Антология шпионажа - Анатолий Вилинович

Арфист был хорошим музыкантом. Порой он закрывал глаза и, загадочно улыбаясь, как бы в забытьи, извлекал из своего инструмента тихие звуки, которые не мешали, а скорее оживляли беседы суровых воинов. Так было и сейчас, когда под аккомпанемент арфы Гутрум и его приближенные подробно обсудили план окончательного разгрома дружины короля Уэссекса. Датчане были большими мастерами использования уловок и хитростей на поле боя, и сейчас они заранее договорились, как действовать во время предстоящего нового сражения с саксами.

Вскоре начался поход. Датчане двинулись на врага. Но их ожидало горькое разочарование: оказалось, король Уэссекса Альфред имел во много раз больше воинов, чем предполагали датчане. Их отряды были окружены саксами.

Не помогли и военные хитрости – саксы как будто заранее знали, что предпримут воины Гутрума. Датчане должны были просить мира, обещая покориться правителю Уэссекса. Гутрум и его приближенные пришли в лагерь Альфреда для переговоров и там увидели разгадку своих неудач. Король Альфред принял датских воинов с хорошо знакомой им улыбкой, держа арфу в левой руке.

В начале XIII в. большие усилия к организации разведывательной службы прилагали французский король Филипп II Август и германский император Оттон IV. Однако, стоит повторить, это было исключением из правила. В общем, организация разведки оказалась не под силу мелким феодальным княжествам, из которых состояла средневековая Европа. Европейские жители имели очень скудные сведения даже о близлежащих странах. До крестовых походов (XI–XIII вв.) они почти ничего не знали о Византии, не говоря уже о других государствах Востока. Французский король Людовик IX заплатил большую сумму денег одному бедуину, чтобы тот согласился служить для крестоносцев проводником.

Очень характерно, что и позднее в Европе не смогли оценить значение знаменитого путешествия Марко Поло во многие страны Азии и его изобиловавшего важными сведениями рассказа о Востоке. То, что с большим трудом разузнавали купцы, обычно составляло их «торговую тайну». Даже когда они готовы были поделиться ею, короли и князья не спешили ознакомиться с привезенными издалека новостями.

На Востоке разведка играла важную роль в армии Чингиз-хана и его наследников. Появлению монгольской армии всегда предшествовали действия разведчиков, которых часто вербовали из числа иностранных купцов. Лазутчики сообщали данные о дорогах, крепостях, численности гарнизонов, предоставляли сведения политического характера, позволяющие полководцам Чингиз-хана ориентироваться в завоевываемых странах.

Правилами монгольской армии предусматривалась проверка донесений с помощью допроса пленных. Чингиз-хан обращал внимание также на выслеживание и жестокую расправу с вражескими разведчиками в монгольском стане. Широко прибегала к шпионажу и монгольская администрация, которую учреждали завоеватели после покорения той или иной страны. Шпионов вербовали из среды местных жителей, а также из части высших представителей администрации.

В период Позднего Средневековья Европа прибегает к сознательной посылке разведчиков в восточные страны для добывания информации. Так, в 1421 г. английский король и герцог Бургундский совместно направили на Средний Восток опытного воина и дипломата Джилберта де Ланнуа с семью спутниками, чтобы они составили подробный отчет о положении в посещенных ими государствах. Примерно через десять лет с такой же миссией от Бургундского герцога был послан рыцарь Бертрандон де ла Брокьер. Греческий гуманист Константин Ласкарис в конце XV в. ездил туда же в качестве секретного агента правителя Флоренции Лоренцо Медичи.

Шпионаж времен Ренессанса

Эпоха Возрождения оказалась и эпохой возрождения разведки (шпионажа). Это было время формирования крупных национальных государств, создания абсолютных монархий, которые обладали материальными ресурсами, позволяющими вести крупную политическую игру в масштабах всей Европы. В эпоху Возрождения создается теория и практика совершенно освобожденной от религиозных, моральных и каких-либо других преград политики, принимающей в расчет только реальные интересы. Олицетворением ее были испанские, французские, английские короли. Николо Маккиавелли в своем знаменитом сочинении «Государь» доказывал, что монарху следует владеть не только природой человека, но и природой зверя. И добавлял: «Итак, раз князь вынужден хорошо владеть природой зверя, он должен взять примером лисицу и льва, так как лев беззащитен против сетей, а лисица беззащитна против волков. Следовательно, надо быть лисицей, чтобы распознать западню, и львом, чтобы устрашать волков». Маккиавелли учил: «Самый лучший способ действий против неприятеля – это суметь скрыть от него свои намерения до их исполнения».

