Влюбленные беглецы - Барбара Картленд

Марина проверила запас продуктов – что ж, яиц остается достаточно и вполне хватит на завтрак. Если сделать яичницу, то их хватит еще на один раз. И она взялась готовить завтрак. Вскоре за дверью раздались шаги, и в вагончик вошел Карлос. Марине показалось, что он принес с собой свежесть раннего утра и весеннего воздуха. Он наклонился и поцеловал ее – так, как вернувшийся с работы муж целует жену. Затем, словно отказавшись довольствоваться одним лишь прикосновением к щеке, его губы потянулись к ее губам.

– Дорогой, мне стыдно за себя, – смущенно призналась Марина. – Я не дождалась тебя и уснула.

– Знаю-знаю, – ответил Карлос. – Когда я вернулся, ты уже спала как убитая. А услышав, как ты похрапываешь, понял, что тебя не следует будить.

– Вовсе я не храпела, – возмущенно возразила Марина. – Я точно знаю, что никогда не храплю.

Карлос рассмеялся и весело сказал:

– Я шучу. Ты спала тихо, как мышка.

– Как ты сумел проснуться сам, без будильника? – переключилась на новую тему Марина.

– Старый проверенный прием, – ответил ей Карлос., – Я научился ему, когда служил в армии. Просто говорю своему подсознанию, во сколько мне нужно проснуться, и это срабатывает лучше всякого будильника.

– Мог бы разбудить и меня, – с упреком произнесла Марина.

– Я собирался, – ответил Карлос. – Но ты выглядела такой милой, такой невинной, что я не посмел нарушать твой сон. Просто не осмелился разбудить тебя.

– В следующий раз, пожалуйста, разбуди меня пораньше. И обязательно дождись завтрака. Вредно с утра работать натощак.

– Да, моя нянюшка, слушаюсь, – дурашливо согласил­ся Карлос. Он зашел в кухоньку и открыл дверцы крошечно­го шкафчика.

– Что ты там ищешь? – поинтересовалась Марина. – Бритву. Ты сказала, что купила ее для меня. Скоро сама заметишь, что мне без нее никак не обойтись.

– Вообще-то уже заметила, – ответила Марина, дотра­гиваясь до его подбородка. – Бритва вон в том ящике. Но сначала съешь яичницу, она сейчас будет готова.

Она поджарила кусочек хлеба, оставшийся с вечера, по­ложила его на тарелку и сверху выложила яичницу.

– Ешь яичницу, – сказала Марина, ставя тарелку на стол, а сама тем временем занялась приготовлением кофе, мысленно укоряя себя, что не сделала этого раньше, чтобы завтрак был готов сразу. – Боюсь, что молока-то и нет, – огорченно призналась она.

– Ничего страшного, я люблю черный кофе, – ответил Карлос с набитым ртом. – А как же ты? Ведь ты не оставила яиц, чтобы приготовить яичницу себе!

– Честное слово, я не голодна, – ответила Марина.

– Чепуха!

– Нет. Мне хватит тостов с маслом, – заверила она. – Чересчур калорийно, но, с другой стороны, во время путешествия нам нет необходимости придерживаться диеты. – Она налила кофе себе и Карлосу, принесла чашки в комнату и села рядом с ним, наблюдая, с каким удовольствием он поглощает завтрак. – Боюсь, что из еды больше ничего нет, – сказала Марина, когда Карлос расправился с угощением. – Думаю, мне следует прямо сейчас отправиться за покупками. Нам нужно столько всего купить.

– Не вздумай, – коротко ответил он. Марина удивлен­но подняла брови, и Карлос поспешил добавить: – Нет, Ма­рина, тебе нельзя далеко отходить от вагончика, Я бы тебе посоветовал вообще не выходить из него. Если тебе захочется поговорить с другими женщинами, держись поближе к двери. И если вдруг увидишь незнакомых людей, сразу можешь скрыться внутри и запереться на замок.

– О, Карлос! Неужели в этом есть необходимость?!

– Боюсь, что да, – сухо ответил он.

– Прошлой ночью ты собирался мне все рассказать, – напомнила ему Марина. – Но, к сожалению, я уснула.

– Нам обоим нужно было хорошенько выспаться, – про­изнес Карлос и посмотрел на наручные часы. – У меня сей­час остается несколько свободных минут, так что мы можем поговорить. Но к половине восьмого я должен вернуться, чтобы помочь с лошадьми.

– Они просто завалили тебя работой, – саркастически заметила Марина.

– Я буду этому только рад. Ты просто не представляешь, как я соскучился по верховой езде! – Он произнес эти сло­ва с таким воодушевлением, что Марина ощутила острый укол ревности. У нее был только он. Она потеряла все. Карлос же мог найти и другие радости, к которым она не имела отношения.

Словно прочитав ее мысли, Карлос протянул к ней руку, взял за маленький острый подбородок большим и указатель­ным пальцем и приподнял на уровень своего лица.

– Я люблю тебя, дорогая, – сказал он. – Этого должно быть достаточно, потому что мне больше нечего тебе предло­жить.

Марина слегка отстранилась от него.

– Расскажи мне, расскажи быстрее, – умоляла она. – Тебе скоро нужно идти, а я останусь размышлять, в чем же дело. Мне кажется просто невероятным, что мы уже так дав­но вместе, а я еще ничего не знаю о тебе!

– Что ж, хорошо, – произнес Карлос и потянулся за пачкой сигарет, которую оставил на подоконнике. – Мое настоящее имя – Карлос Айело де Коза. – Он умолк и посмотрел на Марину в надежде на то, что его имя окажется ей знакомо. Однако она даже не стала притворяться, что слы­шала его раньше.

– Извини, – сказала она. – Боюсь, мне оно ни о чем не говорит.

Карлос пожал плечами.

– Каждый человек считает, что представляет собой не­кую важность, – со вздохом произнес он. – Ладно, ничего страшного. Моя родина – Кулуна.

Марина нахмурилась.

– Кулуна? Вот это уже о чем-то говорит, – произнесла она. – Насколько я помню, Кулуна – небольшая страна, где-то в Южной Америке. Верно?

– Верно, – подтвердил Карлос.

– Я о ней слышала, – сказала Марина. – Точно, что-то слышала. Кажется, недавно там что-то произошло? – Ей смут­но вспомнилась какая-то заметка в газете, в которой, впро­чем, не было ничего сенсационного.

– Верно, – снова подтвердил Карлос. – Там произошла революция. Она очень многое значила для нас, но только для нас и больше ни для кого.

В его голосе прозвучала горечь, и Марина инстинктивно протянула к нему руку.

– Расскажи мне, – попросила она. – Расскажи мне все с самого начала.

– Хорошо, – согласился Карлос. – Кулуна – моя родина. Мой отец был ее президентом. Подобно многим другим южно­американским странам, Кулуна – крошечная страна. Она рас­положена между Уругваем и Бразилией. Раньше наш народ был свободным и счастливым, по крайней мере нам так казалось. – В его голосе вновь прозвучала нескрываемая горечь, и Марина еще крепче сжала его ладонь. – Да, – продолжил он. – Мы думали, что народ счастлив, однако в один прекрасный день произошла революция, вернее, переворот. Он начался с не­большого восстания, подобные вещи часто происходят в Юж­ной Америке. Просто люди ожесточаются и начинают стрелять при малейшей провокации. Такое уже случалось и ранее, и никто особого внимания на это не обращал. Но на этот раз застрели­ли моего отца – президента страны.