Соединенные Штаты России 3 (СИ) - Ром Полина

Прав был Фаэт. Нужно определиться, вся у него с башкой в порядке, а уже потом выносить суждения глобального характера. В конце концов, среди тутошных богов он самый главный. Стоит принять неверное решение — и все, планете кирдык.

Холодок пробежал по спине Рима от осознания этой простой истины. Раньше обдумать свою божественную природу и расценить ее как ответственность он толком и не мог. Всегда не хватало времени. Они постоянно были чем-то заняты. Возможно, для того Рим и искал себе занятость, чтобы избежать тяжёлых мыслей.

Но без малого сотня лет, проведенных в криосне, невидимым прессом давила на него, отсекала сомнения, оставшиеся там, в 15 столетии. Старые вопросы всплыли по новой.

Что они будут делать со своим всемогуществом?

— Не спать. — Фифа положила перед ним ложку. На этот раз Рим не стал раздумываться, откуда она взялась — просто принялся хлебать горячее варево. Вроде одни овощи и приправы, а вкусно получилось. Наверняка Фифа догадалась затариться специями. И где только нашла, в 15-м веке?

Пока они ели, рядом неслышно, возник андроид и заговорил:

— Николай Валерьевич, Максим Сергеевич — прошу после еды последовать за мной.

Скрип разом проглотил рагу, едва не поперхнувшись, и вопросительно посмотрел. Рим перевёл взгляд на Задрота и замер. У того, похоже, синим осветился лишь один глаз.

Рим заморгал, даже постучал себя ложкой по лбу, не задумываясь о том, как это смотрится. Глянул снова.

Задрот выглядел так же, как прежде, с обычными синими глазами.

— Зачем? — как-то испуганно спросил Задрот.

— В медотсек, — ответил андроид. — Вам требуется сделать дополнительное обследование.

— Требуется так требуется, — пробормотал Скрип, громко шаркая табуреткой и бросая ложку на стол. — Давай, Задрот, пойдём уже.

Рим с тревогой проводил их взглядом. Потом поймал вопросительный взгляд Цинка и пожал плечами. Доверие Фаэту по прежнему оставалось аксиомой, не требующей доказательств. Иначе всем их планам и мыслям о себе — грош цена.

— Ладно, народ, собрались, — сказал Рим, отодвигая от себя пустую тарелку. — Решаем проблему.

— Мог бы и «спасибо» сказать, — пробурчала Фифа, убирая тарелки.

— Спасибо. — Рим не позволил себя смутить. — Возвращаемся к теме. 1588-й год. О каком сражении говорил Фаэт?

— Гравелинское сражение, — сказала Фифа, складывая пустые тарелки в инопланетный очиститель. — Подробности не помню.

— Я помню, — неожиданно хлопнул ладонью по столу Кот. — Сто тридцать кораблей Испании сунулись в Британию и позорно огребли. Почти все пошли на дно. А команда — на корм рыбам. Да, не все кораблики там были военными, были еще торговые, логистические…

— Откуда знаешь? — тут же навострился Цинк. — С каких пор ты у нас фанат истории?

— Да в игрушки играл, — невозмутимо ответил Кот. — С корабликами. Гравелинское сражение — один из базовых сценариев.

— И Испания там проиграла Англии? — уточнил Рим.

Кот кивнул.

— А теперь, значит, выиграла… — Бык задумчиво почесал подбородок. — Интересно, почему?

— Ну, это вопрос нетрудный, — размышлял вслух Рим. — Мы сорвали их планы по захвату Америки, и они направили силы на экспансию внутри Европы. Думаю, Англией дело не обошлось. Наверняка испанцы прыгнули на всех своих соседей. Британский флот в то время был самый мощный на планете. Ну, в изведанной её части.

— Знаешь, командир, — вяло скривился Дзю. — Мне, честно сказать, все эти европейские разборки всегда были до одного места. Только не злись, я объясню суть.

— Объясни.

— Мы, русские, всегда с ней собачились. С Европой. И было неважно, кто там на нас бочку катил. Британцы, хренанцы, пруссаки какие, или басурманы. Со временем огребали все. Так что, если глобально — то какая нам разница? Немцы будут рукоблудствовать, сквайры или лягушатники — не пофиг ли?

Закрыв лицо ладонью, Рим пробормотал безмолвные ругательства и вслух произнёс:

— Знаешь, Дзю, лучше бы ты в игрушки играл. Вместе с Котом.

