Величайшие загадки и тайны магии - Инна Смирнова

4. Предсказания по поведению священных четвероногих животных.

5. Предсказания по каким–либо необыкновенным происшествиям или несчастным случаям. Например, народное собрание — комиций — должно было немедленно расходиться, если у кого-нибудь из присутствующих начинался припадок падучей.

Учреждение ауспиций было заимствовано у этрусков. Тит Ливий приписывает учреждение этой должности римскому царю Пуме Помпилию. Однако он же рассказывает об авгурских наблюдениях, сделанных еще раньше, при Ромуле и Реме, когда перед построением Рима братья согласились посредством гаданий решить, кто из них должен дать свое имя новому городу и управлять им: «Братья были близнецы, различие в летах не могло дать преимущества ни одному из них, и вот, чтобы боги, под чьим покровительством находились те места, птичьим знамением указали, кому наречь своим именем город, кому править новым государством Ромул местом наблюдения за птицами выбрал Палатин, а Рем — Авентин. Рему, как передают, первому явилось знамение — шесть коршунов, и о знамении уже возвестили, когда Ромулу предстало двойное против этого число птиц. Каждого из братьев толпа приверженцев провозгласила царем; одни придавали больше значения первенству, другие — числу птиц» (Тит Ливий, I, 6, 4).

Полагают, что авгуры первоначально были учреждены Ромулом и что их было трое, по одному для каждой трибы, на которые делился город. Позже к ним был прибавлен четвертый, вероятно Сервием Туллием, когда город был поделен на 4 трибы. Сначала правом птицегадания обладали только патриции. Но в 454 году от основания Рима (300 г. до н. э.) к ним присоединили еще 5 человек от плебеев. АСулла (138—78 гг. до н. э.) увеличил их число до 15.

Должность авгура была почетной, а сами авгуры пользовались большими правами и привилегиями. Если в период Республики они не имели официального статуса, хотя к ним часто обращались за советом сенат, курии и консулы, то при императорах они образовали особую корпорацию, состоявшую из 60 человек. Даже Цицерон в 53 г. до н. э. был избран пожизненным членом коллегии авгуров. Это свидетельствует, в частности, о том, что звание авгура было одним из важнейших в государстве. Коллегия авгуров имела свои знаки отличия, члены ее носили епанчу с пурпурной каймой, шляпу конической формы и искривленный жезл, который держали в правой руке. Авгурам доверяли государственные тайны. Ни за какое преступление они не могли быть лишены сана.

Сами ауспиции пользовались большим влиянием. Ничто не предпринималось без предварительного испрашивания мнения богов. Даже во времена Цицерона, когда вера в старых богов пошатнулась, ауспиции все еще служили важным средством для достижения политических целей.

Официально право совершать ауспиции с участием авгуров имели только высшие должностные лица (диктатор, цензор, консул, претор). Авгуры служили при этом посредниками–специалистами.

В Риме для ауспиций имелись постоянные места — на Капитолии, Форуме, Марсовом поле.

Авгуры следовали строгому уставу и черпали правила своего искусства из книг, считавшихся священными. Они не предсказывали будущее, обязанность их состояла в исследовании и истолковании различных явлений, которые считались проявлением небесной воли или предостережением, посылаемым богами (это и называлось наблюдением предзнаменований), как правило, они должны были определять, благоприятствуют или не благоприятствуют боги задуманным действиям. Они могли отложить принятое решение, объявив, что ауспиция неблагоприятна.

Вместе с тем уже в I веке среди римлян было немало людей, скептически относившихся к ауспициям. Многие считали авгуров обманщиками. Еще писатель Марк Порций Катон (234— 149 гг. до н. э.) удивлялся, как удается одному авгуру удерживаться от смеха, когда он встречает другого. Отсюда пошло выражение «Авгуры смеются».

АСТРОЛОГИЯ

«…Древние весьма часто прибегали к прорицаниям и считали гадание немаловажным делом: они и городов не заселяли, и стенами их не обносили, и убийств не совершали, и жен не брали прежде, чем не услышат обо всем от прорицателей; прорицания же им доставляла не иначе как астрология», — писал Лукиан в трактате «Об астрологии» (Собр. соч., М. —Л., 1936. Т. 2, с. 291).

