Поклянись мне - Сара К. Л. Уилсон

по-видимому, мне придется сделать визит быстрым, потому что она скоро приступает к работе.

Когда я прихожу, Энцо сидит на полу в своей квартире и смотрит в окно на город. Он настолько погружен в свои мысли, что даже не замечает моего приближения, когда я сажусь на пол рядом с ним. Я никогда раньше не видел его таким, это чертовски беспокоит.

— Как дела, чувак? — спрашивает он и поворачивается ко мне с потерянным выражением в глазах.

Черт, это плохо.

Энцо — шутник, тот, кому никогда не о чем беспокоиться в этом мире, потому что обычно ему просто на хрен все равно. Разум Энцо работает по-другому, у него ни разу не возникало эмоциональной привязанности. Конечно, я, Марко и наш отец ему нравимся достаточно сильно, он принял бы пулю за нас. Но он не из тех, у кого есть любовь, друзья, чувства.

— Что происходит? Что случилось?

— Ничего не происходит, просто в последнее время я чувствую себя по-другому.

— Ну, папа послал меня убедиться, что ты не причинишь вреда той цыпочке, за которой продолжаешь следить, это из-за нее ты чувствуешь себя по-другому? — Говорю я мягко, не желая раздражать его. Я чувствую, что должен прийти с предупреждением "подходи с осторожностью".

— Причинил ей боль? Ты что, с ума сошел! — рычит он, заставляя меня попятиться назад. — Я бы, блядь, никогда не причинил ей вреда, она гребаный ангел, посланный свыше, я наблюдал за ней, чтобы убедиться, что она в безопасности! Она гуляет одна! Ночью! Мне нужно защитить ее, и я делаю это из тени, потому что я не хочу омрачать ее свет гребаным темным облаком, которое живет внутри меня, я бы вырвал свое чертово сердце, продал свою душу и разорвал себя на гребаные куски, прежде чем я когда-либо позволю, чтобы Робин причинили боль. Господи! — объясняет он, прежде чем встать и выбежать из квартиры.

Я не уверен, что, черт возьми, только что произошло, или какие чары эта девчонка Робин наложила на моего брата, но, по крайней мере, мне не нужно беспокоиться о том, что он причинит ей боль. О чем я беспокоюсь, так это о том, что она причинит ему боль.

Мы только что закончили встречу с Андреевым, на которой мы обсудили наш новый альянс и то, как наши сделки будут осуществляться в будущем. Встреча заняла больше времени, чем ожидалось, мне пришлось написать Иззи сообщение на полпути, чтобы сообщить ей, что я вернусь позже, чем ожидалось, и что я снова встречусь с ней в вестибюле.

Андреев встретил нас на одном из наших складов в знак доброй воли, что было чертовски дерзко с его стороны, но и к счастью для меня, потому что я держу здесь запас костюмов и смокингов на случай, подобный сегодняшнему.

Я быстро принимаю душ и переодеваюсь, прежде чем сесть в свой Bugatti, чтобы забрать Иззи. Теперь, когда Новиков больше не представляет угрозы, и за нами охотятся только колумбийцы, мы решили, что с водителями покончено.

Муньос, может, и хитрый кусок дерьма, но он не настолько глуп, чтобы пытаться что-то предпринять прямо сейчас, когда на нашей стороне люди из Чикаго и русские.

Я еду по городу, с ужасом ожидая сегодняшнего мероприятия. Там будут все, кто есть "все", Муньос, без сомнения, тоже. У нас есть соглашение, что даже когда в преступном мире творится что-то ужасное, мы не приносим это в такие места, как сегодняшнее гала-мероприятие. Мало того, что нас бы, блядь, арестовали, если бы что-то произошло во время подобного мероприятия, но у нас много дел с официальными лицами города, и они должны держать это в секрете от всех, кто не имел дела с преступной организацией, которая никогда не выглядела бы привлекательно в карманах. Хотя для большей части публики они были вполне цивилизованными бизнесменами.

Итак, это означает, что я не смогу придушить его на месте сегодня вечером, а также мне придется приглядывать за своей сумасшедшей женушкой и следить за тем, чтобы ей тоже не пришло в голову зарезать этого ублюдка.

Я подъезжаю к нашему зданию, отдаю ключи парковщику и захожу в здание, чтобы встретиться с Иззи. Как только я подхожу к лифту, двери открываются, и выходит моя жена.

Несмотря на то, что я уже видел ее в платье, которое она купила для сегодняшнего вечера, у меня все равно захватывает дух,

Черт, она — гребаное видение. На ней легкий макияж — она никогда не перебарщивает — и ее длинные светлые волосы уложены волнами, как на свадьбе. Она похожа на ангела, но, я знаю, что это не так, она мой маленький демон, умоляющий меня спуститься с ней в ад.

Она чертовски великолепна, и я снова пробегаю глазами вверх и вниз по ее телу, отмечая изгибы, которые мне не терпится обнажить, и… Подождите, блядь, секунду.

— Пожалуйста, ради всего святого, скажи мне, что на тебе трусики под этим платьем, — рычу я, притягивая ее к себе и прикасаясь губами к ее губам.

Глава 22

Izzy

Лука притягивает меня к себе в поцелуе, от которого в моем мозгу происходит короткое замыкание, а внутри все наэлектризовывается. Все предыдущие мысли о нем в смокинге исчезли, осталось только ощущение его тела рядом с моим, его вкус, то, как его язык дразнит мой, и как от его опьяняющего запаха у меня кружится голова от вожделения.

Я отстраняюсь, мне нужно отдышаться и прочистить голову, прежде чем я закончу, тем, что сделаю что-нибудь вроде падения на колени прямо здесь или мольбы трахнуть меня у двери лифта на виду у всего вестибюля.

— Ну? — спрашивает он, приподняв бровь. Он задал вопрос?

— Ну что? — Спрашиваю я, пытаясь вспомнить, что он сказал перед тем поцелуем.

— Скажи мне, детка, на тебе трусики под этим платьем.

А, это.

— Я не смогла бы ничего надеть под платье, у платья слишком низкий вырез на спине, чтобы я могла надеть лифчик, а если бы я надела трусики, ты смог бы увидеть контур, так что нет, муж, под этим платьем на мне ничего нет, — говорю я с ухмылкой.

Лука бросает на меня сердитый взгляд, прежде чем поднять глаза к потолку и пробормотать что-то о вождении вместо того, чтобы держать водителя при себе.

Через пару секунд он снова переводит взгляд на меня, и жар в его глазах такой сильный, что мне приходится схватиться