Рисковое Дело - К. Джетер

Он не успел закончить вычисления, как из динамика внешней связи раздался знакомый голос.

– Было приятно иметь с тобой дело, – Бланкавизо в отличие от родителя не утруждал себя подобострастием. – Надо обязательно повторить в будущем.

Приборы зарегистрировали присутствие в секторе другого корабля, и судя по ИД-профилю, не ксизоровская <Вендетта>. Боба Фетт поискал взглядом за иллюминатором и отыскал чужака неподалеку от обрывков гнезда Куд'ара Муб'ата. После активирования функции очистки изображения выяснилось, что это стандартный тяжелый грузовик. Регистрационный номер был чистый, зато бывшим владельцем числилась одна из компаний принца Ксизора – и Черного солнца.

Боба не удержался, нажал на кнопку комлинка.

– Я думал, ты собирался быть независимым, Бланкавизо.

– Так и есть, – отозвался невидимый собеседник. – Пусть этот грузовичок и незатейлив, но он мой. Но ведь и запросы у меня невелики. А принц Ксизор уступил мне его практически даром.

– Даром? Ксизор? Ты еще долго будешь расплачиваться.

– Подозреваю, в этом ты прав, – непохоже, чтобы Бланкавизо сильно волновался. – Но тем не менее как оперативная база грузовик во много раз удобнее, чем старая прогнившая паутина Куд'ара Муб'ата, Здесь есть все, что требуется, так что мне не придется создавать придатков в том количестве, как делал мой родитель. И таким образом значительно уменьшается шанс бунта вроде того, который принес мне власть.

– УМНО.

Про себя Боба фетт сделал мысленную пометку: сделки с новым сборщиком-посредником, вероятно, будут опаснее, чем с его предшественником.

– Тем не менее этот грузовик – всего лишь большой пустой короб с маршевыми двигателями и автономной навигационной системой, – продолжал разглагольствовать Бланкавизо. – Подозреваю, что <Черное солнце> пользовалось им для перевозки контрабанды где-нибудь в провинции, а теперь он устарел и скорости ему не хватает для нынешних нужд организации.

Голос сборщика, одиноко сидящего в пустом фрахтовике, гулял эхом между голых переборок.

– Надо будет оборудовать его по моему вкусу.

– Тогда копи деньги, – Боба Фетт вновь уставился на список верфей. – Недешево встанет.

– О, кредитки у меня есть! – беззаботно воскликнул Бланкавизо. – Более чем достаточно.

Что-то то ли в его словах, то ли в тоне, которым они были произнесены, привлекло интерес охотника.

– О чем ты?

– Может, хочешь проверить свои счета на Корусканте.

Улыбку арахноида можно было даже увидеть.

– Забыл, что я больше тебя понимаю в финансах, ведь для этого меня создали. И если можно так выразиться, я унаследовал всех старых друзей и деловых партнеров своего прародителя. Особенно тех, кто с готовностью берет взятки, а взамен оказывает определенные услуги.

– Услуги? Какие еще?

– По большей части те, которые заключаются в разделе суммы и очень негласном переводе половины на мой счет, а не на твой. На твоем месте, я бы определенно проверял счета после завершения трансфера, – с жалостью посоветовал Бланкавизо. – Тогда бы ты увидел, что тебе перечислена лишь половина награды, назначенной за Восс'он'та.

Боба Фетт отодвинулся от пульта. Ничего он не стал проверять, итак ясно, что Бланкавизо не врет. О таких вещах не шутят, только не с ним.

– Глупый поступок, – мрачно сообщил он, разглядывая далекий грузовичок. – Очень глупый.

– Нет, не думаю, – сборщик был по-прежнему спокоен. – Посмотри на все с моей точки зрения, ты мне должен по меньшей мере столько. Если бы не я, кто остановил бы принца Ксизора, а фаллиен уничтожил бы тебя. Навсегда. Можешь не благодарить, я и не жду от тебя никакой благодарности. Так что давай назовем это еще одной сделкой.

– Назовем кражей, – отрезал Боба Фетт. – И украл ты не у того.

– Возможно, – отозвался Бланкавизо. – Но ты заинтересован в том, чтобы я продолжал благоденствовать. В Галактике толпы потенциальных клиентов, которые с такими, как ты, будут общаться лишь на языке оружия. Я нужен тебе, Боба Фетт. Чтобы ты мог по-прежнему выслеживать добычу и получать за нее награду. Без посредника сколько сделок не будет заключено, а? Больше так не получится.

Анализ охотника не впечатлил.

– Не лезь в мои дела. Я сам справлюсь.

– Счастлив за тебя. Но половину награды за Восс'он'та я все-таки удержу. Мне предстоят большие траты.

– Не тревожься о них. Столько ты не проживешь. Никто из воров столько не живет.

