Его сладкая одержимость - Жанна Дэль

действий кровь прилила к лицу, вызывая легкий румянец. Роман тихо рыкнул и притянул девушка за талию теснее к себе, углубляя и распаляя поцелуй. Ему нравился её непорочный вкус, она словно нектар, который хотелось пробовать и пробовать, хотя всё равно всегда будет мало.

Ангелина ощущала, как всё тело начинает немного ломить, желая почувствовать более откровенные ласки от этого мужчины, и от этих мыслей стало немного страшно. Но, тем не менее, она даже не попыталась выбраться из объятий мужчины или оттолкнуть его. Он запустил свои пальцы в её волосы, слегка ероша и путая их, и от этого мурашки Лины пошли водить хоровод по всему её телу.

Жарко… Становилось невыносимо жарко. Лина почувствовала, как горячая смазка промочила её трусики и немного стала стекать по внутренней стороне бедра. А после того, как Чернышевский коснулся её там своими пальчиками, мозги и чувство самосохранения улетели искать другую хозяйку. Девушка не могла объясниться даже с собой, почему её так тянет к нему, отчего её тело плавится от прикосновений этого мужчины, желая ощущать их постоянно, с другими парнями, и со Степаном в частности, не было и малой доли этого всего. Лина не знала ответы на эти вопросы. Но одно было известно точно, здесь и сейчас с ним ей хорошо как никогда.

Роман слегка прикусил нижнюю губу девушки и сорвал сладкий стон наслаждения. Лина не могла себя уже контролировать, хотелось почувствовать и ощутить в полной мере действительно настоящий секс с мужчиной, от прикосновений которого ноги подкашиваются, а все мысли и противоречия уходят на второй план.

Роман ясно ощущал, как желание Ангелины разрастается, и это не могло не радовать. Значит, тот его поступок, совершенный над ней, сошёл на нет и он не стал ей противен. От чего-то он так обрадовался этому, что было самому дико. Необходимо было спрятать эти эмоции и никому их не показывать. Девушка начала расстёгивать его рубашку и тут он вспомнил, что не может сейчас взять её, ведь наставления доктора никто не отменял. Переступая через себя и стараясь утихомирить своё возбуждение, Роман одним резким движением ссадил с себя девушку и, тяжело дыша, тихо произнес:

— Пока нельзя, Лина. Хотя я хотел бы взять тебя прямо здесь и почувствовать содрогающиеся мышцы твоего лона, которое плотно обхватило бы мой член. Но тебе нужно подлечиться. Отправляйся в постель.

— А можно мне с вами сегодня поспать? — пьяная речь вылетела быстрее, чем мозг успел понять, что она произнесла. Ангелина ойкнула и прикрыла ладошкой рот. — Простите, что-то алкоголь сильно в голову бьет.

— Можно, — раздался тихий слегка с хрипотцой голос, отчего тело Лины пропустило удар тока. Было так странно и стыдно, что хотелось отмотать время и не нести всякую чушь.

— Я не…простите, я пойду к себе.

— Поздно, теперь ты пойдешь ко мне, — он усмехнулся, а в его глазах заплескались хитрые огоньки. — Не пей больше спиртное, когда меня нет рядом. — Лина замерла, заглядывая в глаза этому решительному и спокойному мужчине. Казалось, что он не пробиваем, в то время как её сердечко вот-вот готово было выпрыгнуть из груди от одних этих слов.

Глава 19

Щёчки девушки покрылись предательским румянцем, а дыхание участилось до предела, выдавая её чувства с головой. Как можно, то быть злым и жестоким, то говорить такие смущающие и откровенные слова. В пьяном состоянии вообще думалось очень плохо, ещё и эти лукавые синие глаза следили за каждым движением Лины, словно испытывая.

Роман вальяжно встал и произнес:

— Пока я приму душ, ты уже должна быть в моей постели, — голос, от которого мурашки побежали по всему телу.

— Я не то имела в виду… — пыталась запротестовать Ангелина, это ж надо было такое ляпнуть. Она корила себя за это, не стоило пить алкоголь.

— Лина, я кажется ясно выразился, — и ушёл в направлении ванной, оставив шокированную девушку одну. Ему нравилось её смущать, он получал удовольствие, поддевая её.

Роман направлялся в душ, чтобы снять необузданное возбуждение под струями холодной воды. Он знал, что она не придёт, хоть алкоголь ей и придал решимости, но это всё таже пугливая Ангелина. Чернышевский получал некое наслаждение, от таких вот простых и ничем необязывающих разговоров с этой особой. Вот только с каждым разом он хотел её всё больше. Эта невинная улыбка, серые лучистые глаза, а сладкие неповторимые стоны вообще будоражили его фантазию всё сильнее, доводя возбуждение до предела.

С каждым прикосновением к Ангелине ему хотелось большего, и сдерживать себя получалось всё сложнее. Невероятное желание обладать ней разрасталось и поселилось в голове, как мантра. А если представить, насколько она узенькая и неиспорченная, то это вмиг сносило все попытки контролировать своё возбуждение.

Мужчина принял быстро душ и был шокирован, когда обнаружил в своей постели, укрытую с головой, девушку. Только её светлые волосы выглядывали из-под одеяла. Роман ухмыльнулся такой решительности. Он, правда, не ожидал, что она придёт к нему спать.

— Лина, может всё-таки вылезешь из своего укрытия? — усмехнулся мужчина и подошёл ближе к постели. Девушка немного приспустила одеяло, показывая только свои невероятно потемневшие от вожделения глаза. Было так стыдно и одновременно крышесносно, что Лина чувствовала, будто прямо здесь и сейчас растворится. А взглянув на полуобнаженного мужчину, и вовсе легкие забыли, как работать. Он только что вышел из душа, по его рельефному телу стекали маленькие капельки, соблазнительно поблескивая в свете ночного светильника. Кроме черных боксеров, которые заманчиво обтягивали мужское достоинство, на нём больше ничего не было. Ходячий секс в живом виде. Разве можно быть настолько привлекательным, одного взгляда достаточно, чтобы почувствовать легкое покалывание между ножек.

— Ты пришла сюда, чтобы прятаться? — с некой издевкой спросил мужчина.

Девушка встрепенулась и быстро встала с кровати

— Простите, я погорячилась… я не должна… — она направилась было на выход, но была поймана за руку, и вмиг очутилась вновь на постели. Над ней навис Чернышевский и пронзал своим лукавым прищуром.

— Будем спать вместе, — произнес он и осмотрел девушку. — Вижу, ты надела очень соблазнительную пижамку…

— Это было в пакетах, что привезли, я бы такую не купила, — пролепетала Лина, буквально ощущая похотливый взгляд мужчины на своём теле. Ночная одежда, действительно была слишком откровенна, но её сорочку куда-то дели, что она не могла нигде отыскать эту вещицу. Сейчас же она была в коротких нежно голубых шортиках с кружевной окантовкой и легкой маечке на бретельках. Хорошо в доме было очень тепло, благо отапливали это здание,