Волчье племя - Олег Поддубный

— Теперь вы стали свидетелями очень редкого зрелища, — сказал полковник Малышеву, когда животные исчезли. — Надеюсь, вы понимаете, что подобная тайна не может быть разглашена?

Но капитан был настолько ошарашен, что не смог членораздельно ответить и только тряс головой, давая понять, что второй раз повторять ему не надо.

— Вот и прекрасно! Значит, вам, Владислав Николаевич, я надеюсь, можно доверять и в дальнейшем.

Выйдя из вольеры, Шторм обратился к Тоцкому:

— Вы, Станислав Григорьевич, надеюсь, справитесь здесь без меня, а когда вернется ваш помощник, выкинете труп куда-нибудь на дорогу. Вы лучше меня знаете, как это сделать! — бросил он на прощание, волоча за собой Малышева из питомника.

Глава 4

Ловчий возвращался домой довольный. Ему сравнительно легко удалось установить, что собой представляет Светлый, и теперь он думал над тем, как использовать его с большей эффективностью. Своим телохранителям вор приказал держать рот на замке, чтобы никто, кроме них, не знал, кем является Светлый.

— Рано или поздно наши бродяги узнают, кто он такой, — сокрушался Ловчий. — Не дай бог, если это произойдет до того, как Шторм принесет карты Копиных Чар.

— Боишься, что тебе нечего будет дать вместо этих карт? — усмехнулся Камил.

— Не то что боюсь… Ну посуди сам, Камил, Шторм нам еще сто раз может пригодиться!

— А у меня на этот счет голова не болит! — весело сказал Камил. Он прихватил с собой бутылку водки и всю дорогу в поселок Горское и обратно подогревал себя небольшими дозами алкоголя. — Подумаешь, Шторм!.. Он тебе отдаст карты, а ты скажешь, что парень будет у него завтра, а завтра, естественно, не настанет!.. Все равно он у нас вот здесь! — потряс он портативным магнитофоном, который достал из кармашка чехла переднего сиденья. — Пока он этого не знает, но мы всегда ему можем напомнить, Ловчий! Не пойму, что ты переживаешь?

— Не знаю, чего вы спорите? — вмешался в их разговор один из телохранителей Ловчего. — Возьмите и приобщите его к делу.

— Как приобщить? — спросил полупьяный Камил. — Кого?

— Да этого вашего Светлого!

— Не понял.

— А что тут непонятного? Ловчий, у тебя ведь столько должников — прикажи, чтобы Светлый убрал кого-нибудь из них, и он назад уже сам не вернется, а у нас останется! Лишняя торпеда тебе не помешает!..

— Точно! — выдохнул Ловчий. — А я мозги себе парю, что с ним делать!

— В любом случае Светлый может пригодиться, — продолжал развивать свои мысли телохранитель Ловчего. — Его можно даже назад отдать Шторму после этого, но предварительно заснять на кинокамеру, как он убивает, и чтобы он это видел!.. И пусть он нам информацию поставляет о Шторме…

По приезде на дачу Ловчий обнаружил, что вся братва мертвецки пьяна. Утро началось с того, что все стали выбивать похмелье из головы пивом, привезенным водителем Ловчего.

— Что там у вас вчера вышло? Только рассказывай поподробнее, — прижимая холодную бутылку ко лбу, спросил Золотой, уединившись для разговора с Ловчим и Камилом.

— Парниша, которого ты прихватил с собой, и в самом деле человек Шторма, — заговорил Ловчий. — Вчера это подтвердилось, Камил не ошибся.

— Не может быть!

— Может! Мы Шторму поставили условие: он нам карту Копиных Чар, план сигнализации, а мы ему Светлого.

— И что он?..

— И он сразу захлопал глазами, как филин при дневном свете! — самодовольно ухмыльнулся Ловчий.

— Согласился?!

— А куда он денется?

Отхлебнув из бутылки пива, Золотой спросил:

— А со Светлым что теперь делать?

— Мы вчера об этом думали, когда сюда возвращались, — ответил Ловчий. — И у нас появилась идея подставить его под слизь.

— Зачем?

— Чтобы его не охранять! — весело ответил Камил. — Чтобы сам от нас не убежал!..

— Это только одна сторона, — уточнил Ловчий. — Другая — после убийства отправим его к Шторму, и он будет нашими глазами и ушами! Как тебе идея?.. Нравится?

Золотой дернул плечами:

— Нравится. А кого вы хотите заставить его ухайдакать?

Теперь пожал плечами Ловчий:

— Думали, кого-нибудь из моих должников, но решили, что это для нас обойдется слишком дорого. Убить-то мы всегда успеем!.. Вот деньги вытянуть…

— Да кто же своих должников убивает? — скривил губы Золотой. — Должники пускай живут — рано или поздно расплатятся, когда у них машины или дачи загорятся!..

— Может, у тебя, Антон, на этот счет будут какие соображения?

— А какие соображения? — буркнул Золотой. — Привези сюда пару проституток! Мы с ними побалуемся, а потом отдадим Светлому!

Бандиты решили осуществить свой замысел уже на следующий вечер. Ловчий из Иркутска привез трех молоденьких девушек. Все они были миловидны и стройны. Нет необходимости описывать, что с ними вытворяли изголодавшиеся за несколько лет в лагере бандиты.

Светлов не отставал от них. Он был доволен и едва волочил ноги, когда вокруг него как будто все закипело. Это происходило в сауне. Девушки вдруг стали визжать. Испуганно обернувшись, он увидел, как несколько человек сбили их на пол и, держа за руки и ноги, приставили каждой нож к горлу. Не понимая, что происходит, Светлов уставился на медленно приближавшегося к нему Золотого. В руках у того был пистолет с глушителем.

— Ну что, Андрюша, или как там тебя называет Шторм? Приехали?

У парня все похолодело внутри.

— Что?

— Теперь ты не будешь докладывать Шторму о нас, наоборот, станешь рассказывать нам о каждом шаге твоего начальника. Но сначала ты убьешь вот этих трех шлюх. Тебе понятно?

Светлова затрясло. Внезапно одна из девушек, услышав приговор, рванулась так, что державшие ее бандиты разлетелись в разные стороны. Она подскочила к Золотому и, обхватив руками его ноги, стала умолять о пощаде.

Разъяренный вор пинком отшвырнул от себя девушку и выстрелил ей в голову. Затем, повернувшись к Светлову, он протянул ему пистолет и рявкнул:

— Ну!.. Я жду!.. Через три секунды не выстрелишь — вторым будешь ты!

К голове парня уже приставил пистолет один из телохранителей Ловчего, и, не помня себя от страха, Светлов разрядил всю обойму в лежавших на полу девушек. Вид крови доконал парня, и он упал в обморок, сильно ударившись головой о кафельный пол. Очнулся он через несколько минут, когда трупы девушек уже убрали из сауны и один человек из шланга смывал с пола кровь сильной струей воды.

— Ну как, приятель, оклемался? — раздался над ним насмешливый голос Золотого. — Что раскис? — похлопал он его по щекам.

Светлов беззвучно плакал.

— Ну вот видишь, как в жизни бывает, Андрюша, — перешел на ласковый тон Золотой. — Ты думал, мы не знаем, кто ты? А мы, оказывается, знаем. Сказать, кто тебя продал нам со всеми потрохами? Твой начальник — полковник Шторм!.. Да-да. И не смотри на меня так, не удивляйся!

Позже, сидя за столом, Светлов думал о том, что он при первой же возможности смоется от бандитов, хоть его и сняли на видеопленку. После затянувшегося застолья он узнал, что трупы девушек, завернув в мешки, вывезли на снегоходе «Буран» глубоко в тайгу и там выбросили.

Расчет бандитов был прост: дикие звери и следа не оставят от трупов.

* * *

Упаковав тело Столешина в большой деревянный ящик для перевозки чучел, Тоцкий вымыл и вычистил от крови вольеру, не оставив на полу, стенах и решетках и следа от нее.

Вечером, не дожидаясь, когда от Ловчего вернется Камил, он запряг в сани несколько собак и повез ящик с телом судмедэксперта из питомника в направлении поселка. Пройдя по таежной тропе с полкилометра, ветеринар свернул с нее на еле приметную тропку, ведущую к шоссейной дороге. Погода стояла тихая и безветренная, и это было досадно для Тоцкого. Он очень боялся с кем-нибудь столкнуться лицом к лицу. К тому же луна светила так ярко, что искрящийся снег слепил глаза. Тихо ругаясь про себя, ветеринар вышел к шоссе и, убедившись, что машин нет, вывалил труп Столешина из ящика на проезжую дорогу, затем, освободив собак из упряжки, дал им команду, и они стали кружить вокруг трупа, оставляя множество следов. После следующей команды три пса спустились с дороги на противоположной стороне и пошли по глубокому снегу друг за другом, ступая след в след. Метров через двести сквозь тайгу шла другая дорога, примыкавшая к шоссе, и на ней была автобусная остановка.

Собаки, выйдя к остановке и осмотревшись, нет ли возле нее людей, оставили свои следы и вернулись назад, ступая точно так же друг за другом шаг в шаг. Тоцкий же за это время успел на маленькой тропинке, связывающей шоссе с тропой к поселку, затоптать все собачьи следы.

Больше нигде собачьих следов не было, так как снежный наст на тропе, ведущей к поселку, от мороза стал железным и следов на нем не оставалось. Что касается шоссейной дороги, то на ней лежала мелкая снежная крошка, оставляемая проезжавшими машинами, и следы животных на ней четко отпечатались. Тоцкий дал команду, и все три пса заняли место в освободившемся ящике. Закинув туда собачьи сбруи, он отправился в питомник. Следы от саней, оставшиеся на маленькой тропке, ему также пришлось затоптать после того, как он по ней прошел до основной тропы, тянувшейся от лагеря до поселка. Ветеринар так торопился, что не увидел, как невдалеке от того места, где он на дороге оставил труп судмедэксперта, появились Цезарь и Агата. Волки не спеша подошли к трупу и обнюхали его. В это время из-за поворота появилась машина, и яркий свет фар упал на них. Отвернувшись от слепящего света, волки так же неторопливо заковыляли от трупа вдоль дороги. Ветеринар слышал, как машина остановилась, затем хлопнула дверца кабины, и через минуту до его слуха донесся испуганный крик. У Тоцкого все похолодело внутри, и, гонимый страхом, он с шага перешел на бег.