Южный крест - Максим Шахов

Наконец они вышли на полосу отчуждения, окружавшую со всех сторон поместье. Пятьдесят метров открытого пространства под прожекторами пробежать незамеченными крайне трудно, а если газон заминирован, то такая пробежка вообще могла бы закончиться на небесах.

– Не чувствуешь запаха? – спросил Серов, принюхиваясь. – Судя по карте, вон там справа пролегает ручей. Может, туда выходит канализация. Пойдем, посмотрим.

Они прокрались подлеском до небольшого оврага, на дне которого жизнерадостно журчал довольно бурный ручей. Однако запах не оставлял места для сомнений – канализация была где-то рядом. И действительно, метрах в пятидесяти выше по течению находился бетонный желоб, который переходил в трубу, присыпанную землей. Эта труба уходила полого вверх в направлении усадьбы.

– Как раз то, что доктор прописал, – прошептал Джэк, морща нос, и вопросительно посмотрел на командира. – Диаметр подходящий.

– Чего смотришь? Лезь! Только противогаз надень. Там запросто можешь надышаться какой-нибудь дрянью. – Серов подтолкнул его к трубе. – Если есть возможность пролезть, зови меня, а нет – сразу возвращайся.

Пока Джэк исследовал трубу, Серов выбрался на кромку оврага и стал рассматривать резиденцию в ночной бинокль. Ему удалось заметить двух часовых на чердаке главного здания и на крыше казармы, где была оборудована огневая точка. За главным зданием усадьбы должна находиться вертолетная площадка, и, направив бинокль в ту сторону, Алексей увидел возвышавшиеся над забором лопасти и верхнюю часть кабины, где располагался двигатель. Он сразу заметил, что корпус вертолета светился во много раз интенсивнее, чем окружающие предметы. Это могло означать только одно – вертолет прилетел совсем недавно, и ничего хорошего это явно не предвещало. Вполне возможно, что прилетели какие-нибудь чины, чтобы обговорить скорое выступление, а вообще, кто бы ни прилетел, это означало, что в доме могут находиться лишние персонажи, которые, кроме всего прочего, могут быть вооружены. «Неприятность», – подумал Серов, когда в наушнике послышался голос Джэка.

– Лобо, я в коллекторе. Здесь решетка с замком и люк с чугунной крышкой.

– Можешь открыть решетку?

– Делов-то!

– Хорошо. Я иду к тебе.

Перед тем как забраться в смрадное жерло канализационной трубы, Серов еще проинструктировал транспортную группу, внеся в диспозицию поправки на вертолет, и, надев облегченный противогаз, вступил на осклизлое бетонное дно желоба.

Ястреб жив

Октавио Дуглас наслаждался военной службой во всех ее проявлениях. Возможно, гены по отцовской линии в этом отношении преобладали над материнскими. Двести лет семья Ордоньес поставляла в армию Эссекибо бравых офицеров, из которых всего несколько не смогли дослужиться до звания полковника по причине гибели в бою. Однако Дуглас незаконнорожденный, и поэтому полковничьих погон ему не видать как своих ушей. В то время как его единокровный брат учился в Вест-Пойнте, Октавио отослали в скромную академию в Бразилии, где всем было наплевать на его родословную. Однако оказалось, что в Бразилии он получил гораздо больше практических знаний и навыков, необходимых для военных действий в заболоченной сельве, чем его брат Горацио. Пока Октавио усмирял восстания индейцев, ловил контрабандистов и наркоторговцев, Горацио маршировал на парадах во время столичных праздников. Один-единственный раз он решил покрасоваться перед своими сослуживцами и напросился в карательную экспедицию, а через неделю его привезли домой в деревянном ящике.

Возможно, со временем рвение и способности Октавио были бы оценены по достоинству, но этому мешала материнская наследственность, круто замешенная на генах висельников, золотоискателей, мародеров и насильников. Сама мамаша сбежала из Штатов, провернув аферу и сорвав большой куш в казино своего любовника-мафиози, который нашел ее через пятнадцать лет в Эссекибо и утопил в бассейне виллы, купленной на украденные у него деньги. После этого Октавио оказался предоставленным самому себе и вполне мог бы закончить свою жизнь в ресторанной драке или на тюремных нарах, если бы папаша не опомнился и не отправил его учиться на офицера. Служба дала ему возможность в полной мере удовлетворять свои самые низменные инстинкты, однако отцы-командиры прекрасно понимали его натуру и использовали Дугласа для грязной работы, не собираясь повышать по службе. Но вот наконец все так отлично сложилось: брат погиб, и отец вынужденно обратил внимание на своего байстрюка. А тут еще в его жизни появилась Барбара, которая вытолкнула его на поверхность, и теперь он был вторым человеком в стране. А скоро непременно стал бы первым…

Но тут в его планы вмешалась какая-то горстка русских. Они чуть не убили его там, над Каменной Рекой, подбили вертолет и теперь, возможно, идут по его следу. Как можно было за несколько минут превратиться из царя зверей в жалкую преследуемую дичь?

