Земля под ногами. Из истории заселения и освоения Эрец Исраэль. С начала девятнадцатого века до конца Первой мировой войны - Феликс Кандель

В 1914 году Фаня Хисина поехала в Россию навестить родственников; началась война‚ и она возвратилась обратно через пять лет‚ больная и надломленная‚ испытав ужасы Гражданской войны. Она умерла в 1920 году‚ а Хаим Хисин пережил жену на двенадцать лет.

***

Залман Давид Левонтин – уроженец Орши‚ из обеспеченной хасидской семьи – приобрел участок в Ришон ле–Ционе‚ начал его обрабатывать‚ но вскоре отметил‚ основываясь на собственном неудачном опыте: "Каждый из прибывающих в Яффу воображал себе‚ что он за ночь купит землю‚ вспашет и посеет‚ а назавтра‚ собрав урожай и вкусив от него плодов‚ усядется благоденствовать под виноградной лозой и смоковницей‚ проклиная страну исхода за то‚ что она не прогнала его лет десять назад". Левонтин продал свой участок Э.Ротшильду‚ вернулся в Россию и руководил филиалами банков в черте оседлости. В 1901 году – по предложению Т.Герцля – стал одним из директоров Еврейского колониального банка в Лондоне. В 1903 году по поручению всемирной Сионистской организации основал на этой земле Англо–Палестинский банк /ныне Банк Леуми/. Был среди первых жителей Тель–Авива‚ умер в 1940 году‚ похоронен в Ришон ле–Ционе‚ который он основал.

Йосеф Файнберг изучал химию в университетах Швейцарии и Германии‚ работал на сахарных заводах на Украине‚ после погромов в России приехал в Яффу весной 1882 года. Построил дом в Ришон ле–Ционе‚ купил для жены пианино‚ разводил кур‚ держал в хозяйстве коров‚ продавая молоко‚ – поселенцы называли его "Йоселе–молочник". В 1887 году стал во главе тех‚ кто протестовал против действий администрации Э.Ротшильда. Разгневанный барон спешно приехал в Ришон ле–Цион‚ предложил Файнбергу немедленно покинуть поселение‚ но тот ответил: "Все ваши миллионы‚ барон‚ не смогут вынудить меня уйти отсюда". – "В таком случае вы для меня умерли!" – сказал барон и уехал.

И тогда Файнберг написал Ротшильду письмо: "Позвольте рассказать вам сон‚ как я стучусь в небесные врата: мол‚ умер‚ отворите! Но ангел–привратник говорит мне: "Нет‚ ты не умер‚ ты живой". Как же живой‚ говорю‚ когда барон решил‚ что я уже мертвец? "Пойди‚ скажи барону‚ – отвечает ангел‚ – что не он‚ а Другой вершит смерть".

Бунт в Ришон ле–Ционе закончился тем‚ что управляющего перевели в другое место‚ а Йосеф Файнберг продал свой участок и покинул поселение. Он долго скитался с места на место‚ занимаясь без успеха всевозможными делами: открыл маслодавильню в Лоде‚ аптеку в Яффе‚ купил лошадь с повозкой для перевозки пассажиров; наконец‚ тяжело заболел и в 1902 году умер в Иерихоне‚ куда приехал в надежде на излечение. Члены погребального братства положили тело на осла‚ привезли в Иерусалим и похоронили на Масличной горе – ровно через двадцать лет после того‚ как он ступил на эту землю. Осталось от Файнберга неотправленное письмо другу‚ в котором были такие горькие слова: "Честность и справедливость – заржавленное оружие на этом свете... Трудно бороться во имя идеалов правды".

***

В первый год существования Ришон ле–Циона‚ когда поселенцы нуждались в немедленной помощи‚ им прислали из России... триста восемьдесят один рубль‚ а из других стран – шестьсот двадцать рублей. Воспоминания первых поселенцев‚ их письма‚ статьи в газетах переполнены жалобами на богатых евреев мира‚ которые "холодно относились к "затеям" русских евреев..‚ не понимали причин‚ вызывавших эти "затеи"‚ и то серьезное влияние‚ которое они в состоянии оказать на будущность всего еврейства".

Богатые российские евреи – банкиры Гинцбурги‚ "сахарные короли" Бродские‚ "железнодорожные короли" Поляковы – щедро жертвовали на общероссийские нужды‚ на создание училищ‚ гимназий и институтов‚ на строительство больниц‚ театров‚ приютов для бедных и на стипендии студентам; они жертвовали огромные суммы и на нужды российских евреев‚ но не давали ни единой копейки на заселение и освоение Эрец Исраэль‚ чтобы их не обвинили в недостаточном патриотизме. Самуил Поляков даже встретился с министром внутренних дел России и заявил ему‚ что поощрение эмиграции "является как бы подстрекательством к бунту‚ ибо для русских граждан эмиграции не существует".

