Наследница - Борис Седов

Тамара опять шагнула вперед, положила ладони Денису на плечи. После его объяснения испуг, на пару секунд возникший у нее, прошел. Осталось только желание рассмеяться:

«Ну не хрена же себе! Никогда не подумала бы, что с мужиками случается и такое! Вот уж вляпалась! Впрочем, не жаль — это даже становится интересным. Если сегодня всё же удастся полапать этого ненормального, можно считать, что испортила девственника».

— Денис, но почему тебе… м-м-м… достался этот… м-м-м… недуг? Ведь должны же быть какие-нибудь причины?

— Все причины у меня в детстве. — Он снова напрягся. Похоже, что про причины ему говорить не очень хотелось. Но ничего не поделаешь… — Точнее, в воспитании. У меня были слишком праведные родители, и в меня с малых лет вдалбливали определенные правила жизни. Кое-какие из них я потом выкинул к дьяволу. А кое-что засело в мозгу намертво. Тамара, давай выключим свет.

— Делай, как знаешь, любимый.

«Делай-делай, — про себя усмехнулась она, — а дальше посмотрим, как ты сумеешь сохранить на замке ту границу, которую для меня определил. Дождусь момента и всё же ее переступлю. Избавлю тебя, крейзанутый, от твоего сексуального отклонения. Ты упертый, а я еще больше. И я далеко не такая, как все твои прошлые бабы. Уж если мне говорят, что чего-то нельзя, сделаю всё для того, чтобы этого добиться».

— Я согласна, давай примем душ в темноте.

«И всё-таки в классное нынче я вляпаюсь любовное приключеньице! Кому рассказать, ни за что не поверят!»

— Денис, я даже готова раздеться в прихожей или в какой-нибудь комнате, чтобы ты мог спокойно залезть в душевую кабинку.

«Ох, даже не представляешь, любимый, с кем ты связался. Я буду не я, если не доберусь до твоего неприступного клада!»

До «неприступного клада» ей удалось докопаться только через неделю.

А в это утро Денис, как и предупреждал, ничего не позволил. Притом, сделал это настолько умело и хитро, что Тамаре даже не пришлось хоть о чем-то жалеть. Сначала она просто забыла обо всех своих стервозных намерениях. А потом на приведение их в исполнение не осталось сил.

А у кого что осталось бы после подобного?! Потому, что такого любовника, каким оказался Денис, Тамара еще не встречала.

Не встречала никого даже близкого к нему!

И не испытывала ничего, хоть немного напоминающее то, что ей довелось испытать в это сумасшедшее утро. Любовное приключение оказалось чем-то безумным!

Она, и правда, как обещала, разделась в спальне, аккуратно сложив все бебехи на стуле возле кровати. Потом, голая, выждала еще какое-то время — провела его, вновь изучая книги, выставленные как в витрине музея, в старинном книжном шкафу. И, ступая босыми ногами по холодному полу, направилась в ванную.

— Денис, ты готов?..

«Извращенец».

— .. .Мне можно войти?

— Заходи, — донесся из-за двери его голос, и Тамара осторожно вошла в темную ванную. Ничтожного света, проникшего вместе с ней через дверной проем, оказалось достаточно, чтобы разглядеть силуэт дожидавшегося ее Дениса и нечто вроде белого полотенца, обернутого у него вокруг бедер. — А теперь, пожалуйста, детка, прикрой дверь и замри. Не хочу, чтобы ты приложилась к чему-нибудь в темноте.

На секунду ей опять стало не по себе. Захотелось, от греха подальше, выскочить вон. Темная ванная с этой чуть различимой во мраке фигурой вызывала у нее ощущение какой-то ловушки. И закрывать за собой дверь, отрезать себя от светлого мира Тамаре абсолютно не улыбалось.

«И куда ты полезла, дуреха! — замерла она на пороге. — В какой такой блудень решила вписаться, купившись на левые россказни о сексуальном расстройстве, вызванном плохим воспитанием в детстве. Всё это враки — во-первых. А во-вторых: как-то уж слишком таинственно и мрачно обставлено это любовное действо. А ну как Денис — просто паршивый маньяк? Или решил расквитаться за то, что приставляла к его затылку «Беретту»? А ведь он далеко не слабак, и вряд ли удастся справиться с ним в темноте.

Да ты же не выйдешь отсюда живой!»

— Тамара.

И всё-таки голос его так возбуждал! И возбуждал антураж, окружавший ее в этот момент — прямо-таки эпизод из какого-то триллера!

— Да, Денис. Уже, — выдохнула она, притворила за собой дверь и послушно остановилась у входа.

Чувство опасности неожиданно покинуло ее, сменившись ожиданием чего-то необычайного. Кровь наполнилась адреналином. Тело — желанием, и его исполнения пришлось ждать очень недолго.

…Тамара ощутила легкое прикосновение ладони у себя на локте.

— Пошли, провожу тебя в душевую. Не торопись. Не навернись.

— Да здесь же всего три шага, — усмехнулась она.

— И всё же так будет надежнее. — Денис осторожно увлек ее за собой.

А уже через десять секунд она оказалась в раю.

Под теплыми струями воды, нежно массировавшими всё ее тело не только сверху. Но и с боков. Но и снизу.

В нежных (таких нежных!) руках, ласкающих сперва чуть заметными, робкими прикосновениями, но с каждой секундой становившимися всё настойчивее, всё ощутимее!

Тамарины пальцы скользнули между Денисовых ягодиц.

— Не отвечай мне, детка. Я же просил тебя.

Ах, его голос!

Тамара отдернула руку. Она не желала ослушаться. Потом. А сейчас лучше всего замереть и получать удовольствие.

— Хорошо, дорогой. Я не буду. А ты продолжай… продолжай…

И он продолжал… продолжал…

Когда его руки легли ей на груди, а пальцы слегка сжали соски, у Тамары сперло дыхание.

Когда он принялся целовать ее в шею, а одна из ладоней клином врубилась между их слившихся тел и принялась агрессивно протискиваться вниз, Тамара не смогла сдержать глухой стон.

Когда его пальцы жестоко смяли ее плоть, Тамара непроизвольно раздвинула ноги и рассадила Денису ногтями все плечи.

…Он оказался самым грубым любовником в ее жизни. Он оказался самым нежным, самым желанным, самым… самым!!!

Денис искусал ей весь лобок — Тамара в этот момент, уже толком не сознавая, что творит, выдрала у него из головы половину волос.

Денис садистским рывком развернул ее спиной к себе, переломил в пояснице, так, что ей пришлось опереться руками о пол, и резким движением вошел в нее сзади — в это время Тамара уже ничего не соображала. Ничего больше не помнила, достигнув того долгоиграющего оргазма, в рассказы о которых никогда раньше не верила.

О Сатана, как же ей было в кайф!

Как жаль (или наоборот — хорошо?) что из этого она почти ничего не запомнила.

…Придя в себя, Тамара обнаружила, что находится в спальне, лежит в постели, и на ней длинный махровый халат. А Денис стоит рядом с кроватью и взирает на нее с чуть заметной улыбкой.

— Хочешь чего-нибудь выпить, принцесса? Пиво? Мартини? Джин с тоником?

Нет, спиртного ей не хотелось. Разве что соку.

— Разве что соку. — Закряхтев от усилия, Тамара перевернулась на бок. — Зараза, как ломит всё тело! Денис, а что это было? Не помню вообще ничего. Ты ввел мне какой-то наркотик?

— Только один. — Улыбка стала гораздо шире. — Я вводил тебе его на протяжение почти двух часов. И сзади, и спереди, и в самых идиотических позах.

— Сволочной извращенец, — с трудом рассмеялась Тамара. — Разве можно такое проделывать с девушкой? Теперь буду ходить враскорячку, как утка.

— Это пройдет уже завтра. А сейчас я сам отвезу тебя в Ольгино.

— Я не хочу домой. Я хочу остаться! Я хочу еще! — Вот теперь настала пора рассмеяться Денису.

— Ты ненормальная! Ты просто не выживешь. А если и выживешь, то не сможешь рожать.

— До фонаря!

— Нет, — покачал Денис головой. И не терпящим возражений тоном повторил: — Я сейчас отвезу тебя в Ольгино. А потом уезжаю из города.

— Куда?!!

— По делам, милая, по делам. Не забывай, что, кроме секса с тобой, у меня еще есть работа. И прошу, никогда не задавай мне вопросов о ней.

— И не подумаю. Денис, а надолго?

— Что надолго? — не понял он.

— Ну, уезжаешь из города.

— А, ты об этом. — Денис присел на край кровати. Протянул руку. И ласково (О Боже, как ласково!) погладил Тамару по голове. — Нет, ненадолго, принцесса. Всего на недельку. И обещаю: как только вернусь, ты будешь первой, кому позвоню. Не забывай включать телефон. А теперь, детка, соберись с силами и одевайся. — Денис поднялся. — А я пока пойду сварю кофе.

— Ладно, любимый. Только не забудь позвонить через недельку. — Тамара скорчила болезненную гримасу и, поднатужившись, села в кровати.

Зараза, как ломит всё тело!

Но как же ей это в кайф!

И всё-таки — пусть не сегодня, пусть через неделю — она докопается до «неприступного клада», который Денис так стережет!