Я, они и тьма - Анна Зимина

книгой — читать получалось не очень хорошо, но в целом сносно. А вот писать… Рука помнила, что и как надо делать — видимо, моторные реакции остались. Но стоило только задуматься над тем, как пишется то или иное слово, происходил затуп. Вместо красивой вязи букв получались непонятные кракозябры, а значение слов и вовсе начинало ускользать. Меня это расстраивало. Еще больше меня расстраивала неопределенность — отвлечься выходило скверно, а выходить на улицу я опасалась. Памяти Йолы у меня в полной мере нет, и мало ли с чем или с кем я там, за пределами дома Ват Йета, встречусь.

Наконец стукнула входная дверь, и я подскочила, выбегая в прихожую. Облегченно вздохнула, увидев Дерека.

— Взорвали гостевое крыло дворца, — спокойно сказал он, вешая курточку на плечики. Он вообще был весьма аккуратным. Развернулся, посмотрел на меня своими красивыми, ничего не выражающими глазами. — Я был в императорском Шпиле. Сейчас будет много работы. Я зашел за тобой, собирайся… И тут очень приятно пахнет. Выпечка? Приходила кухарка? Что-то рано она.

— Никто не приходил. Я сама испекла, — опешила я. Смена темы была настолько неожиданной, что я молча прошла на кухню, выложила на тарелку горку оладий. Плеснула в чашку воды, машинально кинула в нее бумажный ароматный пакетик из деревянной коробочки. Поставила на стол.

— Поешь. Тебе, наверное, было не до завтрака.

Ват Йет удивленно посмотрел на меня, перевел взгляд на «завтрак», подошел и осторожно посмотрел на мои оладьи. Внимательно оглядел их, понюхал, поковырял пальцем…

— Не отравлено, — не выдержала я, почувствовав себя оскорбленной. На что Ват Йет хмыкнул и шелкнул пальцами по чашке с чаем.

— Я не знаю, чего ждать от человека, который заваривает для меня в стакане яд от круповых жучков. На меня, конечно, иногда покушаются, но вот так нагло — впервые. Хотя пахнет действительно вкусно.

Я ощутила, как мои щеки вспыхнули краской. Нет, ну кто, какой дурак ставит на полку с крупами яд?! Это ж надо! Налить отравы в чашку и подать с завтраком!

Вот теперь я в полной мере начала ощущать, каково это — в новом мире без памяти. Да я же сахар перепутаю с какой-нибудь местной отравой. Запросто! Но мне сейчас надо срочно как-нибудь реабилитироваться, и я, опустив глаза в пол, промямлила:

— Я слышала взрыв… Нервничала, переживала. Вдруг и ты бы погиб?

Дерек Ват Йет хмыкнул еще раз и отодвинул тарелку. В его пустых глазах сверкнули на миг смешинки. Я даже моргнула, подумав, что мне почудилось. Но он уже выплеснул свой «чаёк» в раковину и отправился наверх.

— Поедим во дворце. Мобиль уже ждет, я спущусь через минуту, и ты поторопись. И возьми с собой писчие принадлежности.

Писчие принадлежности! Главное, не взять вместо них вантуз и ершик для унитаза — мало ли как они тут выглядят. Я зло ругнулась про себя и отправилась собираться.

***

Дерек Ват Йет привел меня в кабинет, который в спешном порядке подготовили для нужд управления. Кабинет был весь забит коробками, бумагами, людьми, которые суетились, что-то писали, кричали и ругались. Сав видел за столом прямо перед входом, что-то записывая на гербовой желтой бумаге и не обращая внимания на кавардак и бедлам.

— Сав! Привет! — радостно сказала я, приближаясь к мужчине. Он обернулся и тепло улыбнулся в ответ. Уставший, с отросшей щетиной, помятый — видимо, взрыв поднял и его. Сав махнул рукой, в которой был зажат карандаш, и поднялся, направляясь к смежной двери. Тут было что-то вроде семейных покоев в несколько комнат, которые были соединены между собой. Здесь, видимо, была спальня, только на кровати вместо кокетливых подушечек валялись кучи бумаг.

— Мы тут с ума сходим… Все перекрыто, охрана на каждом углу, нас с утра уже всех по пять раз проверили. Даже менталисты в голову влезли, — пожаловался он мне и обратился к Дереку. — Дигон?

Ват Йет кивнул.

— Они же провоцируют войну. Я не понимаю…

Сав стоял посередине комнаты, сжав в руках лист бумаги и даже не замечая, что мнет его.

— Если дашь зарок молчать, я расскажу тебе. Темная, тебя это тоже касается, — сказал Ват Йет.

Зарок… Как он дается-то? Надо колоть пальцы, грызть ногти, клясться в верности? Пока я мысленно паниковала, Сав коротко поклонился и произнес с десяток трескучих слов, и вместе с ними из-под его кожи вырвался жар магии, который ощутила даже я. Я же так не умею! Что делать? Повторить? Да я не запомнила ничерта!

На меня уже недоуменно смотрели Сав и Дерек.

— Клянусь никому и ничего не говорить. Честно слово, вот вам крест, — брякнула я.

На это Дерек Ват Йет хмыкнул, и Сав посмотрел на меня, как на заморскую диковинку.

— Я рабыня, нас такому не учили, — попробовала отмазаться я. Последняя попытка. После нее останется только признаться, что я — иномирянка. Или амнезичка. Второе лучше, первое — страшно.

Но неожиданно все получилось. С лица Сава ушло напряжение, а Дерек Ват Йет хмыкнул снова.

— Принимается.

С этими словами он встал, раскинул руки в разные стороны — по комнате потек горячий воздух его магии. Он сконцентрировался у стен, дверей, окон.

Сав уважительно присвистнул, а я скорей по наитию догадалась, что теперь нас не подслушают. Дерек обернулся к нам, устроился в кресле и сказал:

— В Дигоне нашли источник богов. Очень сильный. Чем больше дигонцы оттуда будут черпать сил, тем сильнее станут, и весь мир может быть порабощен ими. Они уже начали это делать — как видно.

Сав поперхнулся, и я потянулась, чтобы постучать его по спине. Внимательный взгляд Дерека заставил спрятать руку за спину. Блин, тут, наверное, не принято касаться мужчин? Опять я палюсь…

— Значит, и взрывы… — начал Сав, откашлявшись.

— Уж поверь, ни одному человеку со стороны невозможно провернуть это, ни одному! Империя защищена мной, и каждый взрыв — сильнейшее оскорбление. Каждый человек во дворце, в домах у дворца проверен, да не по разу. И большая часть проверена мной. Пробраться в крыло послов, взорвать его… Это совершенно невозможно! Только боги и их сила! Только так!

Я смотрела на Дерека и не узнавала его. Его лицо раскраснелось, он сжимал кулаки, на лбу обозначились морщины. Только вот глаза… Такие глаза не могут быть у человека, который волнуется и переживает. Или мне только кажется? Или пора бы привыкнуть и принять это как особенность его организма?

— Да… И мы не нашли никаких следов. Ни магически, ни стандартными методами… Неужели… — убитым голосом сказал Сав.

— Да.