– Давай поговорим серьезно, Боба Фетт, – потекли из динамика насмешливые слова; Бланкавизо окончательно потерял сходство в речи с Куд'аром Муб'атом, никаких экивоков, никакого притворства и хитрости. – Ну что Ты собираешься делать? В том состоянии, в каком находится твой корабль, ты даже мушки не сумеешь прихлопнуть. Разве что взорвешься вместе со мной. Мой грузовичок, может, и не скоростная яхта, но сейчас он быстрее твоей развалюхи.

– Я тебя найду, – пообещал охотник. – Рано или поздно.

– А когда это случится, ты либо выяснишь, насколько я тебе нужен, либо меня защитит принц Ксизор, ведь Черному солнцу тоже необходимы посредники. Или я придумаю новый сюрприз. Какая разница? Знаешь, я не слишком-то волнуюсь.

– Так начинай. Постарайся как следует. Мысль об украденных деньгах не давала покоя.

– До встречи, – сказал Бланкавизо. – Буду ждать, охотник за головами.

Связь оборвалась, и рубку <Раба-1> вновь заполнила тишина. Боба Фетт наблюдал, как ожили маршевые двигатели грузовика.

Охотник еще несколько секунд разглядывал опустевшее пространство, занятый мрачными размышлениями. Затем вернулся к расчету ожидающего его медленного путешествия.

7. И ТЕПЕРЬ…

История завершилась. По крайней мере, пока, подумала Ниелах. Слишком долго она просидела, прижавшись спиной к холодной металлической переборке. Девчонка сидела и слушала, как кореллианин Денгар заканчивает повествование о прошлом Бобы Фетта и о том, что получилось из намерения уничтожить Гильдию охотников за головами.

– И это все, да?

Она радовалась, что не пришлось использовать бластер, чтобы развязать кореллианину язык. Рука отвалилась бы, столько времени пришлось держать оружие у виска Денгара. Рассказ подзатянулся, хотя в нем было много действия, так что Ниелах не скучала. Девчонка поднялась на ноги и потерла затекшую пятую точку.

– Я понимаю так, что Боба Фетт в конце концов все уладил.

– Хорошо понимаешь, – отозвался Денгар; он постучал костяшками по переборке у себя за спиной. – Ты же была на борту <Раба-1>, видела, что корабль в прекрасной форме. Я слышал, что пока его чинили, произошло несколько передряг. Кстати, <Раб-1> перепланировали от переборок до реактора.

Денгар ткнул большим пальцем в сторону трюма и клеток в нем.

– Очевидно, Фетт постановил, что ему нужно больше пространства для добычи, так что все остальное пришлось ужать и потеснить. Раньше в кокпит можно было лопасть не по лесенке. Судя по слухам, переделка корабля влетела Бобе в кредиточку. Ну и разумеется, кое-кто распрощался с жизнью. Хотя тут ничего необычного, с Бобой всегда так.

– Это уж точно…

Выслушав рассказ о войне охотников за головами, Ниелах пришла к выводу, что самое большое чудо на свете – это когда кто-то остался жив после встречи с Бобой Феттом. Те, кто ему не нравятся, обычно становятся кормом для червей, сухо усмехнулась про себя девчонка. Если трандошан Босск, прежний владелец <Гончей>, еще шевелит лапками, то лишь волей все той же самой слепой удачи, которая выводила темпераментного ящера из прошлых стычек с Феттом. Можно утверждать, что это был ее триумф.

– Что ж, кому-то не повезло…

А как же я? Денгар предупреждал, что история не ответит на все вопросы. И неважно, сколько Ниелах узнала об охотнике в мандалорском доспехе (как будто ей требовалось подтверждение, насколько безжалостным и хладнокровным он может быть!), о себе она не выяснила ничего. Я по-прежнему не знаю, кто я такая. Кто такая я на самом деле. В голове все время прокручивались одни и те же вопросы, которые поселились там, когда Ниелах впервые стала осознавать себя во дворце Джаббы Хатта на далеком теперь Татуине. И с тех пор девчонка постоянно натыкалась на разрозненные кусочки воспоминаний о мире, откуда ее похитил кто-то неизвестный, о ком в ее выскобленной памяти ничего не осталось. И единственным связующим звеном между ее прошлым миром и нынешним – жестоким, грозным, в стены которого, щетинившиеся виброклинками, она слепо тыкалась, словно испуганная зверюшка, – единственным звеном был Боба Фетт. В этом Ниелах не сомневалась. Стоило ей увидеть собственное изображение в темном визоре мандалорского шлема, как у нее инстинктивно сжимались кулаки. Во дворце Джаббы Хатта, выхватывая взглядом из толпы головорезов и убийц невысокую фигуру охотника за головами, Ниелах раз за разом убеждалась в правильности своей догадки – между ними существовала какая-то связь.