Надежда узника - Дэвид Файнток

– Хотелось посмотреть на это чудо науки и техники, – ответил я.

Мы оба молчали, чувствуя некоторую неловкость.

– Ну ладно, пойду по своим делам, – сказал я наконец, хотя уходить не хотелось, да и дел у меня пока не было.

– Рад буду увидеться с вами снова, сэр. – Когда я повернулся, чтобы идти, он вдруг выпалил:

– Хотите посмотреть «Викторию»? Я имею в виду внутри.

Странный вопрос. Я готов был пожертвовать если не рукой, то несколькими пальцами, лишь бы осмотреть эту жемчужину изнутри.

– Но она засекречена, Рикки. К ней надо иметь допуск.

– Подождите немного, сэр, я спрошу у лейтенанта Стейнера, он сейчас дежурит на капитанском мостике. Но вначале мне надо доставить этот рапорт в штаб. – Как бы в оправдание он показал мне дискету.

– Не надо его беспокоить, как-нибудь обойдусь. – Я затаил дыхание. Что скажет лейтенант?

– Как хотите, сэр. Кстати, мистер Стейнер очень хороший человек. Он, наверно, разрешит мне показать вам корабль.

– Ну, тогда…

– Подождите немного, сэр. Я мигом. Туда и обратно.

– Ладно, – сдался я. – Я подожду, мистер Фуэнтес. Спустя полчаса я пожимал руки офицерам «Виктории».

– Извините, капитан Мартес, я не знал, что мистеру Стейнеру пришлось вас разбудить, – сказал я, здороваясь с капитаном «Виктории». Как капитан первого ранга, я был старше его по чину, но хозяином на борту корабля был он.

– Ничего, – улыбался молодой капитан третьего ранга, – он обязан был меня разбудить, так как разрешить посещение нашего секретного корабля могу только я.

– Еще раз простите за беспокойство.

– Ну что вы, сэр, вы же опытный капитан, командовали тремя кораблями. Что бы вы сказали о капитане, обожающем поспать?

– Тоже верно. – Я почувствовал себя свободнее. В самом деле, любой офицер, от гардемарина до адмирала, засыпает с мыслью, что в любой момент его могут разбудить.

– Кроме того, для нас большая честь принять вас у себя на борту, мистер Сифорт. Мы много наслышаны о вас. Вначале я покажу вам капитанский мостик, если не возражаете. Мистер Фуэнтес, вы можете идти.

Рикки помрачнел. Он надеялся показать мне корабль сам.

– Есть, сэр, – вяло ответил он, отдал честь, четко повернулся кругом и ушел в свою каюту. Все-таки Вакс Хольцер хорошо его вымуштровал.

Капитанский мостик был почти таким же, как на «Дерзком». Я стоял за командирским креслом между капитаном Мартесом и лейтенантом Стейнером, слушал их и рассматривал панели управления. Существенно отличалась от обычной лишь панель управления сверхсветовым двигателем. У переключателя кроме двух привычных положений «Включен» и «Отключен» появилось третье: «Зажигание».

– Мистер Сифорт, ускоренный сверхсветовой режим включается в два приема, – объяснял капитан Мартес. – Вначале запускается обычный сверхсветовой двигатель, но в режиме холостого хода, потом мы синхронизируем его N-волны с волнами дополнительного двигателя, действующего по иному принципу, и наконец включаем всю систему.

Не берусь утверждать, что я правильно понял его объяснения. Как я ни старался, но ни в Академии, ни на дополнительных курсах не мог толком разобраться в устройстве даже обычных сверхсветовых двигателей.

– Насколько я понимаю, работа двигателя на холостом ходу опасна, – сказал я.

– Очень опасна, – улыбнулся Мартес. – Двигатель сильно нагревается, поэтому мы должны успеть синхронизировать волны за двадцать секунд, а если не успеем, то придется срочно отключать двигатель, иначе он перегреется и взорвется.

– Не взорвется, я отключу его вовремя, – прозвучал из динамика женский голос.

– Разумеется. Капитан Сифорт, это наш бортовой компьютер Розетта.

– Рад познакомиться, – произнес я в пространство.

– Добрый вечер, капитан. Вернее сказать, добрая ночь. Не поздновато ли пожаловали в гости?

– Розетта! – прикрикнул Мартес. – Мистер Сифорт – капитан Военно-Космических Сил!

– Знаю, Уильям уже переслал мне его досье. Я не хотела его обидеть, просто я собираю информацию о ваших человеческих правилах.

– Хватит болтать, «Розетта», лучше покажи корму нашего корабля, – попросил Мартес.

– Есть, сэр.

На огромном экране появилось изображение диска второго уровня, вид сзади. Телекамера, установленная на корме, плавно скользила объективом по корпусу корабля от диска к корме.

