Величайшие загадки и тайны магии - Инна Смирнова

О способе прорицания, при котором пользовались звоном медных котлов, пишет Страбон в «Географии» (Фрагменты к кн. VII, 3): «…в святилище стоял медный сосуд с держащей медный бич человеческой фигурой под ним — посвятительный дар коркирян. Бич этот был тройной в виде цепочки с косточками, свисавшими вниз; косточки эти, колеблемые ветром, все время ударялись о сосуд и производили столь протяжные звуки, что измерявший время от начала звука до его конца мог сосчитать до 400». Звенящие без конца «додонские котлы» вошли у древних греков в поговорку: с ними сравнивали болтунов.

Еще одним популярным способом гадания было бросание жребия. Для этой цели служили листки, на которых были написаны различные фразы, относящиеся к вопросу; из них брали наудачу один. Жребиями могли быть буквы или какие–либо другие знаки, которые бросали в урну. Ребенок вытаскивал оттуда несколько таких знаков, жрица соединяла их и разъясняла полученное, как ей вздумается.

Жребиями могли быть и игральные кости с выгравированными на них определенными фигурами и различные комбинации подобных вещей. Иногда эти знаки бросали на разграфленный стол и делали прогноз по клеточкам, в которых они окажутся. Однажды при таком гадании произошло «чудо», которое весьма напугало спартанцев. Они послали запросить оракул в Додоне, сулит ли им какие–либо выгоды затеваемая ими война. Их посланцы разложили жребии. И вдруг любимая обезьяна царя молоссов прыгнула на стол, разбросала все значки, перемешала в кучу все жребии. Тогда жрица вскричала, что Спарте предстоит думать не о победе, а о собственном спасении.

Авторитет оракула Додоны был очень высок. Не только обитатели Греции, но и чужеземные владыки относились к нему с огромным доверием. Так, например, Крез посылал туда своих послов просить совета, прежде чем начать свой поход против персов. По сообщению Плутарха, спартанцы во время войны против аркадян запрашивали оракул и получили ответ в двух словах: «Война без слез». И действительно, победа, одержанная ими, не стоила им ни одного человека; позже это выражение стало поговоркой. А вот что повествует о прорицании Додонского оракула эпирскому царю Александру римский историк Тит Ливий (VIII. 24):

«Когда тарентинцы призвали Александра в Италию, оракул велел ему избегать Археронтских вод и града Пандосии, ибо там ему суждено найти свой конец. Тем поспешней Александр переправился в Италию, чтоб оказаться как можно дальше от эпирского града Пандосии и Ахеронтова потока, текущего из Молосии в болота преисподней и впадающего затем в Феспронтийский залив. Но, убегая от судьбы, он, как это обычно бывает, мчится ей навстречу… При переходе через реку по незнакомому броду один из воинов, подавленный страхом и измученный, проклиная зловещее название реки, воскликнул: «Недаром зовут тебя Ахеронтом!» Едва достигло это слуха царя, он тотчас вспомнил о предсказании и остановился, не решаясь переходить реку. Тогда Сотим, юноша из царской свиты, спросил, отчего он медлит в такой опасности, и указал при этом на луканцев, искавших его погубить. Оглянувшись, царь заметил их поодаль, гурьбой шедших к нему, и, обнажив меч, пустил коня в самую стремнину, но, когда он уже выбрался на мелкое место, луканский изгнанник издали поразил его дротиком».

Постепенно оракул Додоны начинает терять свой авторитет. Прежде всего это произошло в результате вырубки леса иллирийскими разбойниками, что привело к уничтожению оракула дуба. Позже, во время войны акарнанцев против этолийцев, храм Додоны был разграблен. Затем там похозяйничали македоняне и римляне. С развитием христианства слава Додоны увядает окончательно: на месте языческого храма воздвигается христианская церковь; в летописи вплоть до IX века фигурируют «епископы Додоны». Только к середине XIX века археологи установили расположение совершенно забытой местным населением Додоны в районе нынешнего города Янины.

КЛЕДОНОМАНТИЯ

Так называли греки откровение через случайно услышанное чужое слово. Известный исследователь Буше–Леклерк писал: «Каждое слово, фраза, отдельное восклицание, которое услышит человек, занятый мыслью, чуждой говорящему, становится для слушателя кледономаном, т. е. между этой мыслью и словом, не связанным с нею, обнаруживается непредвиденная связь, случайное созвучие, заключающее в себе предостережение или указание Провидения. Сверхъестественное вмешательство бывает тем очевиднее, чем менее говорящее лицо способно к соображению, и чем более оно чуждо занимающим слушателя мыслям. В силу этого такого рода предсказания особенно правдивыми считались у детей и у сумасшедших.

