Чужой дневник - Марина Канаева

Мама откинулась на подушку, закашлялась, прикрыла на минуту глаза.

— Я работала тогда с ним, — продолжила она с видимым трудом, — И я стала искать информацию. И нашла, ведь Сергей не прятал от меня особо ничего… знал, что рыться я не стану…Я не стану рассказывать подробностей, Инга. Скажу только, что я ушла, сложив на столе в новой квартире все его подарки аккуратной кучкой. Себе я оставила только небольшой нефрит, который он купил мне в Ялте…

Я вздрогнула. Мне вспомнился зеленоватый камушек, которым я так любила играть в детстве. Мне он нравился, пока однажды мне не показалось, что он поглощает дневной свет. Мне стало страшно, и я больше не вытягивала его из нашей деревянной шкатулки.

— Вот так, Ина. И знаешь, иногда тех, кого любил, начинаешь ненавидеть. Меня это минуло, его — нет. Все эти годы… он ненавидел меня, Ина. Знай, я умру. Прошу, не пытайся это изменить. Что б он не просил за мою жизнь, не верь. Мою судьбу уже не изменить, а твою ломать не стоит… И ещё. После я узнала, кто звонил мне на самом деле. Жанна…

— Жанна?

— Любовница Сергея. Да, у него, да и у неё есть семья, дети, но… это давняя связь. Нас разделила его тьма. Но подтолкнула меня её ревность.

— Ина, о чём задумалась? — прервал мои размышления голос сестры. Я чуть повела плечом.

— Оль, я устала, — бросила равнодушно, схватила чего-то поесть и двинулась в комнату, успев услышать лишь тяжкий вздох. Да, со мной сложновато. Что ж поделать, видно, это наследственное…

***

Клара

Утро началось поздно. И довольно весело.

Дело в том, что Артём и Дина, в пылу заботы обо мне, любимой, уселись рядом в одном кресле и принялись меня доставать, не давая уснуть. Когда я, в конце концов, забылась в полусне, перестав как-либо реагировать на раздражители, они ещё продолжали друг друга подкалывать.

Соответственно утром я проснулась первой и с искренним научным интересом стала разглядывать композицию из двух тел, уютно дремлющих в кресле. Мне мгновенно вспомнились все вчерашние, и не только, обиды на этих двоих, и градус настроения резко взметнулся вверх.

— Ребята, а я и не знала, — мягко мурлыкнула я, заставив Дину сонно пошевелиться на коленях у Артёма, — Может, мне выйти?

Дальше пошли разборки на тему: кто кому должен моральную компенсацию. Было сказано много мудрых слов, которые Кисе наверняка понравились бы, а я получала натуральный кайф… пока они не пришли к выводу, что что-то компенсировать должна я. Как самая ненормальная.

Когда мы спустились вниз, чтоб позавтракать…

— Да, мы дружили семьями, и я занимаюсь похоронами. Мне абсолютно наплевать на то, что у вас забитый график. На час, и никак иначе, а то комиссию натравлю. Сам туда пошёл! Ты меня понял? На час.

Низкий, бархатистый голос с мягкими завораживающими нотками. Я его уже слышала. Киса? Или…

Я вошла в кухню и потрясённо застыла, глядя на стройную женщину с рыжеватыми волосами, которую уже дважды видела в полусне. Но меня поразило иное.

Стройная фигурка затянута в изящный деловой костюм красного цвета, идеально подчёркивающий всё нужное и наверняка вызывающий у мужчин разные мысли. Длинные рыжеватые волосы подстрижены модной лесенкой и мягкой волной ниспадают на плечи. Тонкая золотая цепочка подчёркивает длинную красивую шею. Почти незаметная косметика золотистых оттенков идеально гармонирует с поблескивающим на изящных пальчиках лаком.

Она подняла глаза и чуть насмешливо вздёрнула брови.

— Доброе утро, детки.

У моих спутников отобрало голос. Я же только улыбнулась, заглянув в такие же зеленовато-карие, как и мои, глаза.

— Доброе утро, Киса.

***

Артём с Диной за полдня так достали меня своей заботой, что тошно было даже смотреть на этих идиотов. Киса моталась где-то по загадочным юридическим делам, утрясая какие-то непонятные вопросы. Я же вскоре смылась от назойливых друзей и теперь без особой цели бродила по улице, душа очередной приступ злости. Егор смылся!

Нет, я не против, но надо ведь предупреждать!

Со вздохом я покосилась на красную черепичную крышу нашего особняка. Да, я подозревала, что Егор рвётся к Инге. Но была ещё одна, неосознаваемая причина, о которой он не стал бы говорить вслух.

В доме становилось всё темнее. Дышать там сложновато, спать — почти невозможно. Нам обоим очевидно, что, когда эта история кончится, мы уже не будем проводить там лето. Там, кроме нас, живёт кто-то ещё…

Неожиданно мне в голову пришла бредовая, явно опасная идея. Пару секунд поборовшись с собой, я повернула обратно, искренне надеясь, что никто не попадётся мне на глаза.

***

Наверно, другой видящей для этой цели понадобились бы свечи, кровь и наговоры. Мне же было достаточно осколка зеркала, который нашёлся в шкафу. И, разумеется, книги.

Отблески красного пламени заплясали в глубине стекла, которое стремительно почернело и стало впитывать солнечный свет. Мгновение спустя из осколка выстрелили в разные стороны багровые лучи, очерчивая материализующуюся посреди комнаты фигуру.

— Ну, наконец-то, — сказала она поразительно красивым женским голосом.

Ярко-красные губы, копна чёрных волос, вертикальные зрачки в красных радужках, длинный хвост с шипом на кончике, слегка портящий потрясающую фигуру…

Да, мы виделись там, за гранью. Это был тот самый дух, который вселялся в Дину.

— Ты звала меня, Видящая?

— Да. Ответь мне, кто тебя вызвал — и я освобожу тебя. Ты снова вернёшься в свой Дит.

— Ты думаешь, я туда и так не вернусь? Совсем скоро этот щенок окончательно потеряет контроль над даром, и я, кроме всего прочего, получу и твою силу. А она ой как велика…

— Думаю, ты расскажешь, что знаешь, — равнодушно заметила моя хранительница, неслышно подходя ко мне. Она всё ещё была в облике человека, и снова мне показалось, что этот голос я уже слышала, я им говорила, что постоянно убирала с груди запутавшуюся рыжую прядь этим движением…

— Ты многовато себе позволяешь, Кларисс.

У меня перед глазами заплясали оранжевые чёртики. Киса?! Кларисс??!! Невозможно! Хотя, если задуматься, описание-то совпадает. Но Кларисс жила тысячу лет назад!

— … Вам запрещено напрямую помогать Хозяйкам Книги, Хранительница, и не мне напоминать, что Миледи* сделает с тобой за непослушание! — продолжалась между тем дискуссия. Демоница говорила таким тоном, что по коже буквально бежали мурашки, но я знала Кису… и ещё лучше знала Кларисс. Её этим не проймёшь!

— Князь говорит, что мир нуждается в Видящих, — спокойно, с насмешкой возразила та, — И подумай, на кого Миледи спихнёт вину, когда я расскажу правду? Вас в порошок сотрут.