Большие корабли типа «Гибернии» имеют три диска, которые называются уровнями. Корабли поменьше, например «Порция», имеют два уровня. Есть совсем маленькие корабли, называемые катерами, у которых всего один уровень, но сейчас они устарели и сняты с производства. Экономически выгоднее строить большие корабли. На них можно летать за много световых лет от Солнечной системы не просто так, а с большим полезным грузом. «Виктория» была немного больше катера и имела два уровня. Короче, двухпалубник.

На экране показалась корма. У обычных кораблей корпус к корме плавно суживается, а у этого диаметр торца был такой же, как в центре. И шахта сверхсветового двигателя из этого обрубка выступала меньше обычного.

– Выглядит непривычно, правда?

– Правда, мистер Мартес.

– «Виктория» не красавица, но зато шустрая, стерва. Не люблю грубые выражения. Я нахмурился, но из вежливости пропустил тираду Мартеса мимо ушей.

– Чем еще она отличается? – спросил я.

– Больше ничем, если не считать маленького трюма. Да еще лазерных пушек маловато. – Почему?

– Чтобы уменьшить массу, сэр, – ответил Брэм Стейнер. – Если нацепить на нее еще пару пушек, она просто-напросто не сможет прыгнуть в сверхсветовой режим.

– Понятно. – Больше вопросов на эту тему я не задавал. Все равно ничего не пойму. Работа сверхсветового двигателя для меня так и осталась тайной за семью печатями.

– Брэм у нас главный специалист по новому сверхсветовому двигателю, если не считать инженера, – сказал капитан. – Если с ними что-то случится, нам придется туго. Как видите, наш кораблик практически беззащитен, только драпать хорошо умеет. Я его покину без сожаления.

– Уйдете? – удивился я.

– Да, через неделю меня переведут на другой корабль. Боевой, надеюсь.

– А кто займет ваше место?

– Не знаю. У меня даже нет времени слетать вниз посмотреть на планету. Как она выглядит?

– Знаете… – Что ему сказать? – Природа Надежды прекрасна. А разве вам не положен отпуск?

– Нет, сэр, ведь мы летели всего девять месяцев.

Осмотр капитанского мостика закончился, меня повели по остальным помещениям корабля. Своим чином я воспользовался только однажды, когда потребовал не будить остальных офицеров «Виктории». Наконец мы подошли к шлюзу.

– Очень благодарен вам за гостеприимство, капитан. И вам, лейтенант, – сказал я, прощаясь.

– Я пожертвовал всего часом сна, – лукаво усмехнулся капитан Мартес, – зато теперь всем могу хвастаться, что разговаривал с самим капитаном Сифортом.

Я смущенно кашлянул, замялся:

– Кстати… насчет мистера Фуэнтеса… У меня сохранились о нем самые лучшие воспоминания. Превосходный офицер.

– Рикки? Да, отличный парень. Он много рассказывал о вас.

– Неужели? – промычал я, отдал честь и ретировался.

10

– Вы хотите посмотреть файлы с данными о регистрации грузов? – опешил генерал Тхо.

– Да, сэр, – мягко ответил я. Только что он источал радушие и гостеприимство, а теперь выражение его лица резко переменилось.

– Но… зачем? – Вдруг он вскочил. – Понимаю, вам приказал адмирал, а почему – не мое дело.

– Не волнуйтесь, это просто…

– Я все понимаю. У Уильяма есть вся интересующая вас информация. Можете просматривать его файлы прямо здесь.

– Не хотелось вас стеснять в вашем собственном кабинете, я могу…

– Возможно, этот кабинет будет уже не мой, когда вы закончите проверку.

Настала моя очередь изумленно открыть рот.

– Вы имеете в виду случай с генералом Хартовым? – осторожно поинтересовался я.

– Это тоже не мое дело. Проверяйте все, что сочтете нужным.

Оставаться в его кабинете после столь резких слов было бы с моей стороны хамством. Я вышел.

В приемной меня ждали Джеренс и Толливер.

– Где я могу найти дисплей? – спросил я у дежурного сержанта.

– В офисе квартирмейстера, это дальше по коридору, третья дверь.

– Спасибо. Пошли, – сказал я своим спутникам и вышел в коридор, кляня свой дурной характер, из-за которого попал на такую неблагодарную работу. Хотелось спать, да и нервная встряска от погони за Джеренсом по Сентралтауну все еще сказывалась.

– Куда вы меня тащите? – снова начал надоедать Джеренс.

– Толливер, сделайте так, чтоб он от меня отцепился, – буркнул я.

– Есть, сэр, – кровожадно улыбнулся Толливер. – Щенок, только попробуй вякнуть. Одно слово – и увидишь, что я с тобой сделаю.

Джеренс присмирел. К офису мы шли в полной тишине. В приемной нас встретил капрал.