Как и большинство цивилизованных народов, греки и римляне придавали большое значение астрологии. «Наука звезд» пришла к ним с Востока. В ее вавилонской интерпретации она была известна в античном мире с первой половины II века до н. э., когда в Рим приехал астролог Антиох. Но интерес к ней стал проявляться с I века до н. э. и постепенно возрастал.

«Наука звезд» была в большом почете. Так, Плиний Старший писал, что по народному суеверию каждый человек имеет свою звезду; она загорается при его рождении и гаснет с его смертью. У богатых и знатных звезды ярче, чем у простых людей. Особенно яркие заезды загорались, когда рождался великий человек — Александр Македонский, Митридат, Цезарь. Отсюда выражение; «Так хотела моя звезда». Вместе с тем верили, что в звездах пребывают души умерших.

К одному и тому же небесному явлению отношение было разное. Так, кометам, с одной стороны, придавалось особое значение как вестникам всяких бедствий, например заговора Катилины, войны Цезаря с Помпеем, жестокостей Нерона, голода, эпидемий. С другой — они же предвещали славу великих людей. Как пишет Юстиан, в год рождения или воцарения Митридата в течение 70 дней комета, занимавшая четверть неба, так сверкала, что казалось, будто небо пылает, и блеск ее затмевал блеск солнца. Комета появилась и когда власть перешла к Августу.

Особенно популярной астрология сделалась во времена Империи, и трудно было найти императора, который относился бы к ней нейтрально: составителям гороскопов оказывалось либо особое покровительство, либо, напротив, их деятельность запрещалась, а сами они высылались из Рима. Почти все античные авторы так или иначе упоминают астрологию. Овидий в начале «Фаст» выражает желание писать о звездах, ибо счастлив дух тех, для которых познание звезд — первая забота. В «Метаморфозах» он говорит о том, что душа Цезаря вознеслась к звездам, а его наследники, отомстив за отца, дав земле мир и справедливейшие законы, исправив нравы, приобщаются к эфирным обителям и родным ему звездам. В свою очередь Манилий пишет астрологическую поэму «Астрономика» и посвящает ее императору Августу. По Манилию, звезды определяют не только все детали судьбы государств, народов и отдельных людей, но и добродетели и пороки каждого человека, хотя он и оговаривает, что это дает право оправдывать пороки и злодеяния. Природа распределила созвездия между разными богами, но никакими мольбами и обетами нельзя предотвратить назначенное в соответствии с расположением звезд, то есть судьбой. Такая концепция, с одной стороны, подрывала традиционную религию, что и вызывало периодические репрессии против астрологов, а с другой стороны, была удобным оправданием всего существующего и собственной пассивности.

Для теоретического обоснования астрологических выкладок большую роль сыграла деятельность знаменитого географа и астронома Клавдия Птолемея. Он считал, что во Вселенной все связано единой цепью взаимозависимостей, астрономические явления и судьбы людей находятся в жесткой взаимосвязи, поддающейся математическому расчету. Примечательно, что, хотя античные авторы отлично знали естественные причины многих природных явлений, таких как солнечные затмения, появление комет, а многие ученые считали, что звезды — это просто огненные шары, они тем не менее смотрели на эти явления как на знаки знаменательных событий. Это была попытка примирить естественнонаучные объяснения природных явлений с толкованием их как знамений; при этом авторы доказывали, что боги используют явления, совершающиеся согласно законам природы, чтобы предуведомить людей о важных событиях. Такая концепция лишний раз говорит об отсутствии в те времена противоречий между наукой и магией.

Астрология оказалась на редкость живучей, о чем свидетельствует интерес к ней и в наши дни. В практическом же отношении из всего античного наследия для позднейшей средневековой астрологии наиболее значительным оказался труд Фирмика Матерна «Восемь книг астрономии». В нем, в частности, в доказательство истинности астрологии был приведен ряд гороскопов исторических и мифических лиц, от Эдипа до Архимеда, составленных ретроспективно и потому идеально правильных. Примечательно, что из всех античных мантических «наук» лишь астрология, несмотря на недовольство некоторых отцов церкви, почти беспрепятственно вошла в христианское средневековье.

АЛЕКТРИОМАНТИЯ

Это гадание с петухом. Гадатель очерчивал круг на земле, делил его на 24 части и в каждой рисовал букву. Затем он раскладывал ячменные зерна и ставил петуха. Петух клевал, а наблюдатели смотрели, с каких букв он склевывал, и составляли слова.