Рисковое Дело - К. Джетер

– И я получил приказ непосредственно от бывшего сенатора Мои Мотмы из штаба нашего флота на орбите Суллуста.

– Это я уже понял, – Куат наклонился и подобрал с пола фелинкс; зверушка тут же устроилась в безопасной колыбели его рук и закрыла желтые глаза, как только пальцы хозяина стали почесывать ей ухо. – Но и вы в свою очередь обязаны уяснить, коммандер, что долг и обязанности есть не только у вас. У меня, например, тоже.

И в данный момент эти обязанности тяжким грузом лежали на плечах инженера. Все зависело от него. Фелинкс могла сколь угодно считать, что хозяина больше всего на свете волнует ее комфорт и сытость, сам Куат думал иначе. Судьба верфей, всей корпорации, чьи корабли и системы вооружения ценились по всей Галактике и составляли значительную часть имперского флота, была передана инженеру по наследству, как до него от его деда унаследовал верфи его отец, как от прадеда – дед, и так далее из поколения в поколение. Когда Куат окидывал взглядом стапеля и сухие доки, <разрушители> и тяжелые крейсера, он ощущал, как спина его сгибается под их общим весом. И более того; зависший над комплексом пятнистый зеленый шар планеты, весь мир и люди, все это зависело от судьбы корпорации, которая поила и кормила их и позволяла накапливать в сундуках несметные сокровища.

И я сражался за них. Кончиками пальцев инженер машинально ласкал шелковистый мех фелинкс. Я сражался, чтобы ноша осталась моей, чтобы никто не отобрал ее у меня. В такие минуты, когда груз ответственности становился в тягость, когда верх брала усталость, Куат задавал себе вопрос, а стоило ли бороться? На планете много правящих семей, чьих отпрысков по традиции отстраняли от руководства верфями, но которые охотно строили козни и заговоры, дабы заполучить корпорацию, отказаться от древней мудрости мира и самим занять место на самой вершине. И как бы ни хотел Куат с Куата дать им шанс, он был неспособен разжать руки и выпустить ценный груз. Инженер прикрыл глаза, все так же почесывая фелинкс за ухом. А все потому, что я знаю: им не взять верх. Не надо мной, а над нашим врагом. Куат с Куата находил мрачную иронию в том, что как только смерть удалила принца Ксизора из списка представляющих угрозу существ, как тут же поднял голову другой враг. На этот раз в лице целого Альянса.

– Ваши обязанности не конфликтуют с моими, – настаивал Геннад Рожденст.

Казалось, льдинки голубых глаз на небрежно вылепленном лице заглянули в самое сердце инженера.

– Альянс не претендует на верфи Куата. Также мы хотим, чтобы корпорация осталась в ваших руках.

– Хотелось бы верить вам, коммандер, – ладонь инженера замерла, не закончив движения; голос Куата похолодел. – Но размещение боевой эскадрильи, пусть даже превосходно отвечающей своему названию, едва ли можно рассматривать как жест доброй воли.

– Альянс удовлетворят нейтральные отношения между нами. Большего мы не ищем.

– Оо… – Куат с Куата скупо улыбнулся, покачивая головой. – Какие знакомые слова, коммандер! Как часто приходится их выслушивать от тех, кто вел дело с верфями Куата еще во времена моего отца, деда и всех прочих предков. Все всегда заверяли, что думают лишь о процветании и независимости корпорации. И если бы им поверили, думаю, от верфей не осталось бы даже воспоминаний. Посему вам придется извинить мой скепсис, который неподобает даже столь негостеприимному хозяину, как я. Но заверяю вас, Император Палпатин первым же делом объявил, что <не претендует>, как вы изволили выразиться, на нас. Вы не обидитесь, если узнаете, что ему я поверил не больше, чем представителю так называемого Альянса?

Коммандер некоторое время обдумывал короткую речь.

– У вас прямолинейная манера говорить, Куат.

– Спишите ее на инженерное образование. Я же предпочитаю думать об этой черте, как о точности.

– Тогда и я буду говорить прямо в лоб, – в голосе Рожденста прозвучал металл, некоторое время определенно проведший в глубоком космосе. – Меня и мою эскадрилью послали сюда с определенным заданием, и мы намерены его выполнить. Но вы правы, Альянсу кое-что нужно от вас Меня довольно подробно информировали о политическом и стратегическом анализе, который наши руководители провели относительно ценности верфей. Не для нас, для Палпатина. Когда я говорил о нейтралитете, я имел в виду не Альянс, а Империю.

