Влюбленные беглецы - Барбара Картленд

– Дорогая, я так долго ждал этой минуты, – произнес он.

Не успела она пошевелиться, не успела что-либо сказать в ответ, как он прижался губами к ее губам. Марина ощутила силу его рук, жадную настойчивость его поцелуя, и солнеч­ный свет стал таким ослепительно ярким, что ей пришлось закрыть глаза. Марина забыла о том, что они во Франции, забыла о том, что стоят посреди грязного циркового вагончика. Она ощущала лишь неописуемое блаженство. Разве ей когда-либо снилось нечто подобное? Ее охватил такой восторг, что ей показалось, что окружающий мир исчез. Она ощущала лишь сильные руки Карлоса, его губы, близость его тела. Его поцелуи становились все более пылкими и тре­бовательными, он обнимал ее одновременно и нежно, и вла­стно. Он был завоевателем, потому что женщина, которую он любил, сдавалась его напору.

– Я люблю тебя! О боже. Как я люблю тебя. – Он повторял эти слова снова и снова, целуя ее глаза, щеки, уши, крохотную жилку, которая билась у самого горла, затем снова ее губы. – Я люблю тебя. Я хочу тебя. Я думал, что нам вообще никогда не удастся остаться наедине.

Наконец она, задыхаясь, отстранилась от него. На ее ще­ках горел румянец, глаза радостно сияли.

– О, Карлос! Я люблю тебя!

– Повторяй эти слова снова и снова. Я хочу постоянно их слышать. Ты мне еще не говорила этих прекрасных слов. – И Карлос рассмеялся счастливым смехом. – Ты такая милая. Я обожаю твой вздернутый носик, обожаю твои огненные локоны.

– Скажи это еще раз, – прошептала Марина.

Он снова обнял ее.

– Меня ждет работа, – сказал он.

– Неужели? – Марина обиженно всхлипнула. – Ты же не собираешься надолго покинуть меня? Верно?

– Я только схожу покормить лошадей, – успокоил ее Карлос. – Там у них за главного один венгр – он неплохой парень. Сказал, чтобы я пришел через полчаса. Кажется, мне уже пора. – Он посмотрел на часы. – Ну, я пошел. Не хочу, чтобы меня уволили в первый же день.

– Но, Карлос, нам нужно срочно поговорить, мы должны…

– Я вернусь быстро, как только освобожусь, – сказал Карлос. – И кстати, попроси кого-нибудь из детей принести из деревни все, что тебе нужно. Только не ходи туда сама. Детишки за пару франков выполнят любую твою просьбу. Пусть купят зубные щетки, мыло, полотенца и, конечно же, пижаму для меня и ночную рубашку для тебя. – Карлос по­клонился и поцеловал Марину, прежде чем она успела что-либо возразить. Затем он достал из кармана несколько банк­нот и сунул ей в руку. – Обещаю, я вернусь очень скоро, а потом мы с тобой все здесь уберем. Я люблю тебя, дорогая!

С этими словами он развернулся и вышел из вагончика. Марина осталась стоять, ошеломленная, с французскими день­гами в руке, провожая Карлоса почти изумленным взглядом. Через окно она увидела, как он бежит в направлении большого шатра.

– Чем могу вам помочь, дорогая?

Раздавшийся за ее спиной голос вывел Марину из состо­яния задумчивости, и она вздрогнула. Прислонившись к двер­ному косяку, стояла невысокая черноволосая женщина с ма­леньким ребенком на руках. Еще одна цыганка, решила Ма­рина, прежде чем ответить ей:

– Вы из Англии?

Женщина утвердительно кивнула:

– Верно. Мы с моим муженьком уже более трех лет ра­ботаем в цирке.

– Чем же занимается ваш муж? – поинтересова­лась Марина…

– Обезьянами, – ответила незнакомка. – Он просто помешался на них. Всю жизнь дрессирует обезьян, как когда-то его отец. Честно говоря, я ими не интересуюсь. – Женщина умолкла, затем начала снова: – Я тут слышала, что ваш муж работает с лошадьми. По-моему, эта работа куда лучше.

– Да, полагаю, что это так, – ответила Марина. Она заметила что вокруг вагончика собрались еще несколько людей. Почти все они были цыгане, и Марина сде­лала вывод, что.Альфред Джонсон предпочитает представи­телей этого бродячего племени; так как они в отличие от прочих жителе Англии привычны к постоянным разъездам.

– Я вижу, вы принесли новые матрасы, – заметила гостья Марины.

– Да, – ответила та. – А теперь, боюсь, мне предстоит уборка вагончика.

Произнеся эти слова, Марина поняла, что именно этим она сейчас и займется. Куда только подевалось ее нежелание отмывать чужую грязь! Она на решительно сняла жакет и улыбнулась своим новым знакомым.

– Не покажете ли мне, где можно набрать воды? – спро­сила она. – Первым делом мне нужно хорошенько вымыть вагончик от пола и до потолка.

Впоследствии Марина так и не смогла вспомнить, какую часть уборки она сделала сама, а какую ей помогли сделать ее новые друзья. Они значительно облегчили ей работу, но полы и окна Марина вымыла сама. Именно она, как только высохли кровати, втащила в вагончик и положила на место матрасы. Затем она застелила матрасы одеялами. Кстати, Карлос совершенно позабыл про одеяла, очевидно, посчитав их в отличие от матрасов не столь необходимой вещью. Марина выяснила, что новые одеяла можно купить у Ма Джонсон. Она отправила за ними одного из ребятишек и уже через пару минут с радостью увидела, что тот тащит ей новые, свежие одеяла, завернутые в целлофан.

Марина так увлеклась уборкой, что обратила внимание на время лишь только после того, как большинство ее добровольных помощников разошлись по своим делам.

– Интересно, и куда запропастился мой муж? – спросила она, откидывая со лба локоны. – Что его могло задержать?

– Вечернее представление, – ответила одна из женщин. – Оно начинается в семь часов. Он вернется не раньше, чем оно закончится.

– Точно, – вступила в разговор еще одна цыганка. – У нас не хватает рабочих, и Хандрати никогда никого не отпус­кает до тех пор, пока животных не накормят, не напоят и не запрут на ночь.

– А что у тебя с едой? – спросила одна из женщин. – Твоя кладовка пуста.

– Я совсем забыла, – смутилась Марина.

Еще один ребенок, которому пообещали франк за по­мощь, отправился в деревню и вернулся через полчаса с мо­локом, маслом, яйцами, небольшим куском телятины, длин­ным французским батоном.

Сковорода, кастрюля и чайник были куплены все у той же Ма Джонсон.

Было уже около десяти вечера, когда Марина в изнеможе­нии рухнула на кровать. Затекшая спина ныла, ладони горели от едкого мыла, а коленей она вообще не чувствовала. Инте­ресно, что подумала бы Сибил, увидев ее сейчас, еле живую от усталости, сидящую с голыми ногами на цыганской кровати?

И все же у нее было чувство невероятного удовлетворе­ния. Она одна со всем справилась! Она, Марина Мартин, которая за всю свою жизнь всего несколько раз вытерла пыль со стола и пару раз помыла за собой чашку с блюдцем, вычи­стила целый вагончик!

Теперь в помещении стоял запах свежести. Окна блесте­ли, кухня сияла чистотой.