Рисковое Дело - К. Джетер

– Ах вот оно что, – Денгар опустил руки; можно было немного расслабиться. – Подумаешь, велико событие!

Кореллианин опять поднял руку, так как ярость в глазах девицы вспыхнула с новой силой.

– Точно сдурела… что ты разнылась, а? Тебе никто не тыкал в лицо бластером, не требовал сказок на ночь!

Потрясения, выпавшие на долю <Гончей>, расшатали дюрастиловые пруты клеток, и Ниелах не составило большого труда вооружиться одним из них. Возможно, выдрала из креплений, а может быть, подобрала один из тех, что раскатились по палубному настилу. Водрузив примитивное, но увесистое орудие на плечо, девчонка сделала шаг к Денгару, готовая опробовать дубину на деле. Секунду в ее глазах еще бушевало пламя, затем огонь вдруг угас.

– Сойдемся на том, – произнесла Ниелах, – что надули нас обоих. А Фетт получил тишину и покой, чтобы управлять кораблем без помех.

Брошенный прут громыхнул о металлический настил.

– Ну… да. В общем, да. Он хотел, чтобы вокруг него никто не прыгал с истеричными воплями, а я охотно обеспечил ему тишину, – Денгар осторожно выпрямился, готовый вновь занять оборонительную позицию, как только его собеседнице опять взбредет в голову продемонстрировать склонность к насилию.

Тут он вдруг сообразил, чем их нынешняя спутница отличается от Манароо. Его избранница тоже не являлась неясным анемичным цветочком и при случае умела становиться жестокой, но до сих пор она не выказывала никакого желания размозжить ему голову. Разумеется, после свадьбы (если таковая вообще состоится когда-нибудь) все может перемениться, но тут Денгар готов был рискнуть.

– Фетт не просто более умелый охотник, – признал кореллианин. – Он сейчас пилот этого корабля. И я могу подождать, пока он доставит нас туда, куда ему вздумается.

– Твое ожидание окончено, – заявила Ниелах, тыча пальцем в сторону рубки. – Приехали.

– М-да?

Потирая челюсть, Денгар настороженно разглядывал девчонку.

В животе чуть было не забурчало от предвкушения, Одно дело – лететь к неведомой таинственной цели, но совсем другое – добраться туда. Во что бы ни посвятил охотника Боба Фетт (а честно говоря, не во многое), ни слова не было сказано о том, что произойдет, как только они окажутся на месте.

– Ну и что?

– Хороший вопрос. Наш неустрашимый капитан решил нарушить обет молчания. Так что пошевеливайся, Фетт жаждет видеть нас обоих у себя в рубке для инструктажа.

Денгар выдавил усмешку.

– Ну хоть ты перестала кусаться.

Он полез вверх по трапу следом за Ниелах. Преодолевая металлические ступеньки, кореллианин вернулся мыслями к последним размытым следам сновидения, которым наслаждался до того, как его столь пассионарно разбудили. И во сне, и наяву он тешил себя одной и той же фантазией, особенно – в те короткие затишья, когда не требовалось усилий, чтобы оставаться в живых. Дружба с Феттом должна покрыть все издержки. И с лихвой. Боба затеял по-настоящему крупное дело, иначе не стал бы обременять себя напарником. Не тот у него характер, чтобы хоть пальцем пошевелить чисто из благодарности. Кореллианин безрадостно размышлял: Спасаешь ему жизнь, а что получаешь взамен? Не слишком-то много, если не считать шанса испустить дух. Это как раз самое легкое, гораздо сложнее обратить <дружеские> отношения в надежные кредитки, расплатиться с долгами и начать долгожданную новую жизнь. И заняться творческим делом – знакомить недоразвитые захолустные планеты, тот же Татуин, например, с высокими технологиями. Вот где реальные деньги, а кроме того, это занятие много безопаснее охоты за головами. Даже учитывая взятки, которые так и так придется совать чиновникам, как

Империи, так и местным, либо (если Галактика узрит чудо) бюрократии от Альянса, все равно существует возможность нам с Манароо зажить на славу. Понадобятся только связи, а они у меня имеются, и небольшой начальный капитал, а его у меня нет… Вообще-то капитал требуется не такой уж и маленький… Вот по этой причине кореллианин, не раздумывая, согласился на сотрудничество с Бобой Феттом. В первую очередь.

Втиснувшись в рубку, Денгар лишь головой покачал. Каким бы ни был следующий шаг, уготовленный им охотником в мандалорском доспехе, он, кажется, будет сделан не к желанной горе звонких кредиток, в которых так отчаянно нуждался кореллианин, и новой жизни, которую он собирался купить на них. Денгара одолевали дурные предчувствия.

– К делу, – без предисловия заявил Боба Фетт, разворачивая пилотское кресло спинкой к пульту и иллюминатору. – Много времени потратили впустую. Надоело.

