Волчье племя - Олег Поддубный

— Вот, Алексей Николаевич, ваши деньги, — обратился человек к нему на «вы» и протянул сверток. — Здесь, правда, не все, а лишь половина того, что вам причитается. Сейчас у нас возникли небольшие финансовые затруднения, но как только они разрешатся, вы получите остальное!

— А когда они у вас разрешатся? — почувствовав в руке сверток, совсем осмелел Шторм.

— Как только вы окажете нам еще одну небольшую услугу, — вкрадчиво произнес человек, — совсем пустяковую услугу.

У полковника екнуло сердце.

— Я так и знал! — судорожно выдохнул он. — Что еще?!

— Повежливее, начальник! — прошипел Камил.

Шторм испуганно посмотрел на бывшего заключенного и, стараясь придать голосу как можно больше уверенности, сказал:

— Я не знаю, как вас зовут, но могу сказать точно, что если и дальше на меня будут повышать голос, то разговор у нас не состоится!

— Успокойтесь. Меня зовут Виктор, но можете обращаться ко мне совсем просто — Ловчий, — безмятежно ответил вор. — Никто на вас голоса больше не повысит, и разговор у нас все равно состоится, даже помимо вашего желания. Вы же не хотите, чтобы мы, Алексей Николаевич, разорвали вашего нырка в клочья, как гнилую тряпку?

— Какого нырка? — пролепетал Шторм.

— Я не знаю ни его фамилии, ни имени!..

Нам он представился как Светлый, — медленно выговаривал Ловчий, следя за реакцией начальника колонии. От него не укрылось, что тот вздрогнул, а в глазах отразился испуг. — Что? Я попал в точку? — усмехнулся он.

Полковник молча переваривал услышанное.

Ему доводилось слышать о крупном воровском авторитете по кличке Ловчий, но он не предполагал, что когда-нибудь с ним встретится. «Так вот, значит, с кем связан Золотой и вся его банда! — думал он. — Отлично! Теперь я знаю, на кого ориентироваться и за кем устанавливать наблюдение!»

— О чем задумались, Алексей Николаевич? — подстегнул его своим вопросом Ловчий.

— А о какой пустяковой услуге вы говорите, Виктор? — вместо ответа сам спросил полковник.

— Значит, я прав, — усмехнулся Ловчий. — Светлый — ваш человек!.. А услуга вот какая, Алексей Николаевич: нам нужна карта Копиных Чар! Чтобы на ней были указаны не только посты и проволочные заграждения, но и все хранилища, где находится алмазный сырец!

— Вы с ума сошли! — чуть не задохнулся Шторм. — Вы думаете, там только проволочные заграждения и вышки с часовыми?! Черт побери, какие же вы, бандиты, все-таки наивные! — рассмеялся он.

— А если ближе к делу? — процедил сквозь зубы Ловчий.

— А если ближе к делу, то вам никогда не осуществить своих планов! — безапелляционно заявил Шторм. — Ведь, если я вас правильно понял, вы хотите завладеть запасами хранилищ?

— Вы правильно поняли.

— Так вот что я вам скажу: помимо проволочных заграждений и часовых, там предусмотрена кодовая блокировка хранилищ и сигнализация, непосредственно связанная с центральным постом взвода охраны и дежурным отделением местной милиции. Неужели вы полагаете, что вам удастся преодолеть такой заслон?

— А это уже наше дело! — прозвенел голос Ловчего.

Однако полковник заметил промелькнувшую в его глазах неуверенность, из чего он сделал вывод, что бандиты не подозревали о существовании таких дополнительных мер охраны драгоценной копи. Сам же начальник колонии неоднократно бывал на шахтных разработках и с удивлением отмечал внешне кажущуюся примитивной охрану алмазных хранилищ.

— Ну что? Не передумали? — спросил он после недолгой паузы. — Уверяю вас, сделать это будет совсем непросто.

— Значит, к карте проволочных заграждений и постов вы дополнительно достанете для нас и план сигнализации: где установлена, в каких местах проложен кабель, в какое время проходит суточная проверка — в общем, все, что с ней связано, — упрямо сказал Ловчий.

— Да вы просто рехнулись! — сокрушенно покачал головой Шторм. — А если я не смогу ее достать?

— Значит, получите от нас бандероль с головой Светлого, — не раздумывая, ответил вор. — А может быть, и еще что-нибудь в дополнение к ней.

— Что вы имеете в виду?

— Там будет видно, Алексей Николаевич!..

Ну так как? Можно считать, что у нас состоялся разговор?

— Мне надо подумать, — ответил полковник, не видя выхода из сложившейся ситуации.

«Слава богу, что Светлов у них в руках и они знают, кто он, — размышлял он. — Но что они подразумевают под этим „там видно будет“?»

