Посланец старейшин - Стен Папелл

Монотонный разговор служил Христенко лишь прикрытием, в то время как он разглядывал Елену, которая смеялась над какой-то остротой, отпущенной генеральным директором и председателем совета директоров крупнейшей телекоммуникационной компании «КТ amp;2». Геннадий Игоревич мог полагаться исключительно на Алексея. Дождавшись вальса, он пригласит Елену танцевать и незаметно передаст ей диск. А ведь здесь присутствуют представители всех мировых СМИ, подумал Христенко. Вскоре они узнают о готовящемся заговоре, результатом которого станет превращение мира в одну гигантскую корпоративную тюрьму с узаконенным корпоративным рабством.

Дождь прекратился, и сквозь тучи пробился одинокий солнечный луч. Москвичи спешили по своим делам, многие из них торопились за покупками в модный торговый центр «Манежная площадь», недалеко от которого в уличном кафе напротив Посольского клуба в Брюсовском переулке под широким зонтом сидели Алекс и Рене Шометт. Они уже пообедали и теперь пили по второй чашке кофе, когда Алекс, наконец, закончил свой рассказ о событиях в «Метрополе» и о том, чем они были вызваны. Он все еще не оправился от недавно пережитых передряг, но старался этого не показывать, зная, что Алексей поступил бы на его месте именно так.

Рене Шометт был не только опытным адвокатом, к услугам которого часто прибегали клиенты из стран ЕС, но еще и другом Алексея. Хотя Рене и был старше Алексея на десяток с лишним лет, их дружба уходила корнями в долгие годы шпионских игр, в ходе которых друзья не раз выручали друг друга. Принцип «Бей, или будешь убит», царящий буквально во всем мире, был не для них. Больше сорока лет назад отец Шометта попал на службу во французскую разведку и был отправлен работать в бывший французский Индокитай в качестве официального представителя своей страны по вопросам послевоенного восстановления. Когда в этом регионе объявилась Америка, Шометту-старшему удалось завести в этой части мира более чем полезные связи. Именно через его сына и при содействии «Сюрте» Алексей был представлен Елене. За последующие годы Иванов и Шометт крепко сдружились. Именно поэтому Алекс в обличье Алексея, узнав о «Глоба-Линк», обратился за помощью к Рене, а не к кому-либо еще.

Когда Алекс наконец смолк и откинулся на спинку кресла, Рене продолжал молча смотреть на него. Он явно был глубоко потрясен безумием зреющего заговора. Мозг его лихорадочно работал.

– Да, они выбрали подходящий момент, – наконец произнес Рене. – А что тут еще скажешь? Слияние мелких компаний в более крупные – вещь неизбежная, за которой последовало и неизбежное объединение корпораций-гигантов. А теперь настало время нанести последний удар и превратить их в единую непобедимую силу, с которой вряд ли кто-нибудь сможет тягаться. Не помогут и международные суды, поскольку они всегда будут заодно, включая и адвокатов.

– Великаны среди великанов, – добавил Алекс, – которые поработят профсоюзы, простых людей. Образование и специальности будущих выпускников университетов станут определяться исключительно потребностями «Глоба-Линк», будь то медицина, юриспруденция или другие науки. Люди, окончившие простые школы, обречены будут работать на самой грязной работе, вроде шахт. Причем никто из них не будет иметь ни единого шанса на открытие собственного дела, поскольку любое предприятие можно будет создать лишь как часть или филиал «Глобы». Короче, «1984» вашего Оруэлла наступит уже очень скоро, причем эту реальность уже не сможет ниспровергнуть никто, обремененный мыслями о свободе или индивидуализме.

– Ваш Оруэлл? – удивленно переспросил Рене. Алекс оговорился.

– Да неужели я такое ляпнул?

Шометт очень скоро забыл об этом, зато Алекс – нет. Сколько ошибок он, сам того не подозревая, уже совершил или еще совершит? Интеллектуально он был подготовлен, но практически – нет. Уверен ли он, например, в том, что сможет совершить насилие, когда до этого дойдет дело?

– Голосуя против, ты ведь ставишь на карту собственную жизнь, – заговорил Рене. – И этот Геннадий Христенко, и множество других людей, противодействующих заговору, окончательно решили для себя, что предпочитают жить в мире свободы, которому вот-вот придет конец.

– Нет, не придет, если удастся предоставить убедительные доказательства мировым средствам массовой информации. Подобный скандал по поводу закулисного политического сговора станет для сильных мира сего настоящим ударом. Они наверняка предпочтут все спустить на тормозах.

Шометт допил свой кофе и наклонился к Алексу так, будто боялся, что его могут услышать случайные прохожие на шумной улице.

– Давай-ка конкретнее. Да, ты должен отправиться в Архангельск, выяснить как можно больше по поводу производства этого пластика и о том, для чего именно его собираются использовать. Если ты действительно хочешь убедить мировые СМИ в существовании заговора и сделать этот план достоянием гласности, у тебя должны быть очень веские доказательства. Когда ты уезжаешь?

– Завтра.

– Ты, конечно, понимаешь, что тебя снова попытаются остановить. Тебе нужно сменить отель и не высовываться. Попробуй «Националь» на Моховой. Это рядом с театром Ермоловой. Думаю, ночь ты там проведешь вполне спокойно. А я, если понадоблюсь, буду во французском посольстве.

Наступило молчание. Рене нужна была возможность объективно оценить значение и масштабы того, о чем он только что услышал.

– Нам потребуется помощь, Алексей. Для нас с тобой это задача невыполнимая. Мне нужно некоторое время, чтобы подумать о том, кого привлечь.

– До встречи в Женеве остается восемь дней.

– Журналисты должны получить доказательства за два дня до этого, чтобы успеть все проверить. Так что, Алексей, остается всего шесть дней. Когда Елена получит диск?

– Геннадий Игоревич должен передать его на приеме.

– А когда она передаст его тебе?

– Ей что самой это делать было бы глупо. Нужен человек, который собьет их со следа.

– Например?

– Думаю, кто-нибудь из «фирмы»… из сотрудников посольства.

– Полагаю, что Елена легко это устроит, – заметил Рене. – Она умница. И знает, что и как делать.

– Да, вопрос только в том, знаю ли, что делать дальше, я сам. – Он прикинул, как на его месте поступил бы Алексей, машинально разглядывая расположенный напротив театр имени Маяковского, столь популярный среди туристов. – На меня охотятся три очень могущественных человека. Поэтому получить диск, да еще и сохранить его в целости становится вопросом выживания.

– Вот уж никогда не думал, что мы когда-нибудь окажемся настолько близки к концу, – задумчиво произнес Рене.