Он ткнул большим пальцем себе за плечо.

– Это все, что осталось от гнезда Куд'ара Муб'ата. Денгар привстал на цыпочки, всматриваясь в иллюминатор.

– Ты прав, – сказал он.

Дрейфующие в пространстве трупики нахлебников и спутанный клубок нервных волокон производили одновременно жутковатое и яркое впечатление.

– Должно быть…

– Не говори, что я прав. Не нужно, – в обычно бесстрастном голосе Фетта ясно прозвучало несвойственное охотнику раздражение. – Я редко ошибаюсь. Я сказал, что время не ждет, так поверь мне.

– Если ты о грызне, Императора и мятежников из Альянса, то не вижу повода беспокоиться, – Денгар пожал плечами. – Ну да, они собираются заварить грандиозную драку, так не здесь же, а возле Эндора. А это на другой половине Галактики, при любом исходе, отсюда все равно не видать. Не понимаю, какое нам до них дело… И вообще, их проблемы нам только на руку. И Империя, и Альянс отвели основные соединения, в куче секторов днем с огнем не сыщешь ни повстанца, ни импа. Можно делать все, что угодно душе, и никто не узнает.

– Теперь мне понятно, – вздохнул Боба Фетт, – почему ты исполняешь приказы, я же – их отдаю. Ты слишком просто думаешь.

Он положил руки на подлокотники кресла.

– Да, сражение произойдет возле Эндора. Возможно. Оно может завершиться через минуту после начала. И все равно разрешит конфликт. Империя и Альянс очень долго выстраивали свое противостояние. И ты ошибаешься. Для существ, подобных нам, важно, кто победит. Палпатин жаждет абсолютной власти над Галактикой и всем ее содержимым. Его рука дотянется до тебя, Денгар. И до меня. Наши желания, наши действия потеряют смысл, получи Император желаемое.

– А как же я? – встряла немедленно Ниелах. – А что будет со мной? С тем, чего я хочу?

– Ты не знаешь своих желаний, – ответил Боба Фетт. – Можешь верить, можешь не верить. Но если победит Палпатин, ты никогда не вернешь ни прошлое, ни украденную память.

– А если победят мятежники?

– Не сумеют, – охотник качнул головой. – Вселенная рождает благородные и возвышенные идеалы, но победу одерживают жестокость и хитрость. Моя жизнь тому доказательство.

Он даже не скрывал презрения, которое питал к Альянсу.

– Но в Галактике порой случаются странные вещи, и может произойти невозможное. И для охотников за головами наступят черные времена. Мятежники претендуют на высшие моральные принципы, они перестанут оплачивать наши услуги, забудут, что не гнушались нами раньше. Они решат искоренить преступность, а преступники – наши лучшие клиенты. У них ничего не получится, хотя кое-кого уничтожат. Так признаем: для охотников за головами предпочтительнее, чтобы битва при Эндоре затянулась. Чтобы ни одна сторона не уничтожила другую. Можно надеяться, рассчитывать – жаль! – нельзя.

Денгар слушал невеселый прогноз, а надежды и мечты рассыпались прахом. Ну что за везение… думал он. Кто бы ни победил – абстрактное зло или столь же призрачное добро, результат все равно одинаков. По крайней мере, для него. Он проигрывает в любом случае. Желанная мирная жизнь удалялась со скоростью света. Заработать деньги он мог только охотой, совместной охотой с именитым напарником, тот же Боба Фетт утверждает, будто вскоре не останется никаких охотников, все повыведутся. Он завидовал Ниелах, ту вовсе не беспокоили мрачные перспективы, открывающиеся перед кем-то другим.

– Ну, а сейчас-то чем предлагаешь заняться? И почему ты привез нас сюда?

– Мои планы, меня и касаются, – холодно отрезал Фетт. – Хотя некоторые касаются тебя. Сейчас можно ответить на многие твои вопросы. Подходящее время. Ты хочешь вернуться в прошлое, свое прошлое, пусть так и будет.

Охотник вновь указал за иллюминатор.

– Здесь и сейчас я отдам его тебе.

Девчонка с отвращением оскалилась то ли на ни в чем не повинный транспаристил, то ли на пучки нервных волокон с привязанными высохшими трупиками, которые плавали в вакууме за ним.

– Это что, шутка такая, что ли? – Ниелах повернулась к охотнику в мандалорском доспехе, взгляд стал еще злее. – Я ничего не вижу…

– Не видишь, потому что не смотришь, – оборвал сердитую тираду Боба Фетт. – Не понимаешь. Выслушай и поймешь.

Злобный оскал, уродующий ставшее вдруг некрасивым лицо, не исчез; Ниелах высокомерно задрала подбородок и скрестила на груди руки.