Заводские настройки - Александра Ручьева

завидовали нашему отделу, приходили в гости. И действительно: несколько комнат с собственным санузлом, да ещё и с отдельным входом. Мечта!

* * *

Поначалу я не понимала, как ездить, но традиции пути на работу складывались постепенно. Ещё до окончательного трудоустройства я нашла в интернете разные варианты транспорта и уже потом потихоньку выбирала оптимальный. В итоге план окончательно утвердился после трёх месяцев поездок. Свежее утро, семьдесят первый автобус – пересадка на «Першино» – девятнадцатый трамвай – проходная. Идеально. Рассчитано по минутам. Иногда маршрутка под тем же номером приходила раньше. Но в автобусе удобнее дремать на заднем сидении, прислонившись к холодному стеклу.

Когда семьдесят первый перестал ходить, я решила проехаться на трамвае до своей остановки без пересадок. Дело в том, что девятнадцатый ехал через мой район, но по проспекту Победы. А идти на остановку с улицы Братьев Кашириных в темноте по льду с утра, ещё и пару кварталов на север – штука опасная. И я таки рискнула. Вышла из дома пораньше и нырнула в утро. Во дворе фонари ещё не зажглись. Я двигалась медленно и плавно, на ощупь скользила в темноте. Фигуристка, блин.

Улица Молодогвардейцев идёт в гору. Уклон небольшой, но ощутимый. Шагаю широко, тороплюсь на трамвай. Вдруг тишину пронизывает женский крик: «Помогите, пожалуйста, помогите»! Я застыла. Сердце застучало сотней молотов. Ноги вмиг сделались ватными, а в горле появился комок. По телу побежали мурашки. Хотелось броситься на помощь. Я развернулась, огляделась, но никого не увидела. Что это? Кто-то кричал из окна? Но я ведь не заметила ни одной открытой форточки… Тревога за ту женщину не отпускала меня весь день.

Однажды я пошла на другую остановку «Улица Ворошилова» по прямой дороге через сады. Вот там действительно царила кромешная темнота. За заборами с обеих сторон чернели силуэты садовых домиков. Тишина. И я уныло брела по льду. Всё время чудилось, что за забором кто-то бежит параллельно мне или кто-то следит. Жуть. Надо ли говорить, что я вернулась к первоначальному плану утреннего пути с пересадкой?

А трамвай дребезжал, как консервная банка на рельсах. Горячее сидение, холодный воздух, и я между ними трясусь. Любимая городская электричка. Экскурсия в промзону. Записывайтесь, но забывайте о расписании.

Маршрутки в сторону работы ходили всё реже. В один из дней пересадок стало две. Нужный транспорт не пришёл, и… Мой путь постепенно превращался в кошмар. В те дни на остановке я познакомилась с коллегой Татьяной Юрьевной, и мы уже вместе решали – на чём поедем. Мы жили в соседних домах. Она работала в управлении сталеплавильного цеха, а летом занималась распределением путёвок на заводскую базу. Она любила носить яркие и массивные украшения, которые ей очень шли. Я всегда их замечала, потому что сама собрала коллекцию разнообразных необычных серёжек.

Как же бесило каждый раз продумывать разные маршруты, не имея возможности распланировать день. Да, я часто просила коллег вывезти меня на машине с промзоны. Минутки экономились, но постоянно просить неудобно и неловко. Но приходилось.

Мы пытались бороться. Я ругалась с диспетчерами автобусного депо. Писали письма: я – в администрацию, Татьяна Юрьевна – в заводской профком. Получали стандартные малопонятные отписки. Даже как-то прислали бумажное письмо о том, что планируется закупить столько-то автобусов, трамваев и троллейбусов. Да-да, конечно!

Эти планы периодически освещались в челябинских газетах и журналах, но неизвестно, когда их воплотили бы в реальность. Всегда хотелось верить в лучшее, помня о худшем. Но, увы, все наши усилия разбивались об обшарпанные стены системы.

* * *

Я всегда любила трамваи. Наверное, потому что они напоминали мне электрички. А ещё ехали всегда вперёд. Я брала с трамваев пример: старалась идти только вперёд, несмотря ни на что. За четыре года постоянных поездок я черпала вдохновение и силы именно в них. Стук колёс, виды за окном, пассажиры… Зимой практически все одеты в толстые чёрные куртки. Мне казалось, что так и начиналась депрессия: в чёрном море угрюмых утренних людей.

Когда я переехала в центр, то путевой ритуал сменился. На моё счастье, пересадка осталась только одна, на «Першино». Тройка и девятнадцатый – мои друзья вечные, закадычные.

Раннее утро. Все нормальные люди спали, а я топала на остановку. Один и тот же маршрут несколько лет подряд. Выучила почти всех своих попутчиков. С кем-то немного сблизилась.

От кого-то хотелось сбежать, помыться после встречи и больше никогда туда не возвращаться. От таких липкий страх проникал в душу, сковывал тело… Будто длинные сухие пальцы-ветви тянулись ко мне, стремясь прикоснуться к молодой коже. Казалось, что страху нужна моя энергия, что он хочет забрать всё самое лучшее.

Но не появляться на остановке нельзя – электронная проходная следит, кто на работе отметился, а кто – нет.

Зимой каждая поездка в трамвае начиналась с поисков подогретого сиденья. Ведь ехать далеко и долго, и совсем не хотелось превратиться в сосульку. Кондукторши всегда косились. Представьте, вот заходит в вагон девушка и начинает засовывать руки под сиденья, перебегая от одного к другому. Выбирает, всё никак не угомонится, всё не нравится. Билет не берёт. Усядется – тогда тянет руку с проездным. Поймать, что ли, кого надумала? Странно, не правда ли?

Я постоянно считала минутки и мучала диспетчеров расспросами о расписании. Мне всё время не хватало вечернего времени на отдых по будням.

Пару лет назад я спросила коллег: что будет, если трамваи перестанут ходить по нашей ветке? Ведь у нас так много предприятий в соседях. Как людям ездить? Повезёт автомобилистам. А что делать пешеходам?

Как в воду глядела: закрыли мост, по которому мы добирались на работу…

* * *

Перед Новым годом мост на аэропорт закрыли на ремонт. Подарочек, так сказать.

Господи, я же знала об этом в первый рабочий день года! Мне позвонили, сказали. И всё равно пошла. Зачем ездить, если есть ноги? Конечно, никто не придумал, как нам добираться, а я ни с кем не договорилась, чтобы довезли. Коллеги, мои милые добрые коллеги подвозили нас несчастных, безлошадных. Спасали, пока начальство не напряглось и не организовало нам развоз. Почему они не сделали это с начала года, никто не знал.

Но работу множества заводов на улице Монтажников никто не отменял – вот власти и сподобились придумать для нас шаттлы. Чёткое расписание, ждать опоздавших не будут.

Нет, космические корабли не летали по Челябинску, как бы мне ни хотелось. Я не знала, что шаттлом называли два трамвая, сцепленные задними частями,