Русская пятерка. История о шпионаже, побегах, взятках и смелости - Кит Гейв

«Детройта». В России у него все складывалось очень даже хорошо, и он прекрасно это понимал. В пятнадцать лет он уже начал выходить на лед за профессиональную команду своего города – воскресенский «Химик». В 1990 году его признали лучшим новичком лиги.

– Я был большой звездой в России, – вспоминал он годы спустя. – Вот и наделал глупых ошибок.

Он говорил, что не сошелся характерами с главным тренером «Химика», а потому решил выступать за ЦСКА, где во главе угла стояла дисциплина. Козлов понимал, что это пойдет ему на пользу. Но не менее важным фактором было то, что ЦСКА обещал заплатить ему 120 тысяч долларов. По той же причине он не спешил уезжать в НХЛ.

«Детройту» уже удалось вывезти из России двух игроков. Окрыленные этим успехом и видя огромный потенциал Козлова, «Ред Уингз» бросили на него все силы, хоть скауты и твердили им, что он еще не совсем готов для игры в НХЛ. Даже если «Крыльям» удастся вывезти его из страны, Славе все равно придется поиграть потом еще год или два во второй команде, чтобы дорасти до нужного уровня.

Козлов тогда был ростом 177 см и едва ли весил 77 кг. Он был слишком щуплым, но его тело продолжало расти. Ему требовалось набрать еще килограммов семь мышечной массы, чтобы выдержать все невзгоды, которые приходится преодолевать игрокам в марафоне восьмидесятидвухматчевого регулярного чемпионата.

Спустя полгода после драфта спецотряд «Детройта» сел в самолет Майка Илича и отправился в Реджайну, провинция Саскачеван, на молодежный чемпионат мира. На борт взошли Джим Лайтс, Ник Полано и довольно много о себе мнивший агент, которого «Ред Уингз» наняли вместо Матвеева, который приехать не смог.

– Он должен был стать моим переводчиком и представить меня Козлову, – рассказывает Лайтс. – Но этого типа было не заткнуть. Он то и дело твердил: «Я как Дон Кинг!» Псих какой-то. Он уверял, что обо всем договорится с Коззи прямо на месте и мы из Реджайны уедем уже вместе с ним. Естественно, мне хотелось как можно скорее туда добраться. Я даже машину взял напрокат на случай, если у Вячеслава не будет под рукой подходящих документов, чтобы мы могли перебраться через границу. К таким вещам надо основательно готовиться.

Вот только один важный момент они не учли – Слава Козлов никуда ехать не собирался. Более того, в какой-то момент он даже подумал, что его собираются похитить. Будучи молодым и перспективным советским хоккеистом, за которым охотились клубы НХЛ, Козлов опасался двух типов людей, постоянно круживших вокруг команды, – «шпионов» и «агентов».

«Шпионами» называли сотрудников КГБ. Они были приставлены ко всем российским командам, выезжавшим за пределы Советского Союза. По прибытии на место они у всех забирали паспорта – именно они несли ответственность за то, чтобы все игроки вернулись на родину.

– С нами всегда путешествовали шпионы, а с другой стороны ждали агенты, – объясняет Козлов.

«Агенты» были эдакими охотниками за головами, которые гонялись за талантливыми игроками. Постоянно пытались переманить хоккеистов в команды НХЛ, подписать их на огромные контракты и поиметь с этого баснословные проценты.

Они вечно крутились вокруг отеля и шептались с игроками в лифтах, как утверждает Козлов. Если им удавалось уединиться с хоккеистом, то они часто дарили им подарки, вплоть до дорогих коньков. Все это было очень мило и льстило игрокам, но Козлов знал, что дистанцию нужно держать.

– Это происходило еще во времена железного занавеса, – объясняет он. – Тогда не было понятно, дадут тебе уехать или не дадут.

Человеком, который хвастался тем, что сможет переманить Козлова в «Детройт», оказался Виталий Шевченко – молодой и дерзкий бизнесмен. Он был украинцем, а с «Ред Уингз» его познакомил Матвеев. Вместе с Лайтсом и Полано они отправились в Саскачеван. Шевченко получил лицензию агента НХЛ после того, как ему удалось от лица Владимира Крутова согласовать контракт с «Ванкувером».

Крутов был из ряда ведущих советских игроков старого поколения, который одним из первых получил разрешение на отъезд в НХЛ. Деловые отношения Шевченко с хоккеистами были короткими и закончились неприятно – ряд игроков подали на него в суд.

Козлов с опасением относился к тому, что Шевченко хочет представлять его интересы. Однако в оправдание агента стоит заметить, что Козлов немного ввел его в заблуждение.

Они встретились осенью 1990 года, когда Шевченко приехал в Воскресенск и рассказал Козлову, что «Детройт» хочет, чтобы тот бежал как можно скорее. Он также добавил, что представители клуба приедут на молодежный чемпионат мира и уехать в НХЛ с ними можно будет прямо оттуда.

– Надо было отказаться сразу, – рассказывал потом Козлов в одном интервью. – А я промямлил что-то невразумительное. И дал ему повод думать, что меня все устраивает».

Когда они встретились уже в Саскачеване, Шевченко сказал Козлову:

– Человек из «Детройта» ждет тебя в машине.

Козлов запаниковал. Он выбежал из раздевалки без кошелька и документов, сел в машину, толком не разобравшись в ситуации.

– Садись, – сказал Шевченко, пытаясь успокоить молодого человека. – Самолет готов ко взлету.

Теперь уже заволновались представители «Ред Уингз».

– Мы все были готовы, обо всем позаботились, – вспоминает Лайтс. – А у этого пацана все мысли только о том, чтобы порулить машиной, которую мы взяли напрокат. И все это в Реджайне – там за окном реально было за минус тридцать. Мы его два дня ждали, специально приехали перед Рождеством. И тут выясняется, что парень вообще не желает срываться с места и куда-то ехать. Не хочет, и все тут! Его тянет домой к маме. Из-за ряда обстоятельств многие девятнадцатилетние российские хоккеисты вели себя так, будто им уже двадцать пять. Когда же я познакомился со Славой, ему было девятнадцать, но вел он себя на шестнадцать. Он был еще мальчиком. Эмоционально не созрел для отъезда. Меня это в нем всегда подкупало.

Вспоминая ту историю в Реджайне, Козлов соглашается со всем вышесказанным.

– Я не был готов уезжать в такой спешке, – признается он. – И сказал, что никуда не поеду, что не могу подвести команду, да и вообще у меня даже паспорта нет.

Козлов заявил «Ред Уингз», что, может быть, сбежит после турнира или уже летом. Выбора у «Крыльев» не оставалось: как