Парк Юрского периода: миллионы лет спустя - Джон Беркли

— Я думаю, сейчас самое время вспомнить о детях, — сказал, глядя в бездушный зрачок видеокамеры, Малколм. — Ау, Хаммонд, вы слышите меня? Здесь, между прочим, ваши внуки. Не думаю, чтобы им это понравилось.

— В чем дело, малышка? — вдруг спросил динамик незнакомым слащавым голосом. — Ты никогда не сидела за столом? Не ела бифштексов?

— Я — вегетарианка, — отрезала девочка.

Динамик смолк.

Прошло еще несколько долгих минут, но Тираннозавр так и не появился.

— Ти-рекс не хочет, чтобы его кормили, — вкрадчиво пробормотал Грант. — Ти-рекс хочет охотиться.

— Мне кажется, он сегодня ужинает в другом месте, — хмыкнул зоолог. — Но, скорее всего, это даже и к лучшему. Однако доктор Грант, вынужден признать, вы были правы. Несмотря на прошедшие сто с лишним миллионов лет и вивисекцию этих ребят, инстинкты у рептилий, — как это ни парадоксально, — остались прежними.

«Блейзеры» наконец мягко поползли дальше, увозя своих пассажиров в глубину острова. Едва они тронулись, зоолог вновь повернулся к камере и, уже насмешливо осведомился:

— Ну, так мы увидим сегодня динозавров на вашем юрском динозавровом параде, а? Алло! А?

Не дождавшись ответа, он захохотал. Издевательски.

В зале управления Хаммонд вздохнул и тихо, для себя, констатировал:

— Они ненавидят мой парк.

В этот момент в двух шагах от него на своем компьютере Деннис Хоупер набирал и закладывал в память программу, с помощью которой рассчитывал получить полтора миллиона долларов. Рядом, на секретарском кресле, стояла небольшая коричневая сумка. В ней покоилась жестянка со взбитыми сливками — замечательное приспособление, контейнер, сохраняющий холод в течение двадцати четырех часов.

Заполняя строчку за строчкой, Деннис рисовал в уме картины своего будущего. Будущего, в котором не было места Хаммонду и Юрскому парку.

Он точно знал, что делает. Знал время, нужное ему для осуществления задуманного, знал свой маршрут. Знал все. Не мог он знать только одного — как поведет себя парк.

Но это волновало Денниса меньше всего. Точнее, он вообще не задумывался над тем, к чему могут привести случайности.

— Да, — вещал весело Малколм, обращаясь к Элли, в лице которой он имел благодарного слушателя. — Тираннозавр, не желающий действовать по свистку, жить в каких-то дурацких рамках, по закону парка, — написанному, опять же, людьми, — и есть сама суть хаоса.

— Природы, — возразил Грант.

— Природы? Ну уж нет! Хаоса, Алан! Именно хаоса!

— Постойте, — оборвала спор Элли. — Давайте для начала разберемся, что вы, Ян, подразумеваете под понятием «хаос».

— Предсказуемость, а точнее, непредсказуемость в сложных системах.

— Чепуха. Любое явление в природе можно предсказать с достаточной долей вероятности.

— Вы уверены? — хитро прищурился зоолог.

— Конечно.

— Отлично. Будьте любезны, доктор Сетлер, дайте мне бутылку воды, которая стоит за вашей спиной.

Элли обернулась. В багажном отделении «блейзера» в специальных зажимах стояли бутылочки содовой, одну из которых она и подала Малколму. Тот взял стекляшку, ловко сковырнул пробку брелком и объявил:

— Теперь протяните мне свою руку. Ладонью вверх. Наклоните-ка чуть-чуть. Вот так, — он осторожно взял Элли за кончики пальцев и поднес бутылку к ладони. Горлышко, подрагивая, зависло над бугром Венеры. — Проведем эксперимент. Правда, для этого нужно состояние покоя, а тут трясет, но ничего. Представьте себе, что эта вода — Ниагарский водопад, и постарайтесь угадать, куда она потечет. Ну?

— По запястью, — в один голос сказали Элли и Грант и засмеялись.

— Ага. По запястью. Ну что же, посмотрим.

Малколм наклонил бутылку, и шипящая пузырьками тонкая струйка, коснувшись ладони, скатилась… по запястью, предплечью, до самого локтя.

— Мы угадали, — констатировал Грант.

— Естественно, — кивнул в ответ зоолог и тут же предложил: — А теперь я сделаю то же самое, в той же точке еще раз. Попробуйте угадать снова. Итак?

— Скорее всего, опять по запястью, — предположила Элли. — Ну, может быть, не точно как в первый раз, но примерно в том же направлении.

— Попробуем.

Капли вновь упали на руку, задрожали, собираясь в кристальную лужицу, и скользнули в углубление между большим пальцем и ладонью.

— Изменилось, — доверительно сообщил зоолог. — Почему? По какой причине? Масса факторов, которые вы просто не в состоянии учесть. Крошечные вариации, а в результате абсолютно иной путь. Волоски на руке, бархатистость кожи, температура.

— Бархатистость? — улыбнулась Элли.

— Именно. Таким образом, мы открыли, что повторение одного и того же эффекта никогда не происходит. Он может быть похожим, но абсолютно идентичным — нет. Это и есть непредсказуемость. Так называемый хаос. Именно на этой непредсказуемости и рождается естественная природа. Никто не может знать, что случится мгновением позже. Хаос.

Он улыбнулся и с довольным видом откинулся на спинку кресла.

— Не могу сказать, что ваши доводы меня убедили, — покачал головой Грант. — Этот эксперимент — не более, чем… — он пощелкал пальцами, подыскивая нужное слово, — зрелищная эффектная случайность, ничего не опровергающая и ничего не доказывающая. Руководствуясь определенным знанием, всегда можно предположить, что случится через определенный промежуток времени. Это — закон, написанный природой. Все подчиняется этому закону. Любое событие подчинено логике. Оно — лишь звено в целой цепочке.

Грант вдруг умолк и застыл, глядя на маячащую за стеклом могучую поросль странных шарообразных растений.

— Что случилось? — спросила, недоумевая, Элли. — Там что-то есть?

— Мне показалось…

Не докончив фразы, он распахнул дверцу и выскочил из машины. Двигались «блейзеры» достаточно медленно и, благодаря этому, Гранту удалось удержаться на ногах. Через секунду его фигура уже исчезла в зарослях. Был слышен лишь треск кустарника, гнущегося под натиском человеческого тела.

Малколм, Элли и Лекс мгновение удивленно глядели ему вслед, а затем зоолог звонко хлопнул в ладоши и расхохотался.

— Видите? Мои слова подтверждаются фактами! Никто не может предсказать поведение Алана Гранта! Он выскочил из движущегося автомобиля!

— Алан!

Элли распахнула дверцу со своей стороны и кинулась следом за Грантом в темно-серую колышущуюся стену.

— Ну, вот вам еще один пример, — сообщил Малколм видеокамере. — Теперь мы остались в тесной маленькой компании. Сидим тут, беседуем…

— Остановите программу! — завопил Хаммонд. — Остановите программу!!!