Висенна. Времена надежды - Михаил Бобров

Дилин прославился, как великий теоретик магии, открывший закон распределения мест силы. Одно из них оказалось сравнительно недалеко от Распадка: в Юнграде. Спарк туда не поехал, зато Ахен и Панталер полетели с удовольствием. Затем Панталер, налетавшись по белу свету, изучив карту воздушных течений, вдобавок, наслушавшись Спарковых рассказов о дирижаблях, загорелся основать сверхдальнюю линию грифоновой почты, от Леса к распадку, где оставался Рикард и строил магическую Башню, чтобы связь была лучше.

А Скорастадир… в то самое утро, открыв самый первый проход к Земле, Скорастадир с Ледяной Ведьмой и бойкой двухлетней дочкой, вместе с Ньоном-библиотекарем, взятым как за осведомленность, так и ради охраны; наконец, вместе с Игнатом — осматривал новый мир. Алтайский лес в нескольких шагах от перехода.

Рыжий маг делал опыты, проверяя, как у Земли действует магия. Вийви просто осматривалась и вслушивалась. Ньон распластался черной меховой глыбой на ближайшем валуне. Игнат прощупывал швы костюма: по легенде, он собирался сказаться отставшим от группы толкинистом. Как раз в этих примерно местах проходила совсем недавно знаменитая игра-поход; а неподалеку закручивался очередной «Ведьмак». Среди трех тысяч игроков затеряться будет несложно; несложно и подписаться к кому-нибудь в компанию, чтоб довезли домой.

Дочка Вийви и Рыжего, взявшая у отца неугомонный характер, дергала мамину руку, пока не освободилась. Тогда она принялась дергать за коротенький хвост косматого библиотекаря. Убедившись, что злобной ауры поблизости нет, медведь лениво слез с валуна. Подошел к ближайшему кедру и огрел его лапой. Поймал на лету шишку, когтями с хороший кухонный нож выковырял орехи, раздавил скорлупу. Усадил малышку на согнутую правую лапу и принялся угощать ядрышками.

— Их точно можно есть? — все-таки спросила для порядка Вийви.

Игнат кивнул:

— У нас кедровое масло лекарством считается.

За парой валунов, сорока шагами выше по склону, одинокий турист ожесточенно щипал себя за разные места. Наконец, убедившись, что не спит, а глаза его не обманывают, подумал: «Вот о каких чудесах писать надо! Медведица с младенцем! Кедровая мадонна! Книги писать! А что? Сам и напишу; небось, не хуже иных выйдет. Только фамилия у меня непечатная. В школе дразнили… Назовусь-ка я… О! Как тот знаменитый комиссар полиции — любимый детектив был когда-то!»

Ньон, незаметно для себя поменявший пол, вернул девочку матери. Рыжий собрал магический шар и покрытые заметками листы. Турист, неловко повернувшись, захрустел камнем и бросился наутек. Игнат, попрощавшись со спутниками, забросил вещмешок на спину и неторопливо зашагал вниз по склону.

Гомель, 29.09.2005-9.11.2007 г.