Носители тенденции формирования национальных государств являлись не только воплощением коварной, не сдерживаемой моральными соображениями внешней политики, но и людьми, широко и систематически прибегавшими к шпионажу. Государи Западной Европы, наступившие на горло феодальной вольности, занимают видное место в истории разведки. Например, король Людовик XI – тиран и неутомимый мастер плести дипломатические интриги. В их паутине один за другим запутывались его противники и наиболее сильные феодалы Франции, а также их союзник Карл Смелый, герцог Бургундский, способный соперничать с самыми могущественными монархами Европы. Людовик щедро сыпал золотом, превращая приближенных враждебного государства в своих агентов.

В 1475 г. он выплатил ежегодную пенсию главным членам Совета английского короля Эдуарда IV – Джону Говарду, Томасу Монтгомери, канцлеру и другим. Людовику XI удалось привлечь на свою сторону Филиппа Коммина, советника своего смертельного врага Карла Смелого.

Пытаясь держать постоянную агентуру при дворах других государей, Людовик приходил в ярость, когда ему платили той же монетой. Один из его приближенных, Жан Валю, ставший с помощью короля кардиналом, после этого счел для себя выгодным тайно поступить на службу к Карлу Смелому. В результате множество хитроумных планов французского короля оказались выданными Карлу и терпели неудачу. Арест Людовика в Перонне – королю удалось освободиться лишь ценой унизительных уступок – был также связан с закулисными махинациями его советника. Убедившись в измене Валю, Людовик после освобождения сразу позаботился устроить судьбу кардинала. Ранее этот милосердный служитель церкви подал королю мысль держать заключенных в железных клетках, имевших примерно по два с половиной метра в длину и ширину. По приказу Людовика кардинал был схвачен и направлен в замок Озен (около города Блуа), где долгие годы просидел в подобной клетке. Тщетно папа Павел II упрашивал Людовика XI выпустить Валю из этого обиталища, мало приличествующего для столь высокой духовной персоны. Король был неумолим. Впрочем, и в народе считали судьбу кардинала Валю заслуженной платой за его изобретательность.

Примеру Людовика XI следовали и его младшие современники, действовавшие в конце XV и в начале XVI вв., – Генрих VII Английский, положивший конец кровавой войне Алой и Белой розы, Фердинанд Испанский, при котором была завершено отвоевание у мавров земель на Пиренейском полуострове. Каждый из них был организатором широко проводимой тайной войны. А Генрих VII мог бы даже приписать себе первенство в создании специального разведывательного органа английской короны, имевшего свои правила вербовки, использования и оплаты услуг секретных агентов всех рангов – от вельможи до нищего. Еще со времен Генриха VII английский Тайный совет стал постоянно держать секретных агентов за рубежом. Их оплачивали из особых фондов.

Эта система получила дальнейшее развитие во время правления кардинала Томаса Уолси, долгое время выполнявшего роль главы правительства короля Генриха VIII.

Укрупнение политических органов государств, облаченных в броню абсолютных монархий для борьбы с внутренними и внешними врагами господствующего класса феодалов, расширяет прежние географические рамки активности дипломатии этих держав. Одновременно раздвигаются географические границы деятельности разведки. Каждое правительство стремилось быть хорошо осведомленным не только о состоянии ближайших соседей, но всей системы европейских государств. Более того, разведка должна была проникать все дальше в малознакомые страны – будьте Османская империя или Русь, с которой ранее мало приходилось сталкиваться западноевропейцам, или в совсем неведомые государства Индии и Китая.

Разведка служила политике, осуществляемой дипломатическими и военными мерами. Но и дипломатии часто приходилось оказывать услуги разведке. Дипломатия должна была не только действовать, но и высматривать, оценивать экономическую силу страны, определять, насколько эта сила находится в распоряжении правительства, выяснять военную организацию, планы монарха и тех, кто ему противостоит в пределах его собственного государства. Эти и множество других вопросов постоянно возникают перед разведчиками. Эти сведения жадно собирает и богатый купец, и капитан корабля, бороздящего моря и океаны в поисках новых торговых путей, новых стран для захвата и грабежа.