Кледономантия нашла широкое применение у различных оракулов, особенно в поздний период, когда культ оракула начал увядать. Так, если поначалу предсказания делались в стихотворной форме, то постепенно свелись к прозаическим ответам. И к концу II — началу III веков н. э. о стихотворном ответе уже говорили как о редкости из редкостей. Обыкновенным смертным и в обычных случаях Дельфы, Додона, Трофониева пещера, Эскулап, Серапис и другие оракулы отвечают только прозой. Один из отцов церкви, Блаженный Августин (354—430 гг. н. э.), посмеивался, что даже в ответе на столь важный для язычества вопрос, как бытие Иисуса Христа, Дельфийский оракул не сумел выдержать стихотворного размера. Другие знаменитые оракулы, Аполлон Спондий в Фивах и Веста Фаринейская, вовсе не ответили на этот вопрос, а предлагали принять в качестве пророчества первые слова первого встречного, которого вопрошающий встречал при выходе из храма.

История оракулов полна анекдотов, связанных с кледонизмом.

Так, дельфийская пифия не хотела предсказывать Александру Македонскому, и, когда он насильно потащил ее к жертвеннику, воскликнула: «Ты неотразим!» Этим она произнесла, помимо своей воли, кледоническое предсказание, которым удовлетворился нетерпеливый победитель. «Я только это и хотел узнать!» — воскликнул он и оставил пророчицу в покое.

Геродот (История, I, 53) сообщает о том, как лидийский царь Крез вопросил оракулов, идти ли ему войной на персов. Оракулы ответили: «Если царь пойдет войной на персов, то сокрушит великое царство». Крез обрадовался и пошел войной на персов. В результате его войско было разбито, а сам он попал в плен. Пророчица ведь не уточнила, чье именно великое царство он сокрушит.

Помимо этого существовал и кледонизм без слов, посредством символических действий. Так, когда высланный из Коринфа Алет попросил у пастуха хлеба, а тот протянул ему ком земли, то изгнанник усмотрел в этом предвестие скорого возвращения на родину.

Кледономантическое ведовство было свойственно всем древним народам. В Греции оно находилось под покровительством Гермеса. Знаменитый оракул был в Фарах, в Ахейе. Предложив ему вопрос, вопрошающий удалялся, закрыв уши руками. Покинув площадь, он открывал уши, и первое услышанное на пути слово считалось ответом оракула.

К области кледонизма относится и гадание по священной книге, практикуемое еще и в наши дни, но особенно любимое в первые века христианства — так называемая библиомантия.

Даже шуму в ушах приписывали большое значение. По мнению древних, он доказывал, что испытывающий его является в это время предметом разговора. А про пифагорейцев известно, что они признавали шум в ушах за голоса гениев.

ГАДАНИЕ ПО ЧИХАНЬЮ

К кледономантии тесно примыкало гадание по нечленораздельным звукам, в первую очередь — по чиханию, птармоскопия.

Согласно верованиям, чиханье могло быть добрым и злым. У европейских народов оно исстари чаще всего считалось добрым. Чихнуть на кого–нибудь означало привлечь на это лицо благополучие.

Но чиханье могло иметь и злую силу, о чем свидетельствует обыкновение желать чихнувшему здоровья. В Древней Греции чихнувшего спешили заклясть словами «Спаси Зевс». Этим воззванием стремились немедленно отвратить злую силу как от чихнувшего, так и от того, на кого чихнули. «Нас огорчает, когда кто-нибудь чихает», — говорит один из действующих лиц комедии Менандра (около 342—292 гг. до н. э.).

Как и другие виды предсказаний, гадание по чиханью было «научно» разработано. Астрологи составляли таблицы различных чиханий в зависимости от положения Луны, времени дня и ночи, пола чихнувшего и так далее.

Чиханью придавалось большое значение. Олимпиодор, например, отождествлял чиханье с экстазом и смотрел на него как на священное явление, когда «вон из тела душа просится». Считалось, что можно убить живое существо, то есть вырвать душу из смертной оболочки, если обратиться к нему в момент экстаза или во время чиханья.

Очень широко была распространена вера в то, что с чиханьем уходит злой дух. Это верование существовало у многих народов. Так, у индусов, когда кто–нибудь чихнет, присутствующие говорят: «Живи!», а тот отвечает: «С вами!» У самоанцев при чиханьи говорилось: «Будь жив!»