Конрад Аденауэр - немец четырех эпох - Всеволод Ежов

Аденауэр не жалел черных красок, описывая нужды западных зон. Население пролетаризируется. Резко сокращается средний слой. Перед войной он составлял 40 процентов населения, теперь — 23 процента. Как никогда, остра жилищная проблема. Не хватает продовольствия. Резко сократилась рождаемость. Миллионы переселенцев с Востока усиливают нищету.

Неожиданностью для присутствующих стало высказывание Аденауэра о том, что выигравшие войну державы совершили ошибку, полностью взяв на себя управление Германией. Надо было дать немцам самим поднимать страну и налаживать новую жизнь. В западных зонах положение стало меняться после принятия плана Маршалла и проведения денежной реформы. На смену принудительному хозяйству, регламентируемому военными властями до мелочей, пришло постепенное внедрение рыночных регуляторов, что и предопределило начало экономической стабилизации.

Не обошел оратор и проблемы демонтажа промышленных предприятий. Он хорошо видел, что этот процесс на Западе менее активен и опасен, чем на Востоке. И тем не менее считал нужным постоянно указывать союзникам на его отрицательные последствия.

В зале возникло оживление, когда Аденауэр привел пример: по распоряжению английского офицера — владельца фабрики по производству расчесок у себя на родине начал осуществляться демонтаж аналогичного немецкого предприятия. Сказал выступающий и о том, что в часовой промышленности англичане сделали все возможное, чтобы снизить производство немецких часов, конкурирующих с английскими. Американцев Аденауэр критиковал за захват немецких патентов в химической промышленности, которые дали Соединенным Штатам преимущество на десяток лет вперед.

Тему воссоединения Германии Аденауэр лишь обозначил. Он считал, что активная постановка этого вопроса нецелесообразна и нереальна. При продолжающемся углублении раскола мира на два лагеря достигнуть в таких условиях положительного результата невозможно.

Закончил Аденауэр энергично: призвал немцев не терять национального достоинства, а европейцев — поддержать их. Лишь вместе можно решить нелегкие послевоенные проблемы и отбить усиливавшийся натиск коммунизма.

Бернская речь Аденауэра вызвала нападки со стороны социал-демократов. Его обвинили в возрождении национализма, выпячивании немецких интересов и пренебрежении интересами союзников. Неуместной сочли и критику в адрес англичан и американцев. Впрочем, Шумахер и его команда атаковали Аденауэра по любому поводу. Западная Германия вступала в период парламентских выборов и формирования государственных органов. СДПГ продолжала считать себя ведущей партией, не сомневалась, что получит на выборах большинство.

Аденауэр спокойно относился к противоборству с СДПГ. Такая борьба в демократическом обществе неизбежна и необходима. Трудно сказать, верил ли он в победу христианских демократов, в то, что совсем скоро станет руководителем нового западногерманского государства. Знал лишь, что народная партия, опирающаяся на религию и нравственные ценности, имеет преимущество перед классовыми партиями.

Глава IX

Образование Федеративной Республики Германия

Логика политического развития вела к формированию западногерманского государства. Стало ясно, что раскол Германии и всего мира непреодолим. Западные державы повели дело к предоставлению их зонам оккупации государственности, ограниченной до поры до времени властью военных администраций.

На лондонской сессии Совета министров иностранных дел в ноябре-декабре 1947 года подтвердилось, что у западных держав и Советского Союза практически нет точек соприкосновения. Советский Союз насаждал коммунистическую систему в своей оккупационной зоне, как и в восточноевропейских государствах, что ни в коей мере не совмещалось с демократическими ценностями и рыночной экономикой. Компромисс здесь был просто невозможен.

Но массы немецкого населения еще не осознали, что воссоединение Германии недостижимо. Люди западных и восточных зон оккупации питали надежды на какие-то подвижки, на сохранение хоть каких-либо общегерманских институций как символа и возможную основу будущего единства.

Аденауэр, понимавший бесперспективность ожиданий воссоединения, все же не мог игнорировать чаяния немцев, тем более что другие партии, особенно социал-демократы, делали лозунг воссоединения главным в политической агитации и находили понимание у населения. ХДС также не мог формировать свои позиции без учета настроений избирателей. На лондонскую сессию Совета министров иностранных дел (СМИД) христианские демократы направили предложения об отмене зональных границ, об учреждении эффективной контрольной комиссии для всей Германии, о выработке общегерманского статуса с определением прав оккупационных держав и обязанностей немцев.

Предложения ХДС широко популяризировались в печати, хотя и Аденауэр, и люди его окружения не верили в возможность их реализации. Шла борьба не за воссоединение, а за голоса избирателей. Она растянется на долгие годы и будет обостряться перед каждыми парламентскими выборами.

После лондонской сессии СМИДа, закончившейся безрезультатно, западные державы приступили к решению германских дел без Советского Союза. В июне 1948 года в том же Лондоне три западные державы при участии представителей Бельгии, Голландии и Люксембурга разработали рекомендации, касавшиеся будущего трех западных зон. Главным в них было: приступить к процессу создания западногерманского государства, образовать немецкий Парламентский совет для принятия конституции.

Предполагалось, что решающую роль в разработке основополагающих государственных документов сыграют западные державы. Аденауэр мыслил иначе: конституцию и другие правовые акты должны вырабатывать немцы. Под его председательством в Бад-Кёнигштайне прошло совещание зональных организаций ХДС. Формально Аденауэр являлся руководителем ХДС английской зоны. Фактически его признавали лидером христианских демократов всех западных областей.

Совещание выступило против лондонских рекомендаций по ряду вопросов, в том числе против непривлечения немцев к определению будущего страны.

Социал-демократы также заняли критические позиции по отношению к лондонским рекомендациям. Аденауэр отправился в Ганновер и встретился с заместителем председателя СДПГ Э. Олленхауэром и другими лидерами социал-демократов. В долгой, неторопливой беседе выявилось, что позиции партий во многом совпадают.

— Почему бы нам не выступить совместно? — предложил Аденауэр.