Его сладкая одержимость - Жанна Дэль

Страшный человек, которому наплевать на чужую боль. Все чувства жалости, и им подобные, давно спрятаны где-то внутри. Он изменил себя, чтобы отомстить. А сейчас одна маленькая хрупкая девчонка рушит всё. Она забралась куда-то слишком глубоко внутрь.

Роман подошёл к сидевшей девушке и тихо прошептал.

— Пойдём. Диану разрешили забрать. Уложишь её, а после поговорим.

Мужчина, не дожидаясь ответа, отправился в палату за дочерью, зная и ощущая, что Ангелина следует за ним. Она слишком добра, даже после его поступка продолжает заботиться о его дочери, как ни странно, но и о нём, даже вон пледом укрыла. Но, чёрт бы её побрал, почему она целовалась с этим дворником? От этих воспоминаний у Романа по инерции сжались кулаки, контроль — это сейчас самое важное. До разговора необходимо больше не пугать Лину, чтобы она совсем не закрылась в себе.

Глава 18

Лина видела, как Роман вынес дочку на руках и заботливо усадил на заднее сидение. Ведь он может быть хорошим. Всё в нём говорило о том, что Чернышевский специально показывает себя с плохой стороны. Девушка последовала вслед за мужчиной и закрутила головой в поиске машины, на которой приехала с водителем, но её нигде не было. Лина поежилась от холода и взглянула на Романа, которой шёл ей на встречу и снимал с себя зимнюю куртку. Он подошёл к ней и накинул ей на плечи теплую вещь, пропитанную его запахом, который волнует каждую клеточку тела.

— Не стоит. Вы замёрзнете, — Ангелина попыталась снять куртку, но мужчина лишь сильнее стянул края одежды.

— Лина, я сам разберусь что стоит, а что нет.

В один момент он подхватил её на руки, отчего Ангелина вскрикнула и попыталась выбраться из его хватки.

— Что вы??? — опешившим голосом лепетала девушка. — Поставьте меня, я сама могу идти.

— Ты уже выбежала в одних тапочках, по моему твои ноги, спасибо за это не сказали, — хмуро заметил мужчина.

— Разве вас должна волновать моя боль?

Роман почувствовал укол по его совести за совершенный поступок. Мужчина лишь сильнее прижал девушку к себе и следовал к белой машине. Лина смотрела вниз, боясь даже взглянуть на него. Ей была дика такая его забота. Но в тоже время она ощущала себя сейчас защищенной, будто Роман был самым необходимым в её жизни, тем кто от всего убережёт и укроет. Разве что от себя не спасёт. В его руках было тепло и уютно, вмиг все ощущения холода пропали, потому что грудь наполнилась каким-то огненным жаром, от которого горячие импульсы прошлись по всему телу.

Роман поймал себя на мысли, что ему нравится, как к нему сейчас прижимается Ангелина, будто ища в нём спасения от всей той боли, которая сейчас её терзала. Ему хотелось её защищать и это желание было дико для него. Ему не нравилось, что сейчас её серые глаза почти постоянно на него смотрят затравленным боязливым взглядом. Хотелось вернуть тот блеск и явное, но скрываемое доверие. Он усадил хрупкую девушку на переднее сидение автомобиля, и сам, уместившись за руль, тронулся в сторону дома. Диана что-то рисовала и клевала носом, засыпая. Лина то и дело оборачивалась посмотреть на малышку, удостоверившись, что с ней всё хорошо.

Обернувшись в очередной раз, чтобы взглянуть на малышку, Ангелина заметила, что та уснула.

— У вас нет в машине пледа или чего-то похожего? Хоть в машине и тепло, но уснув, думаю Диана немного продрогнет.

— За весь мой жизненный опыт — это первый раз, когда он нужен, — не отрываясь от заснеженной дороги, произнес мужчина. Ангелина сняла куртку Чернышевского и осторожно, чтобы не разбудить маленькую девочку, укрыла её.

Они добрались до особняка в тишине, чтобы не разбудить Диану. Мужчина занёс малютку на руках и уложил в кроватку.

— Прими душ, и приходи в зал с камином, — произнес Роман и медленно удалился в направлении своей спальни.

У Лины были сейчас двоякие чувства. Сейчас Роман вёл себя нормально. Не грубил и не злился. Ангелину откровенно пугали такие перемены в настроении.

Девушка быстро приняла душ и была готова свалиться с ног. Усталость и утомленность овладевали ней. Ангелина натянула на себя домашнее свободное синее платье и направилась в зал, где её уже ждал Чернышевский.

Роман налил два бокала вина и сидел, удрученно наблюдая за разгорающимися дровами в камине.

— Садись, — раздалось тихое и мягкое слово. Лина присела в кресло напротив и не сводила взгляда с Романа. — Выпьем? — предложил он улыбаясь одними уголками губ.

— Я не очень хочу.

— Нужно расслабиться. По-моему эти два дня были слишком насыщенными, — горько усмехнулся мужчина.

Лина осторожно взяла бокал и немного отпила. Ароматное фруктовое вино проникло внутрь, распространяя легкую расслабленность по всему телу.

— Лина, что у тебя со Степаном? — вопрос, заставший Ангелину врасплох. Девушка отставила бокал с напитком в сторону и посмотрела на мужчину, облизнув губы.

— У меня ничего с ним нет, — тихо прощебетала Ангелина сжимая край платья.

— Как ты с ним сбежала? И что же тогда заставило тебя с ним целоваться? — Роман напрягся всем телом, это было заметно по вмиг выпрямившейся спине и сжатым скулам.

— Говорю же у меня с ним нет ничего, я с ним не сбегала. Я не знаю, как оказалась вне дома.

— Смешно, — усмехнулся Роман и посмотрел на Лину проникновенным взглядом, словно пытаясь её прочитать.

— Зачем спрашивать, если не верите? Я не уверенна в своих догадках, поэтому не хочу никого обвинять или ещё что-то.

— Говори, — требовательно произнёс мужчина, испытывающе смотря на девушку.

Ангелина взяла бокал и залпом осушила его, затем посмотрела на Романа и выдохнув произнесла.

— Я думаю… точнее подозреваю… — Лина не знала какие подобрать слова, чтобы правильно высказать свои мысли. — В общем, это Анфиса, что-то подмешала в мой кофе.

— То есть ты обвиняешь мою давнюю знакомую, ради того чтобы выгородить себя? — недоверчиво протянул мужчина и закинул маленькую виноградинку в рот.

— Даже не пытаюсь выгородить себя. Это ваше право верить или нет. И я никого не обвиняю, потому что я не знаю, — Лина последовала примеру мужчины и тоже оторвала с веточки зелёную вкусность. — У вас на улице есть камеры наблюдения, нельзя ли нам посмотреть, как я выходила в этот клуб?

Лина взглянула на мужчину, который задумался и понял, что из-за гнева, управляющего ним, мозги совсем не работали. Как он сам не догадался посмотреть камеры видеонаблюдения. Роман набрал номер главного по охране и грубо отдал приказ:

— Коля, все данные