Дуглас словно танк ломился сквозь густые заросли, держа курс на красный язык заката. На своих плечах он нес самое дорогое из всего, что он когда-либо ценил, – свою златовласую Барби, своего ангела, свою богиню. Как он мог оставить ее одну на съедение этим русским! Когда в вертолет попала первая пуля, он сразу все понял. Он понял не только то, что русские диверсанты выследили Барбару, но и то, что они ждали именно его. Иначе они могли просто пристрелить женщину, а вертолет отпустили бы восвояси. У них нет ракет, и они не могли рассчитывать на то, чтобы сбить пулей вертолет. Это непрофессионально. Или они могли вообще ее не отпускать. Ему с трудом верилось, что эти волки так легко прошляпили ее бегство. Нет, ей дали убежать, чтобы она вызвала помощь, и совершенно точно рассчитали, что он сам захочет прилететь за ней.

Гнев добавлял ему сил, и полцентнера, висящие за спиной, совершенно не мешали идти. Дуглас рвался к дороге, чтобы побыстрее добраться до своих и послать команду для поиска этих следопытов. По большому счету, он не верил, что небольшая группа диверсантов сможет изменить ход событий. Завтра в армии не будет ни одного офицера, способного выступить против Ордоньеса, и он в этой колоде окажется хоть и не королем, но джокером, бьющим любую карту. Послезавтра все решится, и русским здесь нечего будет делать. Но все равно, мириться с тем, что у него в тылу орудует какая-то дерзкая шайка, Дуглас не собирался. Он буквально скрипел зубами от нетерпения и пусть и временного, но все же бессилия и неспособности изменить ситуацию.

– Постой, – услышал он за спиной голос Барбары. – Ты меня лианой чуть не задушил. Я лучше сама пойду.

Полчаса тряски на спине у Октавио окончательно вернули Варвару к действительности. Кроме того, она наконец напилась чистой холодной воды из термоса в вертолете, так что внутри у нее все булькало. Еще Октавио дал ей какую-то таблетку, которая должна придать ей сил. И судя по всему, таблетка подействовала, потому что теперь она могла идти вровень с гигантом Дугласом, правда, сзади.

Она тоже поняла, что Серов все подстроил, чтобы пойти по ее следу, и страшно переживала, что дала себя так легко обмануть.

– Наверно, все дело в рации в рюкзаке. Скорее всего она работала как радиомаяк, и они шли за сигналом, – сказала она, глядя в промокшую спину Дугласа. – Ты ее выбросил?

– Разумеется. С такими вещами шутить нельзя. На будущее запомни, что не стоит носить с собой чужие вещи, даже если они тебе очень нужны или имеют ценность. Сейчас в кулон или сережку можно встроить все, что угодно. Но я тебя больше не отпущу на такое рискованное дело и постараюсь оградить от случайных людей. Скоро у нас будет много врагов и завистников.

– У нас их и сейчас хватает, – отозвалась Варвара, с трудом возвращаясь к реальности из своих потайных мыслей. – Кстати, ты хотя бы взял записную книжку? По-моему, она безопасна.

– Да. Вполне возможно, что она нам может пригодиться. Но сейчас главное добраться до базы. Оттуда мы можем за пару часов высадить десант в любой точке страны.

– А что ты думаешь делать с заложниками? Может, пора их убрать?

– Не думаю. Еще рано. Пусть они остаются приманкой. Русская группа, даже если мы ее не накроем, обязательно придет за своими.

– А если нет?

– Тогда я сжую свой пояс. Ну а потом своими руками пущу в расход каждого русского. Нужно еще подумать, как это преподнести, чтобы спровоцировать русский МИД на разрыв отношений или какие-нибудь санкции.

– Да, ты прав, – Варвара потрепала Дугласа по плечу. – Ты хороший ученик. Начинаешь думать на государственном уровне.

– С тобой легко учиться, – он развернулся, заграбастал ее могучей рукой и крепко прижал к себе. – Моя маленькая Барби.

– Ладно, давай без нежностей. Пока я не приму ванну, вообще ко мне не подходи, – она оттолкнулась от мощного корпуса мужчины и, сделав несколько шагов вперед, помахала рукой, приглашая следовать за собой. – Чего стоишь? Пойдем быстрее! Нас ждут ванна, мясо на углях и вино! Сколько нам еще идти?