Парк Юрского периода: миллионы лет спустя - Джон Беркли

Он испытывал двоякое чувство по отношению к этому человеку. С одной стороны, Малколм ему нравился своей прямотой и открытостью, с другой — вызывал постоянное раздражение удивительной способностью совершенно игнорировать очевидные вещи. Столь странная комбинация могла вывести из терпения кого угодно, а Грант, в общем-то, и не был особенно уравновешенным человеком.

Он едва успел сделать несколько шагов по направлению к машинам, как дорогу ему загородил Тим.

— Я читал вашу книгу, доктор Грант, — объявил мальчишка таким тоном, что Гранту тут же захотелось пожать ему руку и благоговейно прошелестеть: «Спасибо, что потратили свое драгоценное время, сэр». «Сэр» подразумевалось непременно. Однако он переборол в себе это и спокойно применил излюбленный прием, которым частенько пользовался, дабы избавиться от чересчур назойливых собеседников.

Глядя в сторону, Алан совершенно механически кивнул и буднично, безо всякого интереса, заметил:

— Это замечательно.

Тим либо намека не понял, либо удачно сымитировал это:

— Вы, действительно, считаете, что динозавры — предки птиц?

«Господи, — подумал Грант. — Этот скаут-палеонтолог сейчас сметет меня потоком аргументов. Или вопросов. Или и того, и другого. Они будут сокрушающе умны. Они просто не могут не быть сокрушающе умны, ибо вырваны из тех же книг. Этот парнишка быстро начнет горячиться, и тогда остановить его будет вообще невозможно. А может быть, аргументы, — опять же, вырванные с кровью и мясом из контекста, — окажутся так же сокрушающе глупы. Алан мог поспорить на все сокровища мира, что именно так все и случится. Ему стало невообразимо скучно, ибо книги, из которых Тим мог надергать свои доводы, Грант прочел давным-давно, и ничего нового мальчишка ему сказать просто не мог. Только старое, читанное-перечитанное, думанное-передуманное, тщательно просеянное через его, Гранта, мозги, разложенное по полочкам в один ряд со всем остальным умным и ценным, что есть в этих книгах, через которые Тим, наверняка, еле-еле продрался. Вот в чем все дело-то. Скука»

— Так как? — вновь настырно спросил мальчишка. — Вы действительно так считаете?

— Знаешь… Ну, в общем, есть такая теория. Действительно, — вздохнул Грант.

— На мой взгляд, они на птиц совсем не похожи, — безапелляционно заявил Тим.

Алан вдруг сообразил, что происходит нечто гораздо более неприятное, чем то, о чем он только что думал. А именно: мальчишка, похоже, начал все-таки излагать свои взгляды.

— Я слышал, вы недавно занимались раскопками где-то в Мексике? — продолжал тем временем Тим.

Вместо ответа Грант сам задал вопрос:

— Скажи-ка, Тим, в какой машине ты собираешься ехать?

— Это уж вам решать, — быстро откликнулся тот и продолжил экзекуцию: — Скажите, доктор Грант, а вы читали работы Амми Бейкера?

«Сейчас он убедительно докажет мне, что я — полное дерьмо и что все, чем я занимался до сих пор, ничуть не лучше, — с тоской подумал Грант. — За что? Почему бы этому юному людоеду-палеонтологу не перекусить собственным дедушкой? Чем он заслужил покой?»

Алан обернулся и зашагал к первой машине под пулеметную трескотню Тима.

— Он тоже изучает останки динозавров.

— Да что ты говоришь? — вяло «удивился» Грант, даже не стараясь, чтобы вопрос прозвучал убедительно.

— Да. Так вот, он вовсе не считает, что динозавры — предки птиц. У него своя теория…

— Интересно…

— Да, кстати, мой учитель рассказывал мне еще об одной книге…

Грант предупредительно открыл дверцу «блейзера», пропустил Тима вперед и, убедившись, что тот забрался на сиденье, с грохотом захлопнул ее, упиваясь этой нелепой, жалкой, мелкой, но все-таки местью. Чувствуя, как улыбка растягивает его губы, он с невыразимым облегчением обернулся и… тихонько застонал.

Лекс, стоя перед ним, смотрела ему в глаза, серьезно и озабоченно. Она не могла не заметить, как вытянулось его лицо.

— Доктор Сетлер сказала мне, что я должна ехать с вами, — пояснила девочка, — потому что вы боитесь.

Уже не сдерживая страдальческую гримасу, наползающую на лицо, как волна на песок, Грант взглянул в сторону второй машины.

Элли, лукаво улыбаясь, наблюдала за ними. Она прямо-таки лучилась от удовольствия. Грант вздохнул и обреченно кивнул головой.

Джон Хаммонд вошел в главный операционный зал, толкнув дверь пухлой рукой изо всех сил, вымещая таким образом скопившееся в груди раздражение. Однако легче ему не стало и, прогрохотав по стальным ступеням, он спустился непосредственно к пульту контроля, за которым разместились Сол Броуфстайн, равнодушно созерцающий «блейзеры» на голубоватом мониторе, Арнольд Кеймен, плотный, крепко сбитый негр, в идеально отутюженном хрустящем халате, набирающий команды на клавиатуре компьютера, и Деннис Хоупер, устроившийся чуть сбоку, жующий гамбургер, лениво-кошачьими жестами проверяющий файлы системы защиты парка.

— Что у вас? — спросил Хаммонд, стараясь, чтобы голос звучал выдержанно и ровно. — Какие-нибудь новости?

— Да, и не очень приятные, — Кеймен оторвался от работы и повернулся к боссу.

— Естественно, — вздохнул тот.

— Национальная служба погоды сообщила о тропической буре в девяноста километрах к западу от нас.

— Это серьезно?

— Они утверждают, что очень. Говорят, будет сильный шторм.

— Шторм меня не волнует. Я боюсь, как бы эта буря не помешала экскурсии.

— Очень возможно, — согласился Кеймен. — Очень возможно.

— Ладно. Будем надеяться, что она пройдет стороной, как в прошлый раз, — Хаммонд подошел к пульту, посмотрел на монитор, вздохнул и осведомился: — Они готовы?

— Да, все уже заняли места в машинах.

— Ну ладно, тогда начнем.

Сол спокойно откинулся на спинку кресла и скрестил могучие руки на груди.

Хаммонд повернулся к нему:

— С рептилиями все в порядке?

— Угу, — Броуфстайн кивнул. — Один из стегозавров опять заболел.

— То же самое?

— Да, обычное дело.

— Будем надеяться, что нам это не помешает.

На лице бородача появилось слабое подобие оживления.

— Ладно. Хорошо. Арни!

Арнольд вновь занял свое место у пульта. Пальцы его отплясывали на клавишах компьютера быстрый танец.

— Готово.

— Начинайте.

Деннис дожевал гамбургер, отпил пива из высокой банки, сыто рыгнул и покосился на них заплывшими свиными глазками. Улыбка тронула его пухлые губы. Смахнув с подбородка капельку соуса, он весело сообщил;

— Хоть сейчас.

— Всем приготовиться! Экскурсия началась!

Арнольд щелкнул тумблером, наклонил к себе микрофон, торчащий на гибкой суставчатой «ноге», и радушно объявил: