Моя (с)нежная ошибка - Анна Снегова

— Не бойся. Я никому не дам в обиду моё единственное дитя.

Я обняла её в ответ.

Комок в горле не дал подобрать нужные слова. А мама добавила тихо:

— Этот браслет — не приговор. Запомни, что до того, как он станет свадебным, его всегда можно снять.

— Но папа…

— Твоего отца интересуют лишь политические игры. Мы все для него лишь пешки, я в том числе. Когда-то я была тоже молода и безумно влюблена в него… я оставила свою родину, оставила всё, что любила, чтобы быть с ним. Но не получила в награду и крохи тепла. Я ни за что не допущу, чтобы подобное случилось с тобой. Так что не вешай нос — и в путь! Может, всё будет не так и плохо, как ты думаешь.

Да, я прекрасно знала мамину историю.

У короля Восточных стражей, королевство которого расположено было на архипелаге посреди бурного моря, имелось целых четыре наследника. Трое сыновей и младшая дочь. Казалось бы, ничего не предвещало беды. Но потом грянула война. Самая ужасная из всех, междоусобная. Крупные королевства и мелкие княжества грызлись между собой не на жизнь, а на смерть, в попытках забрать себе магические артефакты, последние остатки наследства древнего волшебника Велемира.

В этой войне полегли и сам король Восточных стражей, и все трое его сыновей. Осталась лишь младшая принцесса. Придворные убеждали её найти себе мужа, который сядет рядом с ней на трон предков и поможет править, но она влюбилась в молодого и пока неженатого короля Западных стражей, моего будущего отца. Презрев все советы, уехала к нему за тридевять земель. И почему-то мне кажется, отец планировал таким образом расширить свои владения, присоединив к ним мамино наследство. Однако такому раскладу воспротивился Император. Посчитал, что такое усиление одного из королевств нарушит баланс в стране, которая только-только выползла из военной разрухи. В результате Восточные стражи остались без правителя, с каким-то временным местоблюстителем престола, которого назначает сам Император по собственной воле.

Да, почему он распоряжается в огромной стране как хочет, и диктует свою волю аж целым королям, спросите меня вы? Да просто потому, что успел в своё время заполучить самые ценные артефакты из наследия Велемира. Перечить ему попросту бояться. Может, если бы все королевства и княжества объединились, и могли бы дать отпор воле Императора. Но он чутко следит, чтобы такого не случилось, и чтобы ни одна из частей Империи не возвысилась достаточно, чтобы стать ему весомым противовесом или объединить вокруг своего полюса силы других.

Так и живём.

Как на огромной шахматной доске.

Мама правильно сказала, все мы лишь пешки на ней. Нами играют в игру, правил которой мы не знаем. И не видим занесённой над нами руки шахматиста. Нам кажется, что каждый шаг сделан по нашей собственной воле. Удивляемся только — почему мы вроде были на светлой клеточке, а вдруг попали на тёмную? А то и вовсе скинут с доски в самый неожиданный момент.

Мама погладила мою щёку, и я не сразу сообразила, что она отирает мне слёзы.

— Ступай, Рика. Ничего не бойся! Ты у меня с детства была самая смелая. Я помню, когда никто не видел, ты подбирала юбки и влезала на самые высокие деревья. Кормила с рук самых диких и злых собак дворцовой охраны. А потом снова становилась улыбчивой куколкой в бантах. Но этот сорванец — он же никуда не делся, правда? Не позволь им его убить в себе. Не повторяй моих ошибок.

Она отвернулась и вышла раньше, чем я успела ответить.

В Портальный зал меня сопроводили в окружении целой свиты.

Оказывается, со мной отправляли не только слуг и служанок, как положено благородной принцессе, но даже целую кучу стражников, среди которых я с немалым смущением заметила Лестара. Сказать, чтоли, что его присутствие в моей свите будет… не совсем уместно? Хотя он, конечно, делал абсолютно равнодушный вид, что даже меня несколько уязвило. Любимая девушка выходит за другого, а ему хоть бы хны? Но потом я поняла, что видимо он мужественно сдерживает скорбь и не показывает, как страдает на самом деле. Мужчины ведь часто так делают? Я сама вот улыбаюсь всем вокруг, но это не значит, что мне весело.

В центре каменного алтаря посреди зала был вбит круглый фиолетовый камень размером почти с человеческую голову. Говорят, у великана Велемира такие были вставлены в перстни, это один из них.

