«Чёрный принц». Легенды и факты - Владимир Виленович Шигин

сослался на какой-либо английский источник. А потому это достаточно голословное утверждение не дает однозначного ответа, зато порождает немало вопросов:

– Кто именно оповестил весь цивилизованный мир об отсутствии золота на «Принце», британское правительство, командование армии, ВМС, а если об этом написала какая-то газета, то какая именно?

– Чем было вызвано внезапное оповещение общественности через 110 лет после трагедии? Истек срок секретности или же англичане сделали это просто из жалости к несчастным кладоискателям.

– Почему о, казалось бы, столь громком заявлении, об этом никогда не слышал никто из российских и украинских историков, занимающихся событиями Крымской войны и постоянно контактирующих со своими английскими коллегами?

На мой взгляд, перед нами очередная легенда «Черного принца» и, надо полагать, далеко не последняя.

Итак, на настоящий момент у нас нет никаких фактов относительно того, что золота на борту «Принца» никогда не было, и все это лишь обыкновенная выдумка журналистов. Однако нет никаких доказательств и обратного, то есть того, что золото на борту «Принца» все же имелось. А потому каждый волен иметь на сей счет свое мнение.

А был ли найден «Черный принц»?

Вопрос этот далеко не праздный. А что, если действительно, все подводные кладоискатели до настоящего времени искали не там, где надо, а потому и не добились успеха. Могло ли получиться так, что с самого начала была допущена какая-то ошибка в определении места гибели парохода? Действительно, определенные сомнения в том, что вообще, когда-либо и кому-либо удавалось найти «Принц» появились уже во время первых экспедиций в Балаклаву. Эти же сомнения, а значит и споры, остаются и по сей день.

До настоящего времени нет никаких точных доказательств того, что водолазы спускались именно на «Принц», как и того, что поднятые в разное время со дна Черного моря предметы принадлежали именно «Принцу».

Отметим, что с «легкой руки» инженера В.С. Языкова, голословно утверждавшего, что «Принц» был единственным железным судном из всех судов, ставших жертвой урагана 1854 года, долгое время считалось, что первое попавшееся на дне железное судно обязательно является «Принцем». Но так ли это на самом деле?

Обратимся к первоисточникам. Попробуем, к примеру, выяснить, что за пароходом был «Язон»? В английском журнале «Прэктикл Мэке-никс Джорнал» за 1854 год находим то, что не было, по какой-то непонятной причине, известно в свое время ни Языкову, ни эпроновцам, ни японцам: «…В Блекуолле… были выстроены три однотипных парохода, соответственно названные «Годден Флис», «Язон» и «Принц»». Но если «Принц» имел железный корпус, то и однотипный с ним «Язон» должен был иметь точно такой же.

Далее в «Прэктикл Мэке-никс Джорнал» приведены самые подробные размеры и характеристики каждого парохода. Отсюда можно сделать следующие выводы. Во-первых, перед штормом на Балаклавском рейде стояло два однотипных парохода – «Принц» и «Язон». Во-вторых: если бы «Прэктикл Мэкеникс Джорнал» попался бы на глаза эпроновцам или японцам в момент подъема частей корпуса, то по точной спецификации, приводимой журналом, возможно в 20-х годах ХХ века еще можно было бы установить, является ли обследуемое судно действительно «Принцем» или нет. К сожалению, никто этого не сделал. Сейчас же по истечении полтораста лет вряд ли, что-то можно здесь справить.

Именно поэтому у крымских кладоискателей до сих пор бытует весьма оптимистичное мнение, что во время подводных экспедиций и ЭПРОНа, и японцев, водолазы ныряли вокруг да около. И набитые золотом трюмы “Черного принца” так и покоятся до сегодняшнего дня где-то на дне.

Определенные сомнения в том, а был ли вообще найден именно «Принц» как мы уже отмечали, высказал еще Михаил Зощенко.

Перед нами письмо-отчет октября руководителя японской экспедиции Катаока от октября 1927 года, утверждавшего: "Черный принц" погиб на том самом месте, где мы производили расследование…"

Полемизируя с заочно с Катаокой, Зощенко писал следующее: «Пароход, над которым работала японская экспедиция, почти всеми специалистами был признан «Черным принцем». Катаока (как видно из его вышеприведенного письма) также не имел сомнения, что это был «Черный принц». Мы тоже имеем некоторую склонность думать, что это был знаменитый пароход. И мы не собираемся со всей твердостью доказывать противное, но сделать несколько предположений нужно.

Работа следователя заключается не в том, чтобы полагаться на ощущения и на чужие доказательства. Работа следователя состоит в том, чтобы тщательно проверить и продумать разрозненные факты и попробовать связать их в одно целое, подчиненное логике во всех мелочах.

Мы, собственно, не знаем, каковы были у Катаоки доказательства, удостоверяющие то, что найденный пароход – «Черный принц».

Катаока в своем деле не был достаточно компетентен, так что его мнение можно считать неавторитетным. Больше того, даже в том случае, если бы Катаока знал, что это был не «Черный принц», он, не желая окончательно подрывать реноме своей фирмы, мог бы, пожалуй, не признаться в своей оплошности.

Что касается специалистов морского дела, то их доказательства основывались главным образом на найденных паровых котлах (и пароходной трубе) тех больших размеров, какие можно было предположить у «Принца».

Но эти доказательства строились на шатком основании: будто бы на Балаклавском рейде не было железных паровых судов, кроме «Черного принца».

Это основание легко опровергается. По старым журналам и газетам можно установить, что, кроме «Принца», в Балаклаве были еще шаровые суда, обшитые железом. Во французском иллюстрированном журнале («Универсаль») от 23 декабря 1854 года сказано: «В Балаклаве англичане имели чувствительные потери. Девять великолепных транспортов, из которых несколько паровых и между ними «Принц», разбились о скалы».

Во французском сборнике «Иллюстрированная история войны с Россией» сказано следующее: «Пароход «Виктория» погиб в гавани, потерявши руль и винт после столкновения с пароходом «Эвон».

Стало быть, вот еще два паровых судна – «Виктория» и «Эвон».

Из английского «Механического журнала» за 1854 год (том VI-й) можно установить, что одного устройства (и одной фирмы с «Принцем») был также железный винтовой пароход «Мельбурн».

Кроме того, в английской печати упоминается, что среди грузовых транспортов один транспорт был обшит железом. Это был паровой транспорт «Резолют».

Итак, если доказательства о «Черном принце» сводились только к тому, что найденные развалины были остатками железного парохода, то эти доказательства не следует принимать в расчет, ибо у Балаклавы, как нам теперь известно, стояло, по крайней мере, пять железных винтовых пароходов, из которых один – «Резолют» – был гружен порохом и снарядами.

Но так как пароходы «Виктория» и «Эвон» погибли в гавани, то могут быть под сомнением «Мельбурн» и транспорт «Резолют».

Судя по описаниям современников, «Мельбурн» успел перед штормом уйти в