– Верфи Куата ведут дела с Империей. Их флот высоко ценит наши корабли и вооружение и правильно делает, нам нет равных в конструировании боевых машин. К тому же Империя способна выдержать наши расценки.

Фелинкс лениво пошевелилась на руках инженера, когда тот пожал плечами.

– Мы продаем нашу продукцию и другим, если она им по карману. Собственно, это единственное различие, которое мы делаем между клиентом и возможным клиентом. Есть у них на счету кредитки, чтобы мы могли выполнить их заказ, – Куат вяло и безрадостно улыбнулся. – Поверьте, коммандер, если бы Альянс был платежеспособен, верфи Куата были бы только счастливы получить ваши кредитки в обмен на наш товар. Судя по жалкому виду коллекции <костылей>, которые вы расположили вокруг наших сухих доков, они видели мало заботы и ухода. Вы не любите собственные машины, коммандер.

В глазах Рожденста проскочила искра гнева, замечание попало в цель. Единственная причина, по которой эти истребители не держали курс на Суллуст, чтобы воссоединиться с остальным флотом для решающего сражения с Империей (<подумать только, какая потрясающая секретность!>), заключалась в том, что БТЛ эскадрильи были слишком потрепаны и стары, чтобы представлять угрозу хорошо вооруженному и подготовленному противнику. Имперские ДИ-истребители прожуют их и сглотнут, не подавившись, в первые три секунды боя.

– Мне вот любопытно, – безжалостно продолжал инженер, – ваше командование послало вас сюда с определенной задачей или патрулирование стапелей и доков – не более чем убедительное объяснение вашего устранения. А то вдруг вы столкнетесь с более грозными бойцами, чем рабочие и сборщики?

Фелинкс уловила хозяйское настроение и замурлыкала в счастливом согласии.

– Я так понимаю, что Мои Мотме есть чем заняться вместо того, чтобы ломать голову, чем бы занять так называемую эскадрилью, которая не стоит и выстрела из лазерной пушки.

Геннад Рожденст побагровел так, что выделяющийся шрам стал почти не заметен на общем фоне.

– Мои пилоты могут позаботиться и о себе, и о своих машинах.

– Нисколько в том не сомневаюсь, коммандер. Вопрос лишь в том, могут ли они что-нибудь еще? Ваша преданность им понятна и предсказуема. И, разумеется, абсолютно понятно, почему именно вас назначили ими командовать. Что говорит о высоких моральных принципах руководителей Альянса, которые озаботились подыскать теплое местечко для того, чья военная карьера, как бы так выразиться поточнее, не увенчана успехом и славой.

Если он минут пять будет продолжать в том же духе, Рожденст прожжет взглядом дыру в чем-нибудь. Инженер вообразил, как начинает дымиться между лопаток его рабочий комбинезон. Представитель Альянса не отвечал.

– Каждому может не повезти, коммандер. Я первым засвидетельствую, что то, что подчас делает нас героями, всего лишь вопрос случая, хотя кто-нибудь возразит, что истинный герои сам определяет свой шанс. Но это еще как сказать. Так что грустная история вашей жизни, аварий и неудач, конечно же, простительна.

Куат поздравил себя с успехом: он сумел раздразнить коммандера до состояния белого каления. Как раз то, что нужно. Инженер не заходится в восторженной истерике от седой болтовни джедаев, зато искренне верил в проверенную временем максиму посредников и лиц, ведущих переговоры. Разозли собеседника, и он твой.

Гнев выплеснулся наружу, коммандер Геннад Рожденст чеканным шагом промаршировал к Куату и вульгарно ткнул коротким толстым пальцем инженеру в грудь.

– Проясним кое-что, Куат. Лететь сюда мне приказала сама Мон Мотма после того, как я по ее же прямому распоряжению собрал эскадрилью, о которой вы так плохо думаете. Я прошерстил каждую систему нашей Галактики, вырыл из обломков после каждой операции каждый сбитый истребитель и корабль поддержки, отыскал пилотов, которые потеряли свои подразделения. Мы сколотили эскадрилью и вернули ей крылья без помогли техников вроде вас, которым некогда заниматься подобной ерундой, так как они сколачивают капитал.

Для пущего эффекта или убедительности сарделька указательного пальца все крепче и крепче врезалась инженеру в грудину.

– Мы с моей эскадрильей уже направлялись к Сул-лусту по приказу адмирала Акбара, когда Мон Мотма отменила его распоряжение. Нас отправили сюда.

– Это я уже слышал, – Куат отодвинул надоевшую руку. – Что ж, я рад за Альянс, там все-таки нашлись умные люди или иные, не менее разумные существа. Они все же правильно оценили ваше подразделение.