Отец подошёл к алтарю, простёр над ним руку, грозно зыркнул, и камень вспыхнул ярким сиянием. Бросил ослепительную сеть лиловых бликов на высокий сводчатый потолок.

Мать поднесла мне «прощальный дар» — синюю шубку в пол, отороченную снежно-белым мехом. Ободряюще улыбнулась и подмигнула. А потом отступила.

В дальней стене зала распахнулся портал. За ним мела вьюга. Тут же в лицо подул колкий леденящий северный ветер, швырнул на каменные полы пригоршни рассыпчатого снега.

Из лета в зиму… Неужели так бывает? Оказывается, да.

У королей не было принято наносить друг другу визиты вежливости. Такое практиковалось только в исключительных случаях — на королевские свадьбы или королевские же похороны. В общем, на моей памяти подобных мероприятий не случалось, так что я понятия не имела, что меня ждёт и как выглядит правящая семья Северных стражей. Особенно меня интересовал, по понятным причинам, наследник.

Я невольно потёрла правое запястье. Выпрямила спину, расправила плечи, горделиво вздёрнула подбородок.

Ну что ж… я готова идти навстречу судьбе!

Церемониймейстер во главе нашей разряженной колонны жизнерадостно протрубил, возвещая о прибытии принцессы Западных стражей.

Там, далеко, за стремительно вьющейся снежной завертью, я уже различала цепочку высоких тёмных силуэтов.

Кажется, нас встречают.

Я ещё раз вздохнула — последний раз глотнула ещё тёплого, напоенного ароматами цветов летнего воздуха — и шагнула сапожком в наметённый из портала сугроб.

Глава 3

Первое, что меня ошеломило, когда портал закрылся за нашей спиной, это что я оказалась в самой настоящей снежной пустыне. Ничего, похожего на человеческое жильё вокруг.

Тёмно-сизое, свинцовое небо надвинуто было низко на горизонт, как шапка на хмурые брови.

Сверху, и сбоку, и даже, кажется, снизу всё мела и мела густыми хлопьями метель. Под шубку пробрался холод, я поняла, что к таким морозам меня моё вечное южное лето не готовило. Нет, у нас бывал, конечно, зимний снег. Парочку недель под Новый год. Но именно что снег! Снежочек. Не взбесившееся злобное снежище.

А тут следы заметало сразу же, стоило выдернуть ногу.

Горнист захлебнулся звуками и кажется, слегка примёрз к инструменту, потому что очень быстро умолк, пригорюнился и стал отставать. Как-то так вышло, что во главе колонны оказалась я. Как будто даже наши бравые стражники спрятались за мои спины. Включая Лестара. И я их в чём-то понимала — кто их знает, этих северян. Живут в таком странном месте. Вряд ли они похожи на нас. Поди догадайся, что у них на уме. А так хоть надежда, что сообразят — невеста принца в гости явилась.

Вернее, я утешала себя, что в гости. Никак не хотелось осознавать, что возможно насовсем. Это ещё не укладывалось в голове. Ведь ещё утром я бродила по увитому пышными розами саду и строила мечтательные планы на будущее.

Планы увяли и замёрзли сосулькой, примерно как я сейчас.

Ничего не оставалось, кроме как тащиться вперёд, переставляя деревенеющие ноги и преодолевая сопротивление ветра. Спешно накинутый меховой капюшон тоже не спасал. Под него очень быстро намело снегу. Проклятый снег был везде! Забивался за шиворот, морозил тщательно завитые локоны до состояния звенящего наста. Хлопьями лип на ресницах.

А тёмные силуэты впереди и не думали приближаться. Просто стояли там и ждали нас. Почему-то появилась уверенность, что смотрят свысока на жалких изнеженных южан и проверяют — дойдут, не дойдут? Слабакам на Севере делать нечего. И плевать им, что мы с Запада. Так далеко от снежной пустыни для них все, наверное, южане.

Я разозлилась.

Очень сильно разозлилось.

Дойду несмотря ни на что!

Но почти на самом гребне заснеженного холма меня поджидало новое испытание.

Остервенелый собачий лай — низкий, хриплый, угрожающий.

Троих псов на цепях, намотанных на голую кисть руки держал самый высокий из встречающих. Псы рвались со своих стальных поводков — здоровенные, злющие, с таким густым