Дзю деликатно кашлянул и умолк.

— Через пару сотен лет на Россию бочку катить будет уже Наполеон, — продолжал Рим. — А это, я напомню, тот перец, который нагнул вообще всех, кроме России и Англии. Знаешь, почему?

— Генерал Мороз помог, — заулыбался Дзю.

— Фифа, — попросил Рим, — тресни его, пожалуйста, половником по башке.

— Половника нет, — заявила Фифа. — Могу кастрюлей.

— Кастрюля сойдёт?

— Нет, нет, вы что⁈ — «испугался» Дзю и замахал руками. — Лучше на словах объясните. Если тупанул, то признаю.

— Морские пути, — устало произнес Рим. — Наполеон воевал с Россией на земле — и потому проиграл, да. Но с Англией он собачился в морских водах. Кто знает, что было бы, если бы тогда он взял ещё и Англию? Да мог бы позже легко захватить Петербург, достаточно приплыть полным флотом на Неву. Во всем цивилизованном свете остались бы только русские и французы. И неизвестно бы ещё, чем дело кончилось. Короче, ругай британцев или нет, но тогда они нам конкретно подсобили уже тем, что просто не слили до конца бонапартистским корабликам.

— А сейчас британцев, считай, на военной карте уже нет, — закончил Цинк. — Если гегемония Испании теперь надолго — то, возможно, и Наполеона никакого не будет, а появится кто пострашнее. И это полный раскардаш в известной нам истории. Мы ни на что не сможем повлиять, и ничего не сможем исправить. Даже если у нас миллион боевых летающих тарелок будет, и миллиарды лазерных пушек. Мы просто не будем знать, куда и как применить всё это добро. Куда приложить силу. А что есть сила без должного применения — надеюсь, объяснять не надо.

Все присутствующие приобрели крайне сосредоточенные выражения лица. Рим понимал, что почти все подумали об известных им Соединённых Штатах Америки. И надеялся, что хоть кто-то после проведённой аналогии вспомнит участь Орка.

— Значит, наша глобальная задача какая? — произнес Рим.

Никто ему не ответил. То ли боясь сморозить глупость, то ли ждали, пока глупость сморозит он.

Но командира было уже не остановить. Его голова, наконец, заработала на полную катушку — спасибо супу из помидоров. Рим почувствовал даже неуместный азарт при мысли, что сейчас, быть может, играет в интеллектуальные догонялки с самим Фаэтом.

— Мы уже влезли в историю, — сказал Рим. — И, прямо признаем, изменили её бесповоротно. Но мы не можем в неё влезать слишком уж глобально. Мы имеем право только на контролируемые изменения, чтобы общее направление развитие человечества не менялось. Начнем сильно загоняться — и человечество скатится в хаос. И тогда вместо его спасителей мы станем его ликвидаторами. Нельзя допустить, чтобы какая-то из сторон получила слишком сильное преимущество над всеми остальными нациями и государствами.

— Браво, Рим! — послышался с потолка голос Фаэта. — Приятно слышать, что вы всё наконец поняли. И признаете и легко примите тот факт, что Новая Россия слишком уж сильно развилась за время вашего криосна. С этим нужно что-то делать.

Разумовскому потребовалось всё самообладание, чтобы скрыть эмоции от остальных. В своей речи он совсем не имел в виду ограничения развития родной страны, что бы ни понимали под этими словами, но не признать чудовищной правоты Фаэта он тоже не мог.

Время поиска новых врагов прошло. Их новой миссией станет поддержка мира на земле. А для этого потребуется удерживать тонкий геополитический баланс по всей планете.

Глава 3

Поначалу воцарилась тишина. Цинк сидел, упираясь в подбородок кулаками, и о чем-то усиленно размышлял. Кот сделал вид, что ест, хотя уже больше тыкал ложкой в остаток пищевого кубика, скачущий по тарелке. Остальные, озабоченно переглядывались.

Похоже, команда срочно нуждалась в непосредственно команде. Точнее, в конкретной задаче, высказанной слух, внятно, без прикрас. Поэтому взгляды и упирались в Рима.

Командир же пока не совсем представлял, что именно им нужно делать, Впрочем, действовать в условиях недостатка оперативных данных ему было не впервые. И он знал, что нездоровая импровизация — худший вариант.