Новая прошивка императора II - Николай Бутримовский

— Что это, Ники? — спросил меня Вильгельм.

— Конфиденциальное письмо от маркиза Солсбери, кузен. Он отправил мне его, когда понял, что визит в Англию отложен на неопределённое время, и прислал курьера.

— И что же там?

— Я не буду лишать тебя удовольствия его прочитать лично, кузен[101].

Пока Абдул-Хамид знакомился с творчески «доработанным» моими людьми письмом на английском языке, я сделал несколько глотков воды, поданной к кофе, а затем посмотрел на настольные часы, которые стояли на одной из стильных пристенных тумбочек.

«Если они идут верно, то… Время же там берлинское?.. Простая арифметическая операция с часовыми поясами часто вводила меня в ступор… Особенно когда я волновался… А волноваться было за что! Итак, если часы идут верно, то я в графике! Ха-ха!»

Абдул-Хамид протянул письмо кайзеру и посмотрел на меня затравленным взглядом:

— Так это правда? Не могу поверить!..

— Увы, но это так, брат мой. Премьер-министр Великобритании маркиз Солсбери предложил мне совместно оккупировать зону проливов и установить там международный правовой режим. Кроме того, они планируют отторгнуть у вас Египет, а Сирию предлагают французам…

— А… — Вильгельм хотел что-то сказать, но не успел.

Откуда-то с моря раздался взрыв!

Интерлюдия XIII

Лондон

Солсбери стоял в кабинете королевы Виктории и откровенно нервничал. Безусловно, хвалёное английское умение «делать лицо» не оставило и не могло оставить премьер-министра, но внутри… Тщательно выстроенные комбинации летели в пропасть и имели высокие шансы утащить за собой и всё правительство.

— Что у вас происходит, лорд Солсбери? — поинтересовалась королева, положив на стол свежую газету. — Кайзер договаривается с русскими? Чью армию мы завтра увидим в зоне проливов? Если вы запамятовали, то помогу вам — ещё несколько дней назад планировалось, что это будут английские полки и мой флот!

Последнюю фразу Виктория произнесла с еле скрываемым сарказмом.

— В России произошло слишком много непредсказуемых событий, ваше величество. Мы планировали провести дипломатическую игру с императором Николаем, его окружение было готово идти нам навстречу — русским нужны новые союзники после разрыва с Германией пять лет назад[102]. Но серия непонятных покушений… И резкое изменение политики, внешней и внутренней.

— Вам удалось выяснить, кто за всем этим стоит?

— К сожалению, пока нет, ваше величество. Нам известно о трёх случаях подряд: подготовка к первому покушению была разоблачена, и группа социалистов схвачена жандармами, во время второго был убит великий князь Сергей Александрович, и легко ранен сам император, а во время третьего погибли Владимир Александрович и его сын Кирилл Владимирович. Причём последние были центром возможной фронды…

— Спасибо за справку, маркиз. Но я и сама внимательно слежу за новостями! — Прервала Солсбери недовольная королева. — Какие из всего этого делаются выводы? Что докладывает наша агентура, в конце концов!.. Николай проявил удивительную и совершенно непохожую на него резвость после получения этого «ранения», моя внучка находится в изрядном смятении. Так был ли он ранен на самом деле или это всего лишь ширма? Кто стоит за всем этим, я вас спрашиваю⁈

— Наша агентура до сих пор не смогла установить, ваше величество. Все источники, как один, говорят, что это были некие сектанты, причём какие-то новые. Никаких связей с известными нам… кхм… революционерами. Удалось выяснить, что несмотря на объявленные императором свободы совести и вероисповедания, русские активно проводят силовое подавление разного рода религиозных фанатиков-сектантов. Точнее, они проводили его и ранее, но теперь их новый министр внутренних дел взялся за решение этой проблемы гораздо серьёзнее — аресты и облавы по всей стране, активно используются недавно созданные части внутренних войск.

— Да, Ники сделал сильный ход, объявив о русской хартии вольностей. Наверняка это его действие причинило вам изрядно хлопот? С кем теперь будете сотрудничать, маркиз?

— Мы работает на этим, ваше величество, — скривил лицо Солсбери. — Либеральная внутренняя политика фактически вывела из игры основную массу недовольных. Однако мы сейчас устанавливаем новые связи с радикализировавшимся меньшинством — есть те, кто считает реформы недостаточными. Вторая наша ставка — аристократическая фронда, русский император многим не по нраву. Но, к сожалению, и здесь пока до успеха далеко. Самые влиятельные Романовы убиты, другие отстранены от власти; несмотря на либеральную риторику политическая полиция усиливается…

— А ещё эта совершенно нелепая смерть князя Лобанофф-Ростофски[103]! Он проявлял удивительное здравомыслие на посту министра иностранных дел — мы вели с ним продуктивные переговоры, он твёрдо обещал нам, что русские займут позицию невмешательства в Балканские дела.

— Да, это тоже удар по нашим планам, маркиз! Как можно было допустить его смерть?

— Но как мы могли повлиять? Князь закончил переговоры с австрийским правительством и ехал к императору в Крым, умер в дороге.

— И сразу после этого, мой кузен затеял непонятную интригу с кайзером и султаном? Очень удобно… Он, не мешкая ни дня, оттоптал вам ноги в Стамбуле, с этой вашей затеей ничего не вышло, а теперь что-то происходит в море прямо у входа в проливы? А где наш флот?.. Я вам вот что скажу, маркиз, вас переиграли словно ребёнка! Я бы и сама лучше не сделала! Сначала император Николай подстроил эти мнимые покушения, затем раскусил вашу интригу с банком — оказывается, не только мы можем устраивать провока… гхм… играть в такие игры! А теперь, получив всю полноту власти в империи, он действует решительно и на опережение!

— Ваше величество, вы полагаете, что за всеми этими событиями стоит лично русский император?

— Он укрепляет свою власть, маркиз. Это же очевидно… Увы, но похоже, что Николай стал нашим прилежным учеником…

Париж

— Господа, президент республики готов принять вас, — секретарь Феликса Фора распахнул двери и почтительно замер.

Феликс Жюль Мелин сдержанно кивнул и первым зашёл в кабинет президента Франции. Хозяин сидел за столом и делал вид, что листает какие-то документы. Председатель Совета министров Франции чуть поморщился: бывшему участнику Парижской коммуны претили имперские замашки президента.

— Рад видеть вас, господа! — Фор наконец «заметил» вошедших и расплылся в улыбке.

Глава правительства Мелин и министр иностранных дел Габриель Оното также поздоровались:

— Господин министр, мы ждём от вас пояснений — что происходит между Россией и Германией? И какое