Надежда узника - Дэвид Файнток

С такими мыслями я вернулся в офис.

– Я слетаю на орбитальную станцию, – известил я Толливера.

– Для инспекции, сэр?

– Просто посмотреть. – Конечно, я надеялся увидеть «Викторию».

– И все? – удивился Толливер.

– Не совсем. – Это означало, что мне также интересно посмотреть, на какие неприятности я нарвусь в этот раз. Забавно, как бы реагировал Де Марне, если б я отстранил генерала Тхо? Тхо и Хартов. Неплохое сочетание.

– Когда вы встретитесь с плантаторами?

– Когда вернусь. – Надо будет попросить Буперса найти замену Толливеру. Один только его голос чего стоит! Когда-нибудь он доведет меня до ручки. – Закажите нам билеты на шаттл.

– Есть, сэр. Ближайший шаттл отправляется в девять вечера.

Как раз то, что надо. Есть время смотаться в квартиру за вещами для ночевки.

– Квартирмейстер прислал нам отчет?

– Нет, сэр.

– Сходите на космодром и возьмите отчет сами, – приказал я.

– Есть, сэр. А если квартирмейстер скажет, что отчет еще не готов?

– Возьмите то, что он успел написать. Нам надо разобраться с грузами, переполнившими склады, выяснить, сколько времени они там пылятся. Встретимся в девять.

В квартире было темно и тихо. Вначале я подумал, что Анни куда-то ушла, но вскоре нашел ее на кровати. Она лежала поверх одеяла одетая.

– Сегодня я буду ночевать на станции, – сообщил я.

– Угу, – промычала она, не отрывая лица от подушки. Я бросил в сумку пару рубах и туалетные принадлежности.

– Точно не знаю, когда вернусь. Может быть, завтра.

– Угу.

– До свидания.

– До свидания.

В груди что-то заболело. Я постоял у двери, помялся. Говорить было больше нечего, и я вышел к электромобилю. Просить Анни проводить меня до космодрома я не стал, потому что обратно ей пришлось бы ехать одной, а она очень не любит водить машину.

Я рулил осторожно даже на краю города. Расслабиться можно было только на дороге к плантациям, где машины встречались редко, а здесь того и гляди наедет на тебя какой-нибудь грузовик или автобус. Правила дорожного движения здесь никто не соблюдал.

Пешеходов было немного, но я посматривал на них с опаской. Любой из них мог ни с того ни с сего ринуться через улицу, норовя попасть под колеса. В этом городке люди не привыкли себя чем-то стеснять. Вот солдат начал переходить улицу, но замедлил шаг, пропуская мой электромобиль. Вот дама с собачкой, подросток с рюкзаком. Да это же…

Я резко затормозил. Пацан, ошарашенный визгом тормозов, остановился, уставился на меня.

– Джеренс! Что ты здесь делаешь? – крикнул я, высунувшись из окошка.

Ни слова не говоря, он развернулся и потопал обратно. Я дал задний ход, нервно поглядывая в зеркальце заднего вида.

– Твой отец знает, что ты здесь?

Он припустил со всех ног и вскоре скрылся за углом. Я поехал к космодрому. В конце концов, ребенок не мой. Сообщу Хармону, пусть разбирается со своим чадом. Если захочет, прилетит в Сентралтаун на вертолете. Правда, пока он долетит, уже стемнеет, и найти паренька будет трудновато.

Я остановился у космодрома. До отлета оставалось еще полчаса, а летное поле было совсем рядом.

Какое мне дело до Джеренса? Я генерал-инспектор и должен заниматься военными объектами. Правда, никто не отменял мое прежнее задание – работу с плантаторами. Но означает ли это, что я должен…

Черт возьми! Я завел двигатель, поехал назад к центру города, выискивая взглядом среди пешеходов Джеренса. Он не мог убежать далеко. В одном из переулков мелькнула фигура, напоминающая Джеренса. Я тормознул, пригляделся – никого нет. Еще через пару километров я развернулся, доехал до подозрительного переулка, остановил электромобиль и пошел пешком.

Не в этом ли доме скрылся Джеренс? Странное строение: в окнах нет света, хотя уже вечер. Может быть, просто в нем никого нет? Двор зарос сорняками. Войти? Но у меня нет оснований вторгаться в чужие частные владения. Я пошел прочь, через несколько шагов передумал и вернулся. Проклиная свое тупое упрямство, я вошел во внутренний двор, моля Бога, чтобы хозяин не огрел меня электрошоковой дубинкой.

С крыльца вскочил пацан и припустил со всех ног мимо меня на улицу. На спине у него прыгал рюкзак. Конечно, это был Джеренс. Не раздумывая, я погнался за ним.

