Оторва. Книга четвертая - Ортензия

Вот же дура конченная, я же тебя предупредила, кукла безмозглая. Вот это всё вчера было зря?

Меня встряхнуло, как в автомобиле на ухабистой дороге и я оценила свои вчерашние действия матерно, но слава Богу, мысленно.

По деревянному полу загрохотали шаги и я, открыв глаза, тут же встретилась взглядом с жирной тёткой лет под пятьдесят с редкими седыми волосами, из которых даже Зверев не смог бы сотворить нечто похожее на причёску.

Правая рука хоть и была в гипсе, но дамочка ею энергично размахивала и, таращась в мою сторону, быстро продвигалась к двери. Соглядатайка, не иначе. Бросив ещё один недружелюбный взгляд, выскочила из палаты, как будто ожидала от меня какого-либо подвоха. Точно стучать побежала, а значит, очень скоро стоило ожидать гостей.

Угадала. Не прошло и пяти минут как дверь распахнулась и в палату быстрым шагом вошёл чувак, лет двадцати пяти за которым семенила девушка. Оба в белых халатах из чего можно было заключить, что имеют самую непосредственную принадлежность к медицине.

Дверь за ними закрылась не сразу и успела разглядеть ещё одного субъекта в милицейской форме. Только мельком, но мне и этого было достаточно. Вероятность того что сей персонаж был по мою душу была 100 процентной. Учли, стало быть, мои прошлые заслуги перед Отечеством.

Парень до доктора явно не дотягивал, скорее студент-переросток и смотрел на меня так, словно обещала помочь ему в написании курсовой. И потому стетоскоп, висевший у него на шее, выглядел нелепо.

Девушка в халатике выше колен и платочке. С улыбкой 50-летней женщины работающей в дивизии морской пехоты и уверенной в том, что она гетеросексуальна. А в руках тот самый здоровенный шприц, какой видела у Акакия, с мутно жёлтой жидкостью внутри.

Ещё одна команда желающая продырявить мне задницу, хотя судя по ощущениям, обе ягодицы мне чем-то подобным уже расковыряли пока я валялась в отключке.

Взгляд юного доктора мне не понравился, какой-то страстно-чувственный, из чего сделала вывод, что тело Бурундуковой он успел разглядеть до того как на меня напялили балахон. Ещё один извращенец. И с чем пожаловал?

— Ну вот и очнулась наша пациентка, — заговорил он слащавым голосом приближаясь к моей койке, — ну и как сегодня себя чувствуешь?

И походка и голос выдавали в нём человека с вечным внутренним монологом, которого стремительный темп эпохи заставляет с ужасом смотреть на взрослую жизнь

Идеальный портрет персонажа — идиота, которого сделали для геймджема.

И руку протянул, чтобы сдёрнуть с меня простыню.

Совершенно ни о чём подумать не успела, сработал рефлекс. Ухватила указательный палец и резко вывернула наизнанку.

Чувак заорал и брякнулся перед койкой на коленки, благо место позволяло. Между мной и соседкой, девочкой лет 12 стояли две тумбочки.

Медсестра в платочке перестала улыбаться и испуганно отступила назад.

Ну вот не понравилась мне эта сладкая парочка со шприцом напомнившем «Кавказскую пленницу». Нечто подобное воткнули Моргунову в задницу. Так у нас габариты разные и какого с таким монстром приближаться к моей миниатюрной попке. И лекарство в стеклянной колбе смахивало на мочу бизона.

На всякий случай, чтобы доходчиво зашло в помутневшие сознания, сказала:

— Укол мне сделаете, руки переломаю и ноги выдерну.

Народ в палате возбудился, приподнялись со своих мест.

Театрально улыбнувшись, добавила громче, чтобы все расслышали:

— И вообще, больше мне предложений руки и сердца не делай. Ни стоя, ни лежа, ни на коленках. Не люблю я тебя.

Отпустила палец доктора и ладонью припечатала в лоб.

Медсестра выскочила из палаты и исчезла, а на пороге появился охранник. В этот раз разглядела сержантские погоны.

Народ в палате мгновенно потерял ко мне интерес и все дружно повернули головы в сторону служивого. Скучно им было без меня, ни интернета, ни зрелищ.

Мент тоже возбудился и, глядя на лежащего чувака в белом халате, заорал:

— Бурундуковая, ты никак не уймёшься?

Доктор тем временем перевернулся, встал на четвереньки, держась за соседнюю койку, и поднялся на ноги. А, потом, не оглядываясь, выскочил вон, едва при этом не зашиб сержанта. Вовремя тот отскочил в сторону.

Я даже внимания не обратила, ни на побег парочки, ни на крик охранника. Спустила ноги на пол, спасибо, балахон в этот раз доставал до щиколоток и надела тапочки.

— Куда собралась? — снова заорал недоделанный мент, — легла в постель быстро!

— А утку, ты подержишь? — буркнула в ответ и поднялась на ноги.

Стянула со спинки знакомый халат и попыталась в него втиснуться. Кое-как замоталась, вот только завязать хвосты не удалось одной рукой. Перевела взгляд на девочку, на лице которой отражались не испуг от увиденного, а скорее любопытство и мило улыбнувшись, попросила помочь.

Пока девчонка разбиралась с завязками, увидела название книжки, которую она отложила, когда начали события вращаться.

«Чужой». Правда что ли? Эту книгу читали в СССР в 1977 году?

Кхекнула и когда девочка справилась с халатом, спросила:

— И как книжка?

— О-о-о, — восторженно протянула она, — моя любимая, третий раз её читаю, — и показала обложку.

Выдохнула. На обложке группа подростков и книга точно не имела ничего общего с ужастиком Ридли Скотта.

Я потрепала девчушку по волосам и направилась к двери, соображая как одной рукой управлюсь в уборной.

Дверь открыть не успела, послышались оживлённые голоса, и передо мной возникло улыбающееся лицо бравого майора.

— Дядя Илья? — хрипло выдавила я из себя, не понимая радости Ильи Спиридоновича.

— Как плечо? — не здороваясь, спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил, — вижу нормально, раз уже на ногах.

Он окинул палату хищным взором и поманил меня пальцем.

— Идём, тут кое-кто желает с тобой познакомиться.

— Интервью взять? — переспросила я.

— Нет, — его улыбка стала шире, — но раз шутишь, с тобой точно всё в порядке.

— Хорошо, — согласилась я, — но мне сначала нужно в домик философа заскочить.

— Куда? — брови майора взметнулись вверх, — не понял.

— В кабинет, на котором нарисована буква «Ж», — уточнила я.

— А, — его лицо разгладилось, — ну да конечно. Иди.

Я прошагала мимо охранника, который остался стоять с растерянным видом, и пошла в указанном направлении. Справилась на удивление быстро, всё же есть преимущество у женской одежды перед мужской.

Но, куда меня вёл Илья Спиридонович, узнать не успела. Проходя мимо столика дежурной, почувствовала некий дискомфорт, а потом пол