Обрученная с мечтой - Тереза Скотт

Уже на рассвете ему приснилась Фрейда, смеющаяся ему в лицо, и Бренд, мгновенно пробудившись, потряс головой, чтобы немного прийти в себя и стряхнуть остатки кошмара. Постепенно ему удалось успокоиться, но на душе по-прежнему было тяжело.

Чтобы заняться чем-то, Бренд сел в лодку, добрался до берега, вырыл в песке яму для костра, наловил рыбы и приготовил плотный завтрак для команды. Скоро появятся Уинсом и Зовущий Птиц, чтобы отвести его в свою деревню. После этого он, наконец, сможет отправиться на поиски Торхолла Храброго и забудет скрелингов и те странные чувства, которые они будили в нем.

– Тихо, – прошипела Фрейда. – Нельзя, чтобы они нас услышали!

Свен, Ульф и несколько других поселенцев Стромфьорда прятались за деревьями на гребне скалы. Далеко внизу лежала индейская деревня, с ее странными высокими жилищами. Восходящее солнце окрасило в розовый цвет островерхие крыши. Фрейда злорадно хмыкнула при виде мирного поселения и, вытерев со лба пот, неловко повернулась, оберегая выступающий живот. Как надоела эта беременность! Одни неприятности от нее. Фрейда не ожидала, что этот набег обернется такими трудностями. Конечно, можно было предвидеть, что она уже не сумеет сражаться с былой ловкостью, но почему-то каждый шаг давался с трудом.

Судорога боли скрутила живот. Нет, подумала она, проклятье! Только не сейчас! Погоди еще немного. Позволь снести эту жалкую деревушку с лица земли, а потом можешь появиться на свет!

Но что, если она зря волнуется? Это ее первый ребенок, и, когда он родится, она будет точно знать, как это бывает. Скорее всего, она зря тревожится.

– Торвальд, – прошипела она. – Торвальд!

Где муж? С тех пор, как она задумала этот набег, он вел себя как-то странно. Пришлось заставить Торвальда идти с ними. Он хотел лишь одного – лежать на постели и строгать никому не нужные деревяшки. Но муж был нужен Фрейде, и она настояла на своем. Правда, он отказался подняться на борт, и Фрейда приказала воинам нести его. Муж думал таким способом принудить жену оставить его в Стромфьорде. Ну что же, он ошибся. Фрейда велела Свену и Ульфу тащить Торвальда на борт, не обращая внимания на вопли и стоны.

Идея последовать за этим глупцом Бьорнсоном поистине оказалась блестящей! Фрейда, не выпуская из виду яркий парус «Победителя Драконов», не могла поверить собственной удаче. Бьорнсон поплыл на юг, а не на север, как должен был, если бы намеревался отправиться в Гренландию. Значит, решил сначала отвезти скрелингов в деревню. На такое она даже надеяться не смела! Какой же дурак этот Бьорнсон, красив, но безнадежно лишен разума. Ему следовало бы взять женщину с собой в Гренландию, выбросив ее брата за борт и покончив с ним раз и навсегда. Но нет, никчемное благородство заставило викинга отвезти ее и ее упрямого братца в деревню. Что же, тем лучше для Фрейды. Она покончит со всеми разом.

Вскоре после отплытия Бренда Фрейда со своими людьми последовала за ним на другом корабле, стараясь не попасть в поле зрения викинга. Заметив, в каком месте «Победитель Драконов» бросил якорь, Фрейда велела сделать то же самое. Она и ее воины пробрались по лесу к тому месту, где расположилась лагерем команда Бренда. Они не успели выследить, куда делись скрелинги, но Фрейда приказала Свену и Ульфу идти на разведку. Не зря судно Бьорнсона пришвартовалось именно в этой маленькой бухте, должна быть какая-то важная причина!

Свен и Ульф вернулись с радостной вестью: деревня скрелингов совсем недалеко. Люди Фрейды хотели напасть на нее немедленно, и потребовалась вся власть и сила великанши, чтобы убедить их не делать этого. Когда наступили сумерки – в этих местах летние ночи были совсем коротки, – Ульф повел Фрейду и остальных воинов через лес, к гребню скалы, где они и стали выжидать подходящего момента.

Фрейда любовно провела кончиком пальца по острию топора, топора, унесшего жизни шестерых мужчин и троих женщин за все то время, пока он находился в ее владении. По руке Фрейды поползла тонкая красная струйка. Ну что ж, верное оружие сегодня вдоволь напьется крови, возбужденно подумала Фрейда и позвала мужа:

– Торвальд!

Уинсом, сонно потягиваясь, выбралась из меховых покрывал, оделась и, все еще не в силах прийти в себя, вышла из вигвама и направилась к реке. Может, холодная вода освежит ее.

Она подошла к кромке песка и протянула руку, чтобы коснуться зеркальной глади, но неожиданно замерла. Что-то было не так.

Подняв голову, девушка осмотрелась. На первый взгляд, все выглядело как обычно. Во всех семи вигвамах, составляющих поселок, было тихо. Конечно, еще слишком рано, никто не проснулся, но не это было причиной неприятного чувства, внезапно овладевшего Уинсом. И тут она поняла, в чем дело. Птицы молчали. Она всегда просыпалась от их песен. Но не сегодняшним утром.

Уинсом еще раз осторожно огляделась. Лес стоял спокойный и молчаливый. В деревне не было видно ни одного человека.

Она вышла на берег и бесшумно пересекла лужайку между рекой и деревней. И тут же ужасные оглушительные крики, от которых кровь застыла в жилах, приковали ее к земле. Из лесу высыпали именно те, единственные, кого она боялась больше всего на свете. Стормфьордцы!

Нет, взмолилась она про себя. Этого не может быть!

Но невозможное случилось. Вопящая орда белокурых насильников в шлемах и кольчугах ринулась с холма на мирную деревню и на глазах у ошеломленной Уинсом начала рубить топорами жилища из веток и коры. Крики женщин и детей, стоны умирающих мужчин звенели в чистом утреннем воздухе. Уинсом в панике озиралась, не зная, что делать. Северяне были повсюду.

Индейцы вырывались из жилищ и бежали к реке. Уинсом наконец поняла, что происходит, и какая-то холодная рассудительная частичка ее разума взяла верх.

– Сюда! – позвала она, и маленькая группа до смерти перепуганных женщин и детей последовала за девушкой. Уинсом мчалась под спасительное прикрытие леса, не обращая внимания на хлеставшие по лицу ветви, остальные немного отстали.

Думай! Думай! – приказывал этот спокойный голос в голове. Пещеры! Веди их в пещеры!

Уинсом никогда в жизни не неслась так быстро. Ноги почти не касались земли, словно она не была калекой. Наконец, задыхаясь, пугливо оглядываясь в страхе перед погоней, она привела женщин и детей в самую большую темную пещеру и забралась в самую глубь, моля богов о защите. Если кто-то из преследователей проследил, где индейцы нашли убежище, несчастных ждет ужасная смерть, потому что из пещеры не было другого выхода. Плачущие матери, наспех успокаивая хныкавших малышей, окружили Уинсом. Она посадила на колени маленькую девочку, погладила по голове, пытаясь хоть немного утешить остальных. Постепенно все стихло, некоторые дети уснули, женщины перестали обмениваться тревожными взглядами, хотя до деревни было довольно близко, и сюда доносились крики и шум битвы.