Бегал он хорошо. Я весь вспотел и на ходу расстегнул китель. Джеренс на мгновение оглянулся, увидел меня и рванул вперед еще быстрее. Наконец я расстегнул китель и сбросил его. В Академии мы бегали на дистанции пятьсот метров, один и два километра. В этом деле я никогда не был в числе первых, но и последним ни разу к финишу не приходил. Позади группы курсантов грозно бежал тренер. Если кто-нибудь отставал настолько, что тренер мог дотронуться до него своей палкой, то такого курсанта пороли на скамье. Слава богу, этого мне удалось избежать и в прямом и в переносном смысле слова.

Я старался не выбиваться из ритма, зорко следил за Джеренсом. Еще один квартал. Дыхание мое превращалось в агонию, сердце стучало бешено, но я все еще ухитрялся не отставать.

Видимо, Джеренс тоже устал. Расстояние между нами сокращалось.

Мы пронеслись мимо женщины, выглянувшей со двора своего дома. Я совсем запыхался и объяснить ей, в чем дело, не мог. Оставалось надеяться, что она сама догадается вызвать полицию.

Джеренс споткнулся, мгновенно вскочил, но потерял несколько драгоценных секунд. Я почувствовал себя тренером Академии, протягивающим к нерадивому бегуну страшный жезл. Почуяв мое приближение, Джеренс резко метнулся влево, но я успел схватить его за рубашку. Мы оба упали и покатились по придорожной траве.

Джеренс отчаянно затрепыхался, пытаясь вырваться, но поздно. Я оседлал его. Пот катился с меня градом. Вскоре парнишка понял бесполезность сопротивления и притих подо мной. Отдышавшись, я смог наконец заговорить.

– Вставай! – приказал я, крепко ухватив его за руку.

– Пустите! Не имеете права.

Я поднял его, встряхнул, поставил на ноги.

– Пошли! – приказал я. Мои ноги все еще дрожали.

– Что я такого сделал? – угрюмо спросил он, злобно косясь.

– Ты убежал из дому.

– А вам какое дело!

– Это не мое дело, но я знаю твоего отца. – Тяжело дыша, я волок его к электромобилю.

– Ну и что?

– Я помню, какое у него было лицо, когда он увидел тебя около моей машины после взрыва.

Джеренс снова начал упираться. Я толкнул его так, что он упал.

– Не вздумай убегать! – пригрозил я. – А то я…

– Что тогда? – огрызнулся он.

– Тогда я сломаю тебе руку.

Он пристально посмотрел на меня, оценивая серьезность угрозы, понял, что я не шучу, и решил идти со мной к электромобилю по-хорошему.

– Конечно, вы ведь больше меня, маленьких бить легко, – ныл он по дороге. – Вы такой же, как они.

– Кто они? – спросил я, все еще пыхтя.

– Папаша и остальные. «Делай, что тебе говорят. Будь фермером. Живи на плантации в глуши», – передразнил он своего отца.

– Твои родители богачи, а ты еще чем-то недоволен. Джеренс был наследником такого богатства, которого я не смог бы заработать за всю свою жизнь.

– Значит, вы тоже не понимаете, – сокрушался Джеренс. – Никто не хочет этого понять.

Минуты, пока мы шли к электромобилю, мне показались часами. Наконец я затолкал Джеренса на переднее сиденье.

– Только попробуй открыть дверь! – пригрозил я, хотя не был уверен, что снова поймаю его. Я повел машину к космодрому.

– Что вы собираетесь делать? – спросил он.

– Позвонить твоему отцу.

– Большое спасибо, – с сарказмом процедил он.

– Пожалуйста, – в тон ему ответил я. На этом наша беседа закончилась.

Припарковавшись у космодрома, я вышел из электромобиля, открыл дверцу с другой стороны, где сидел Джеренс. Он испуганно вылез в вечернюю прохладу, застегнул куртку. Я повел его в зал ожидания. У входа меня уже ждал Толливер.

– Посадка скоро закончится, – сообщил он. – Что с вами?

– Ничего, все нормально. – Я сразу направился к телефону-автомату, крепко держа Джеренса за руку.

У телефонной будки я его отпустил, забрался внутрь, с наслаждением сел на стул, набрал номер Хармона Бранстэда. Джеренс мрачно стоял, видимо, поняв бесполезность бегства. Подошел обеспокоенный Толливер, постучал по прозрачной пластмассе будки.

– До отправления всего одна минута, – сказал он. – Может быть, задержать отправку шаттла?

– Нет, я сейчас…

В этот момент Джеренс бросился наутек. Толливер, застыв, смотрел ему вслед.

– Держи его! – крикнул я, высунувшись из будки.

Лейтенант растерянно заморгал, наконец понял и погнался за мальчишкой. В Академии Толливер бегал гораздо лучше меня.

Он поймал Джеренса у автостоянки, заломил ему руку за спину и в таком положении подвел беглеца ко мне, едва не ткнув его головой мне в колени.

Я взглянул на часы. Времени звонить Хармону уже не было, сдавать Джеренса на попечение полиции – тоже.