Птицы и сны. С.-Петербургъ: хроники иномирья - Владимир Слабинский

пьяна… требует пропустить, говорит о сафари и о том, что ей якобы должен деньги кто-то из московских гостей». Уловив в его речи долгожданное слово «сафари», я предложил пригласить эту девушку к нам. Все согласились, и Правдивец заказал еще двести граммов водки.

Через несколько минут официант подвел к нашему столику сильно пьяную девицу. Я пытался понять, что дало ей основание описывать себя как «красивую, яркую-рыжую особу» и решительно не мог найти ничего схожего. Есть девушки, которых кличут «синим чулком», наша новая знакомая по праву могла бы носить титул фиолетовой королевы. Правдивец пристально осмотрел ее с головы до ног, произнес: «Я столько не выпью» – и заказал еще водки. Невзрачная, неряшливо одетая, она, казалось, была настроена очень решительно. Едва подойдя к столу и не представившись, она громко заявила, что пришла за бабками и не уступит ни гроша! Однако, сев за стол, неожиданно заплакала и, размазывая по щекам тушь, принялась несвязно рассказывать.

Две рыдающих женщины для одного вечера – пожалуй, многовато, но спутников не выбирают! По крайней мере, я придерживаюсь того мнения, что интеллигентный человек приложит все свои силы для выполнения своих обязательств.

Мисс «фиолетовый чулок» имела красивое, царственное имя – Екатерина. Смысл ее рассказа свелся к тому, что она якобы никогда не пьет, но сегодня ее бросил ее жених, между прочим, принц одной дальней страны. Кроме этого, ее вызвали на комиссию по налоговым недоимкам, где хотят отобрать все ее деньги. Ее квартиру в шикарном доме с видом на Летний сад затопили соседи и теперь ей негде жить. И еще много других событий случилось в ее жизни. Она немного выпила, чтобы утешиться, а заодно и согреться в стылый вечер. А подлый швейцар отказался пускать ее в ресторан, где у нее назначена встреча с московскими жлобами.

Вероника протянула бедной девушке свою кружку и предложила выпить пива: «За справедливость во всем мире». Лиза отпустила Лерри на пол и поинтересовалась, готова ли петербургская компаньонша выполнить свои обязательства.

Екатерина выпила пива с Вероникой и водку с Сидором, после чего выяснилось, что деньги она хочет получить за предоставление следующей информации.

По сведениям, полученным ею из весьма дорогостоящего и внушающего уважение источника, в Санкт-Петербурге, а точнее в районе Египетского моста эпизодически случается интереснейшее событие – охота Великих кошек. Если организовать сафари в эту местность, то туристы смогут наблюдать непередаваемое, фантастическое, эксклюзивное зрелище. Правда, время охоты она назвать не может и источник также бессилен в этом вопросе. Но Екатерина предлагает дать небольшую, по московским меркам, взятку сторожам Египетского моста и у них все выведать. Сторожа, по ее мнению, могут также предоставить места для наилучшего наблюдения за искомым событием. С этими людьми она не знакома, но, как человек, родившийся в городе на Неве и имеющий превосходную репутацию, Екатерина за отдельное вознаграждение готова сопровождать экспедицию и взять переговоры со сторожами на себя. Деньги она хочет получить вперед.

Я задохнулся от возмущения. Тайные сведения мисс «пьяный чулок», можно прочесть в любой Петербургской газете! Она не знала ничего конкретного, имела наглость требовать деньги и к тому же напрашивалась сопровождать нас!

– Хорошо, милочка, у тебя будет сдача с банкноты в сто червонцев? – проворковала Лиза, и я в очередной раз поразился ее умению ладить с самыми разными людьми.

Екатерина промямлила, что она может сходить разменять деньги в расположенную неподалеку цветочную лавку.

Мелисова мило улыбнулась и заказала всем шампанского. Сидор почему-то повторил фразу о том, что он столько не выпьет и заказал еще водки.

– Лиза, это полная катастрофа! Мы знаем, где свершится событие, но мы не знаем, когда! Как человек добропорядочный, я должен предупредить всех присутствующих о существующих по вине некоторых проблемах, – я постарался привлечь внимание горе-туристов к своим сомнениям, но, увы, безуспешно.

В середине моей фразы к нам за стол подсели две девицы из тех, кто демонстрирует одежду в больших магазинах. Девиц природа наградила отсутствием даже намека на женские формы, что очень ценилось портными – такое телосложение помогает скрыть огрехи фасона. Состоятельные дамы не ревнуют к моделям ни самих портных, ни своих кавалеров – кто же ревнует к вешалке? Опять же приказчики подчеркивают, мол, если на девице с такой фигурой платье смотрится хорошо, то состоятельная дама с формами будет выглядеть в нем просто божественно.

У подобных девиц неоднозначная репутация – иногда они демонстрируют даже нижнее белье (достаточно упомянуть безобразие, творящееся ежевечерне на Кокушкином мосту)! Сам факт общения с этими девицами может бросить тень на мужчину. Мне решительно не нравилось все происходящее: стихийно сложившаяся компания, недостаток информации, экспедиция превращалась в кабацкий загул, и это мне тоже не нравилось. Я встал из-за стола и вышел на улицу.

Моему взору открылось красивое зрелище. Невский проспект сиял огнями фонарей, укрепленных таким образом, что их свет подчеркивал красоту зданий, сверкал узкими лучами фар карет, двуколок, дилижансов и иных транспортных средств. Неспеша выкурив сигару, я обдумал ситуацию. «В чужой монастырь со своим уставом не ходят!» – эта мысль успокоила меня и примирила с действительностью. В самом деле, кто осудит врача, оказывающего помощь жильцам «дома призрения»? Подобный факт лишь свидетельствует о либеральных взглядах и способен даже улучшить реноме специалиста.

Я вернулся к оставленной ненадолго компании и отметил, что людей за столом стало еще больше. К нашей компании присоединились беременная красивая женщина, крашенная блондинка лет тридцати в цветастом вязаном платье и двое мужчин, в которых без труда можно было узнать уроженцев Южной Америки.

– Алекс, знакомься – это моя лучшая подруга Елена Родригес, ее муж Хуан и его брат Карлос! – отсалютовала мне пивной кружкой Вероника. Я отметил, что ее кружка полная, а голос звенит от восторга.

– Бездельники из кружка утопистов, – вполголоса прокомментировала Мелисова, одарив при этом виновников торжества чарующей улыбкой и щедро заказала братьям текилы. – Александр, ты считаешь, у нас возникли затруднения?

Кабальеро встали из-за стола, мы обменялись чопорным приветствием. Они действительно были очень похожи, что часто выделяет братьев из толпы случайных гостей. Фамильные черты включали в себя небольшой рост, сухость сложения, слабые киски рук с тонкими пальцами и удивительно маленький мозговой череп. Увлеченный разглядыванием новых знакомцев, я не смог ответить на заданный Мелисовой вопрос. Последующие четверть часа общение за столом приобрело беспорядочный характер.

Как мне удалось узнать из достаточно путаных комментариев присутствующих, Вероника написала письмо, в котором предупредила своих земляков о приезде в Петербург. Упустить возможность для встречи и ужина они не могли и принялись разыскивать дочь