Там, где говорит тишина - Виноба Бхаве

подлинное мерило. «С угасанием деятельности сила действия возрастает» — я твердо убежден в истинности этих слов. Этот принцип подвергался проверке как в древности, так и сегодня, что еще больше убедило меня в его истинности. Потому я попросил своих друзей не ожидать от меня в дальнейшем действий на грубом уровне. Это будет благом и для них. Моя читта благорасположена ко всем, и я называю это абхидхьяной. Внешние действия, конечно, будут происходить; некоторые действия могут проистекать из естественного хода вещей.

В конце концов, у людей есть ограничения, и нельзя сделать ничего, что выходило бы за их пределы. Я убежден, что однажды нам нужно самим покинуть область действия, иначе наша склонность к вовлечению и действию не угаснет. Нивритти — это состояние духовного отстранения, в котором человек отходит как от правритти (деятельности), так и от аправритти (не-деятельности). Нивритти — не отсутствие действия. Склонность к правритти и аправритти — положительная и отрицательная форма одного явления. Нивритти довольно сильно отличается от них. Отбрасывая ум, тело и общество, читта должна пропитаться блаженным сознанием. Это нелегко. Я стремлюсь и надеюсь, что постепенно деятельность ослабнет, а результат действия усилится. Когда человек достигает такого совершенства чистого сознания, карма-йога не угасает, но становится мощнее и эффективнее. Чем меньше занятий, тем сильнее действие.

В сукшма-карма-йоге отсутствует идея об уходе от общества; напротив, это причастность обществу в истинном смысле понятия абхимукхи[57] (где ум открыт и целиком расположен к обществу). Я нашел в Упанишадах слово с таким смыслом — абхидхьяна, которое означает медитацию на всем творении как на космическом проявлении Самого Бога. Я убежден, что если чего-то не достичь грубой карма-йогой, этого можно достичь сукшма-карма-йогой. Такая йога — медитация, в которой мы принимаем мир и мысленно (не словесно) благословляем его. Совершайте медитацию и джапу ради мира, и в этом случае она принесет благо и вам самим, если у вас есть вера. Так я вижу этот аспект. Я прошу людей писать мне письма, но не отвечаю на них. Я размышляю над письмами и поддерживаю своей благонамеренностью все благоприятное и хорошее, что есть в письмах. Это требует времени.

Такова моя кшетра-санньяса (нахождение в одном месте). Это древнее представление. Люди обращались к такой практике в былые времена ради саморазвития и медитации. Но я мыслю иначе. Хоть я нахожусь в одном месте, я вступаю в более тонкий мир, при этом сохраняя совершенную открытость к обществу.

Людьми движет страсть и желание, и потому они не могут отказаться от действия. Они беспомощно вовлекаются в грубую карма-йогу. Но в жизни нужно достичь состояния, когда грубая карма-йога станет ненужной и будет действовать сила тонкой воли.

Я верю, что созерцание и медитация могут прекрасно служить людям. В сущности, созерцанием и медитацией можно лучше послужить им, чем материальными, физическими действиями.

Вообще, возникает впечатление, будто в речи больше силы, чем в созерцании, а в действии — еще больше, чем в речи. Но когда читта обращается в ничто (перестает существовать), в речи появляется больше силы, чем в действии, а в созерцании — еще больше, чем в речи. В этом состоянии общение не требует физического тела, и в этом состоит истинный смысл вступления в сукшму.

При ограниченной сфере действия тело может совершать конкретную грубую работу. С расширением этой области [действия] работа будет становиться все тоньше и абстрактнее. Для уборки небольшого участка хватит метлы, но очищение Вселенной — такая работа, которую нужно совершать на уровне ума. Физическим трудом нужно заниматься там, где живешь, но работу ради Вселенной нужно проводить в уме. Если в нашем уме нет недугов или загрязнений, значит, мы работали над очищением Вселенной.

Лучший способ достичь мира во всем мире — мысленно отождествиться с ним. Любую работу проще выполнять, когда в ней меньше деятельности и больше созерцательной медитации. В малых масштабах действие сильнее, чем речь, но в больших масштабах сильнее речь, а еще сильнее — полное безмолвие.

Нужно обратить эго в ничто, при этом сокращая деятельность; иначе сукшма-карма-йога окажется бессмысленной. Сердце, или святая святых, — крошечное место. Только вы или Бог можете там жить; они не могут находиться там вместе. Сукшма-карма-йога означает, что эго покидает сердце, чтобы в него вошел Господь. Прежде вы полагались в работе лишь на свою силу, теперь вы будете работать силой Бога.

Господь, пребывающий внутри, вдохновил меня на принятие кшетра-санньясы. Я, Виноба, нахожусь здесь, в Брахмавидье Мандире; чем я занимаюсь? Я выполняю абхидхьяну, сохраняя полную открытость обществу. Наши работники трудятся в разных местах, и в места, куда мне удается добраться посредством ментальных размышлений, я отправляю послания. Я читаю все, что удается найти об их работе, и над прочитанным размышляю; это абхидхьяна. Это сукшма-карма-йога. Действие абхидхьяны зависит от двух крайних точек. Одна точка — это я (Виноба), у которого должно всецело и совершенно отсутствовать эго. Работники, со своей стороны, должны иметь «приемник», чтобы ловить волны мыслей. Они должны обладать восприимчивостью и открытостью, лишь тогда абхидхьяна принесет плоды. На самом деле действуем не мы, нас побуждает ко всей этой работе Бог в форме Духа Времени.

Медитация приносит покой индивидуальному уму, а если ее выполнять коллективно, она принесет покой обществу. Нужно совершенно отбросить эго, стать совершенным нулем, если мы хотим обрести покой и гармонию в гуще проблем и потрясений мира. Даже один человек, читта которого всецело абхимукха в отношении мира и совсем не имеет эго, может повлиять на ход событий, и потрясения могут отступить; но для этого обязательно нужны две вещи. Такой человек должен быть абхимукха для мира и не должен иметь ни крупицы эго. Такой человек должен стать никем.

Крайне трудно до конца отбросить эго, ибо тогда тело тут же упадет замертво. Таково тонкое эго, но здесь я говорю не о нем. Я говорю о том эго, которое порождает привязанность, и о разделяющих идеях «моего» и «твоего». Ганди-джи говорил, что даже один сатьяграхи, совершенно свободный от эго, способен повлиять на мир.

7.2. Результат и процесс

Абхидхьяна — медитация, которую совершают наедине с Богом.

Когда тело будет разделено в третий раз, человек достигнет вишвайшварьи[58].

प्राणो ब्रह्मेति, मनो ब्रह्मेति, विज्ञानं ब्रह्मेति।

В этом стихе из «Шветашватара-упанишады» описывается мукта (полностью освобожденный). В определении из этого стиха ничего не упущено, оно совершенно и всеохватно. Такого человека называли словом кевала, что буквально