В отличие от прочих Калонимос Вольф Высоцкий‚ основатель знаменитой фирмы по торговле чаем‚ много жертвовал на еврейские поселения в Эрец Исраэль и по завещанию оставил миллион рублей на будущие еврейские нужды‚ назначив доверенных лиц для использования этих денег. Впоследствии выяснилось‚ что он поступил предусмотрительно‚ так как внуки Высоцкого почти все его состояние пожертвовали на российскую партию эсеров.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

Поселенцы из Румынии. Основание Рош–Пины и Зихрон–Яакова. Иесуд га–Маала. Нес–Циона. Удивительная жизнь Михаила Гальперина.

1

Жил в Цфате Элиэзер Роках‚ внук печатника Исраэля Бака‚ который призывал евреев отказаться от "дармового хлеба милостыни" и обратиться к земледелию. Это вызывало сопротивление руководителей еврейской общины Цфата‚ опасавшихся потерять средства к существованию; Рокаха подвергли "херему" – отлучению от общины‚ ему угрожали‚ но он не отказался от своих намерений. В 1880 году Роках решил поехать по российским городам для сбора средств на развитие поселения Гей–Они‚ но в Россию сообщили из Цфата‚ что он – "нигилист"‚ и Роках переменил маршрут‚ опасаясь ареста. Он приехал в Румынию‚ но вслед за ним пришло сообщение‚ будто этот человек намеревается "уничтожить веру Израиля"‚ а потому местные евреи отказали ему в поддержке.

В Румынии Элиэзер Роках издавал газеты на иврите и на идиш‚ основал общество по заселению Эрец Исраэль‚ у которого были десятки отделений в городах и местечках. С этого момента и началось переселение румынских евреев в Эрец Исраэль‚ составив за короткий срок почти полторы тысячи человек. Тому способствовали жестокие погромы в стране‚ нескрываемый антисемитизм властей и верхушки общества‚ многочисленные ограничения для еврейских торговцев и ремесленников‚ процентная норма в учебных заведениях‚ запрещение работать на государственной службе‚ быть адвокатами в суде‚ офицерами в армии; румынские евреи не считались гражданами страны и на них не распространялись права остального населения. К концу девятнадцатого века в Румынии образовался Антисемитский союз‚ в который входили члены правительства: цель союза – "употребить все средства‚ чтобы сделать положение евреев в Румынии невозможным и облегчить им эмиграцию из страны".

В 1882 году приехали на эту землю Моше Давид Шуб и Давид Букшештер – по поручению еврейских семей из румынского города Мойнешти. Они подыскивали подходящий участок земли и даже предприняли особые меры‚ чтобы владельцы не запросили с них слишком много. "Мы переоделись в местные одежды‚ – вспоминал Давид Шуб‚ – и отправились в путь на ослах‚ без лишнего шума. Не как‚ к примеру‚ посланцы из Галиции: те явились в Тверию верхом на лошадях‚ и тотчас прошел слух про важных евреев с несметным капиталом‚ которые приехали скупать земли". Каждый из продавцов расхваливал свой участок‚ но посланцы из румынского города не торопились: им было известно‚ что в Петах–Тикве поселенцы страдали от лихорадки‚ а потому выискивали места с хорошим климатом.

В июле 1882 года они приобрели земли бывшего поселения Гей–Они неподалеку от Цфата‚ и Шуб написал в восторге своим землякам: в тех местах "гул живой воды‚ три источника‚ сады и плантации‚ северные ветры‚ прохладные и полезные для здоровья". В Мойнешти эти сообщения передавали из уст в уста‚ и наконец‚ со Святой Земли пришло такое сообщение: "Мы увидели там землю красного цвета‚ цвета крови. Мы заплакали и сказали: это кровь наших братьев‚ пролитая здесь‚ она всё еще видна". Письмо зачитывали вслух на собраниях‚ а евреи Мойнешти плакали и восклицали: "Поедем и унаследуем эту землю!"

Известие о покупке земли в Эрец Исраэль вызвало необычайное волнение среди румынских евреев‚ и община города Мойнешти прославилась на всю страну. Многие пожелали присоединиться к первым поселенцам‚ а потому центральный переселенческий комитет образовал группу в сорок девять семей из разных городов Румынии. Первыми отправились в путь переселенцы из Мойнешти; они взяли с собой домашнюю утварь‚ сельскохозяйственные орудия‚ доски‚ двери и окна для строительства домов. Их провожал весь город. Еврейские лавки и мастерские были закрыты. В пути к ним присоединялись переселенцы из других городов‚ которым тоже устраивали торжественные проводы.

Восемнадцатого августа 1882 года из города Галаца отплыл по Дунаю корабль‚ на котором разместились двести двадцать восемь человек; тысячи людей на пристани провожали их восторженными криками‚ – даже центральные румынские газеты отметили это чрезвычайное событие. Переселенцы проехали через Стамбул и в пути разделились: часть из них решила остаться в Хайфе‚ чтобы подыскать иной участок земли‚ а остальные сошли в Бейруте и после четырехдневного утомительного пути на мулах и ослах приехали в Цфат‚ жители которого вышли им навстречу с едой и напитками.