— Мне надо все хорошо обдумать, — повторил он.

— Сколько вам для этого понадобится времени?

— Сейчас я точно не могу ответить. С этим вооруженным побегом Золотого столько проблем навалилось!.. Пусть хотя бы все уляжется.

— Тогда мы ждем неделю, — конкретно установил срок Ловчий. — Этого времени, я думаю, вам хватит, чтобы уже кое-что подготовить, а если возникнут какие-то идеи раньше, то свяжетесь со мной через Камила, — кивком головы показал Ловчий на бывшего заключенного. — Ну а если он не подойдет, то передадите информацию через Тоцкого!..

— Я через Тоцкого все передам, — подхватил подсказку Шторм. — Он сейчас в больнице, и ни у кого не вызовет подозрений, если я его навещу.

— Вот и ладненько, — довольно усмехнулся Ловчий и в следующую секунду буквально вытолкнул полковника из салона.

Тот с ненавистью посмотрел вслед удалявшейся машине. У него даже возникли болевые ощущения от удара, который он получил при их первой встрече. А сейчас пренебрежительный жест Ловчего будто раскаленным лезвием полоснул его по сердцу. Проглотив обиду, он положил сверток с деньгами в карман шинели и пошел домой.

Глава 3

Всю ночь Шторм думал над тем, как добыть план сигнализации. Карту проволочных заграждений и вышки часовых он мог и сам нарисовать, так как неоднократно бывал на алмазных разработках, но систему сигнализации хранилищ, которая находилась за семью замками в отделе вневедомственной охраны, он достать не мог. Таких возможностей у него не было, и даже сама идея казалась ему абсолютно неосуществимой. «Но предпринять что-то необходимо, — сверлила его мозги мысль, — иначе эти головорезы ни перед чем не остановятся». Хорошо было лишь то, что Золотой и его братва связаны с Ловчим и он теперь знает, где их искать. «Установим за помощником Тонкого наблюдение, и он выведет нас к их берлоге, — думал Шторм. — Но прежде они должны убить Светлова».

Утром он решил после похорон погибших от рук бандитов заехать к ветеринару в больницу.

«Может быть, он что-нибудь подскажет, — думал Шторм. — Да, но он непосредственно связан с бандитами, и не в моих интересах, чтобы они знали о каждом моем шаге». И все-таки он отправился туда.

К большому своему удивлению, полковник увидел в фойе абсолютно здорового и посвежевшего Тонкого, разговаривавшего со своей женой. При появлении начальника ветеринар попрощался с супругой и, немного прихрамывая, подошел к нему.

— Какими судьбами, Алексей Николаевич? — приветствовал он полковника. — Вы к кому? У вас здесь лежит кто-то из знакомых?

— К вам я, Станислав Григорьевич, — холодно ответил начальник.

— Ко мне?! — удивился Тоцкий. — А мне помнится, в последнюю нашу встречу вы сказали, что вызовете меня, когда я понадоблюсь.

Похоже, вы изменили свое отношение…

— Хватит! — резко оборвал его Шторм. — Я вижу, выглядите вы вполне здоровым!.. Я пришел к вам по делу! Вы можете уделить мне пару минут для разговора?

У Тоцкого на губах промелькнула язвительная ухмылочка.

— Вы правы, Алексей Николаевич, я почти здоров, — довольным тоном проговорил он. — Это царапины, а не раны. И я могу уделить вам для разговора пару минут! Давайте сядем вон там у окна, — показал Тоцкий на дальний угол зала, где посетителей почти не было.

Они быстро прошли к окну и сели на стулья.

— Я вас слушаю, Алексей Николаевич.

Шторм повертел головой по сторонам, как будто лишний раз хотел убедиться, что поблизости никого нет, и, собравшись с мыслями, сказал:

— Вы должны помочь мне, Станислав Григорьевич, я оказался сейчас в безвыходном положении!

У Тоцкого в глазах отразилось удивление.

— Любопытно, — промямлил он, — чем же, интересно, я могу вам помочь?

— Вчера вечером у меня были ваши знакомые и попросили оказать им еще одну услугу, — ответил полковник. — Но эту услугу я оказать не могу: она мне не под силу. Кстати, они мне сказали, чтобы связь с ними я поддерживал через вас, — как бы невзначай обронил он.

— И что же требуется от меня? — Ветврач не обратил внимания на последние слова полковника.

— Адрес, где находятся Ловчий и беглецы, покинувшие зону!

Лицо Тоцкого выразило крайнюю сосредоточенность.

— А если я скажу вам, Алексей Николаевич, что не знаю, где они находятся?

— Тогда, Станислав Григорьевич, если они что-то сделают со мной или с моей семьей, то о вашей деятельности тоже узнают в милиции.