые тканью… Ахен обнаружился в дальнем отнорке. Сидя на каменном выступе, маг гладил руками небольшое светящееся облако — прямо перед собой, на высоте груди.

— Чиа естас? — спросил уставший удивляться Игнат.

— Estas fadeno de reto — непонятно объяснил маг. Потом тяжело поднялся, подобрал посох. Парни пошли наверх, в пустой каминный зал. За окнами уже стемнело. Ни о каких стеклах или даже рамах не было и речи. Ночная прохлада лилась из многочисленных проемов. Зато оказалось удобно просовывать внутрь дрова — грифон скоро натолкал их изрядную кучу. Панталер не мог собирать дрова на земле, но высохшие верхушки скусывал в один прием. Наконец, Ахен решил, что сушняка достаточно, сложил в очаге кучку поменьше и шваркнул привычным da fajron. Убедившись в нормальной тяге, навалил на решетку камина все остальные палки с ветками. Тепло и свет быстро сделали зал почти жилым. Спарк тем временем нарезал окорок. Маг кивнул одобрительно, достал фляжку с уже знакомым ягодным медом, и вскоре беседа потекла рекой.

Волчий пастух спрашивал: что означали «сто семьдесят лет»? Что за «нить сети» светится в подвале? Почему в таком удобном месте никто не живет? Верно ли он догадался про грифонью почту? Ахен слушал, кивал, и отвечал коротко — то ли боялся сболтнуть лишнего, то ли опасался, что собеседник не все поймет, то ли просто устал. Как удалось разобрать Спарку, сто семьдесят лет назад этот край был заброшен. Маги повымерли, некому стало смотреть за Башнями. Да и земли сильно обезлюдели. Лишившись заказов, почтовые грифоны перестали летать так далеко на северо-восток. А причиной всему послужила страшная война с Владыкой Грязи. До сих пор Лес видит в чужестранцах прежде всего лазутчиков Болотного Короля. И если бы не глаза бурые, совсем у Висенны неуместные — еще неизвестно, как бы волки Тэмр землянина приняли.