Прелестная леди на вашем пороге - Дора Коуст, Любовь Огненная

тронулся, слезы покатились по щекам градом. Больше не могла сдерживаться. Мой саквояж так и остался у герцога в руке, а перед глазами стоял его вмиг заледеневший взгляд.

И огонь, что охватил его свободную руку, в которой мгновением раньше он крепко держал мою.

Эпилог

Герцог Алекстандер Решский готовил похищение.

Точнее, для похищения у него все было готово еще в тот день, когда Алекс только вернулся в поместье. Злой, как тысячи драконов, он пошел успокаиваться привычным способом — чтением. Однако на глаза ему попалась книга, которую мужчина давно откладывал, — традиции древних магов.

При этом магов раньше называли совсем иначе. Ведуньи, ведьмаки, друиды, шаманы и прочие, прочие, прочие. Кое-где эти названия использовались до сих пор, но весь современный мир давно перешел на иное обозначение.

Однако главным являлось совсем не это. Пробежавшись взглядом по оглавлению, герцог наткнулся на раздел со свадебными и предсвадебными традициями. Одно из них его сильно зацепило. Оно называлось «Похищение невесты».

В тот день он с трудом отговорил себя от скоропалительных решений. Но чем больше времени проходило, тем меньше имелось сомнений в правильности подобного поступка.

В эту секунду, например, сидя в кресле у камина в гостиной и сжимая в руке драгоценное сердце с драконьим огнем, Алекстандер почти согласился с неизбежным. Потому что, глядя на огонь, он видел лицо Оливии.

Видел лицо женщины, которую любил еще сильнее, чем пять лет назад. От которой больше не собирался отказываться ни под каким предлогом.

Но если он хотел воплотить этот план в жизнь, ему следовало выехать из поместья уже через два часа. А перед этим требовалось вздремнуть хоть немного, но он никак не мог сомкнуть глаз. Потому и сидел в кресле перед камином.

Простит ли она его за то, что случится сегодня? Не сейчас, когда-нибудь потом. Герцог искренне надеялся, что да. Потому что ему было крайне мало одной-единственной ночи, брошенной словно кость голодной собаке.

О нет, Алекстандер хотел заполучить всю Оливию. Он больше не представлял свою жизнь без нее. Любил ее одну все эти годы и, когда она бросила его там, у гостиницы, ощущал такую боль, какой не испытывал никогда.

Потому что она плакала, а он… Он не понимал причины этих слез. Хотел бы понять, даже искушался просмотреть ее саквояж в поисках ответов, но до постыдного не опустился. Искал ответы в другом месте — у ее старшей сестры.

— Ты ей сказал? — спросила Мари мягко, но требовательно.

— Сказал, — холодно отчеканил герцог, напрочь игнорируя как чай, так и поданные пирожные.

Племянницы уже укладывались спать. Он заходил к ним, и они оказались очень расстроены тем, что тетя Олли не приехала вместе с ним.

Он тоже крайне печалился этим фактом.

— А она? — Мари подрезала красные розы и по одной опускала их в высокую вазу.

— Как видишь, — ответил Алекс, с трудом подавляя в себе гнев.

— А что именно ты сказал? — никак не отставала хваткая блондинка. — Тебе следовало сказать, как сильно ты любишь ее. Поведать о том, что ты любил ее все пять лет не переставая, не видя рядом с собой других женщин.

— Я хотел, чтобы она согласилась на брак наверняка. Я… Я ее соблазнил, — целиком и полностью взял Алекстандер всю вину за произошедшее на себя.

— И как? Согласилась? — хмыкнула хрупкая на вид боевичка и вдруг прислушалась к чему-то. — По-моему, меня муж зовет.

За тем, как она уходит, Алекс наблюдал вполглаза. Мариэтта всегда казалась ему авантюристкой, совсем не такой, как его прелестная леди.

И тем не менее он испытывал невероятную благодарность по отношению к своему брату и Мари за те совместные дни, которые они устроили им, не спросив их мнения на этот счет. За это время он успел осознать, как это прекрасно — любить не на расстоянии, и иметь возможность видеть любимую ежедневно.

Герцог Алекстандер Решский определенно хотел большего. И он решился на похищение, будучи готовым к чему угодно. Знал: никогда от себя ее не отпустит, потому что без нее его жизнь не имела смысла.

Не понимал, почему не видел этого раньше. Почему был слеп и глух к собственному сердцу.

В гостиную после короткого стука внезапно заглянула служанка:

— Ваша Светлость, там такая прелестная леди на нашем пороге! С ней управляющий говорит.

— Я сама могу представиться, — звонко, как ручеек, прозвучал голос, который он мог слушать часами. — Я явилась по приглашению герцога Решского, чтобы проведать спасенного мною дракона.

Не поворачивая головы, Алекс молча улыбнулся камину.

Конец