Обрученная с мечтой - Тереза Скотт

Уинсом презрительно скривила губы. Она была почти рада, что получила шанс высказать все, что думала о нем. Она плюнет ему в лицо, отвернется и никогда не взглянет в эти прекрасные лживые глаза. Брат умирает, лежа у сожженного вигвама, матери, возможно, тоже нет в живых, а он стоит здесь, живой и невредимый. Ненависть жгла ее душу. Тихое рычание вырвалось из груди.

Услыхав странный звук, Бренд шагнул к Уинсом, но слова замерли на языке – слишком страшна была ненависть в глазах девушки.

– Что слу…

– Девчонка-скрелинг готова тебя разорвать, капитан, – прошептал Олаф. Но Бренд спокойно пожал плечами.

– Ничего тут не поделаешь, – пробормотал он, почти не разжимая губ. – Скоро она еще больше обозлится.

Олаф промолчал. Но Фрейда умудрилась подслушать разговор и с подозрением взглянула на викинга.

– Не пытайся провести нас, – остерегла она.

– Ни за что, – улыбнулся Бренд одними губами, небрежно кладя руку на рукоятку меча. – Я беру ее с собой, – объявил он и незаметно подобрался в ожидании ответа Торвальда. Маленькие глазки великана зловеще блеснули при виде того, как Бренд потянулся за «Кровопийцей». Он не хотел драться с Бьорнсоном, но и не собирался терять прелестную пленницу. Отрицательно качнув головой, он коротко ответил:

– Nej.

Но вместо могучего рева из груди почему-то вырвался тонкий визг. Фрейда презрительно фыркнула. Торвальд пригвоздил ее к земле разъяренным взглядом и повернулся к Бьорнсону.

– Значит, будем биться за нее, – прорычал капитан викингов.

Торвальд заколебался. Он видел бушующую ярость в пылающих синих глазах соперника, заметил, с каким ужасом наблюдает девушка за обоими мужчинами.

Бренд тоже наблюдал за Уинсом. Кровь викинга кипела от безумного желания завладеть девушкой. Он готов рискнуть жизнью, но такой ценный приз поистине того стоит!

Мысли Уинсом окончательно смешались. Они спорили из-за нее, но она не желала иметь ничего общего ни с одним из них. Пусть только отпустят ее назад, в сожженную деревню – и она попытается отыскать уцелевших, помочь им залечить раны; больше Уинсом ни о чем не просила. Но почему же она не может отвести глаз от Бренда? Чувства девушки были настолько обострены неожиданной встречей и всем происходящим, что она ничего не замечала, кроме свирепого лица и глаз, пожиравших ее с неприкрытым голодным желанием. Больше всего Уинсом пугало сознание того, что она тоже хочет его, и от презрения к себе перед глазами все кружилось.

– О тупоголовый болван, пусть он берет ее! – крикнула Фрейда Торвальду. Крошечные глазки великана настороженно скользнули по злорадному лицу жены. Если Фрейда не поддержит его в споре против Бьорнсона, значит, Свен, Ульф и остальные будут на стороне жены. Осмелится ли он пойти на риск?

Лицо Фрейды было бесстрастным, но Торвальд мог поклясться, что она ухмыляется про себя. Нет, ей ни в коем случае нельзя доверять! Фрейда предаст его при первой же возможности, как уже делала много раз. Кроме того, она смертельно ревновала к Уинсом и ненавидела ее. Нет, Фрейде ни к чему брать сторону мужа.

Но тут Торвальд вновь взглянул в прелестное лицо Уинсом. Гнев и ярость забушевали в нем. Мысль о том, что он теряет эту прелестную женщину, средство отомстить неверной жене, заставила его скрипнуть зубами от злости.

– Ну? – настаивал Бренд. – Хочешь драться со мной? На этот раз бой будет на равных, не сомневайся. У нас обоих будут щиты, с самого начала.

Торвальд понимал, что Бьорнсон рвется в бой, и схватка будет смертельной. В тот раз викинг едва не прикончил его. Рана еще не совсем зажила.

Торвальд обернулся к Свену и Ульфу, молчаливо наблюдавшими за происходящим, попытался понять, о чем они думают, и не смог. Эти люди преданы его жене, и тут нет ни малейшего сомнения. Значит, если дойдет до битвы, придется встретиться с Бьорнсоном лицом к лицу.

– Nej, – выдавил он наконец и сплюнул. – С тобой я драться не буду. Можешь забирать ее.

Слова отдавали горечью на языке, но что он мог поделать?

– Я так и знала, что ты струсишь, – пренебрежительно бросила Фрейда, торжествующе ухмыляясь. Она только что не назвала его трусом. Торвальд почувствовал, как в душе поднимается бессильная ярость. Он потерял женщину-скрелинга, поселенцы не поддержали его, и вот теперь эта гнусная тварь, его жена, осмелилась на такое! Ему хотелось удушить Фрейду голыми руками.

Но в этот момент у нее вновь начались схватки, и женщина, обхватив живот, застонала. В этот момент в голове Торвальда родился хитрый план.

– Я разделаюсь с тобой позже, жена, – рявкнул он, ощущая, как впервые за много времени уверенность в себе вернулась к нему. Ja, план совсем неплох!

Он снова обратился к Бьорнсону:

– Можешь убрать руку с меча. Бренд помедлил, но решил не перечить.

– Подойди сюда, Уинсом, – велел он, не сводя глаз с Торвальда. Не стоит доверять этому человеку и тем более поворачиваться к нему спиной.

– Пойдем, – снова поспешно позвал Бренд. Почему девушка медлит? Бросив на нее взгляд, викинг заметил, что та упрямо сжала губы. Нетерпение его все росло. Что с ней происходит? Неужели не понимает, ведь он только что спас ей жизнь?

– Nej! – громко сказала Уинсом. Бренд раздраженно огляделся. Злорадствующие стромфьордцы и пленники молча наблюдали за ним. Хорошо бы Уинсом выбрала другое время, чтобы бросить ему вызов! В любой другой момент он представил бы ей возможность выбирать, но только не теперь, когда враги только и ждут возможности расколоть ему череп топором, если Бренд совершит глупость и повернется к ним спиной!

– Олаф! Арни! – позвал он. – Встаньте за мной. Словно по волшебству в руке Олафа появился меч.

Торвальд настороженно приглядывался к Олафу. Но Бренд одним прыжком пересек расстояние, отделявшее его от Уинсом, и, перекинув через плечо непокорную девушку, обхватил ее ноги одной рукой, а другой старался удержать брыкавшегося, визжащего зверька, в которого внезапно превратилась пленница.

– Отпусти! – кричала она, колотя его по спине кулаками. – Говорю же, немедленно отпусти!

Бренд шлепнул ее по заду.

– Потом, Болотная Утка, – пробормотал он и направился мимо ошеломленных стромфьордцев и потрясенных пленников к голове колонны.

– О-о-о-о-й! – завопила Уинсом, но поскольку она висела вниз головой, то звук получился жалким и неубедительным. Этот дикарь-убийца еще имеет наглость нести ее, словно тушу оленя! Она дралась, била его изо всех сил и снова умудрилась прохрипеть:

– Немедленно поставь меня на землю.

– Не сейчас.

И Бренд твердым шагом пошел по тропинке, к восторгу открыто веселившихся стромфьордцев.

Фрейда медленно плелась позади, все больше отставая. Торвальд, искоса поглядывавший на жену, казалось, нисколько не обеспокоен. Свен, однако, явно нервничал. Наконец Торвальд небрежно бросил: