Отвага и любовь - Кэтрин Арчер

Потом наступила ее очередь. Она вторила сестре. Хотя ее голос был более низким и не таким чистым, Мередит владела им превосходно.

Роланд был поначалу удивлен, а потом совершенно очарован пением этих двух женщин, Орин сказал правду: у Селесты был прекрасный голос. Однако, присматриваясь к ней, видя ее несравненную красоту, он понимал, что ее голосу, так же как и внешности, при всем его совершенстве чего-то недоставало. В ней не было страсти, не было жизни, в этой отстраненной недостижимой красоте.

Вслушиваясь, он понимал, что по-настоящему его трогает лишь голос Мередит. Он был полон земной чувственности, как и она сама.

Роланд перевел взгляд на Селесту и увидел, как она затравленно посмотрела на Джайлса. Роланд не был слеп или глуп, у него возникло сильное подозрение по поводу того, почему Мередит предложила себя в жены вместо своей сестры.

Конечно, ее поступок был неправильным, но в глубине души он мог ее понять. Он тоже настолько любил своего брата, что способен был сделать для него все, даже совершить такую нелепую вещь, как поменяться с ним местами, если бы тот попросил об этом.

Правда, Джеффри никогда не просил о таком. Он был гораздо благородней, чем эта Селеста Чэлмерс. Роланд боялся, что преданность Мередит сестре была совершенно напрасной, хотя и похвальной.

Как ни удивительно, но Роланд задумался над тем, не приготовила ли ему судьба еще один неожиданный подарок.

Эта мысль, по каким-то непонятным ему причинам, странно тревожила его. Он снова посмотрел на свою жену, любуясь нежной красотой ее профиля. Она пела, закрыв глаза. Роланд почувствовал, как снова всколыхнулись его чувства. Ее голос, казалось, вливался в него, проникая в кровь, костный мозг и позвоночник и становясь частью его самого.

Музыка резко остановилась, и он неожиданно почувствовал себя обокраденным, в то время как остальные начали бурно выражать свое одобрение.

Именно в этот момент Мередит подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Выражение ее лица было на удивление печальным. Какое-то время казалось, что они двое, Роланд и Мередит, были одни в этом мире. Дыхание Роланда участилось, и он почувствовал боль от разливающегося в груди тепла. Ему показалось, что какая-то неведомая связь установилась между ними. Словно они соединились вечными узами и всегда были ими соединены.

Роланд не сразу понял, что к нему обращаются.

Несколько сбитый с толку, он поднял глаза и встретился с испытующим взглядом сэра Джайлса.

— Что вы скажете, лорд Керкланд?

Роланд закрыл глаза и проглотил ком. Он не знал, что только что произошло, но с этого мгновения для него все переменилось. Стало так, словно впервые за долгое время лучи света коснулись потаенного места в глубине его души.

— Ну, так что вы скажете, лорд Керкланд? — настойчиво повторил рыцарь.

Роланд быстро приходил в себя, хотя странное чувство прошло не до конца. Взглянув на сэра Джайлса, он спросил:

— О чем?

Джайлс долго и пристально смотрел на него.

— Не правда ли, что у леди Селесты красивейший из голосов, которые вы когда-нибудь слышали?

Роланд кивнул.

— Действительно, очень красивый. — С этим он готов был охотно согласиться. Он взглянул на сестру своей жены, которая встала за спинкой стула Джайлса. — Прекрасно исполнено. — Он отыскал взглядом Мередит, которая стояла в сторонке, опустив руку с лютней и удрученно глядя в пол. — Мередит, — проговорил Роланд с нежностью, которая удивила его самого, — ваше пение необыкновенно тронуло меня.

Она неуверенно посмотрела на него.

— Правда?

Он встал, подошел к ней и, понизив голос, прошептал:

— Больше, чем вы можете себе представить. Она смущенно улыбнулась ему и наклонила голову.

— Благодарю вас, милорд.

Когда она выдохнула это своим хрипловатым голосом, Роланд ощутил, как напряглось все его тело. Он вдруг почувствовал желание оказаться далеко отсюда и остаться наедине со своей женой. Не сводя с нее глаз, он произнес:

— Благодарю за гостеприимство. Надеюсь, вы понимаете, что леди Мередит и мне пора уходить.

Роланд с раздражением почувствовал, как кто-то тронул его рукой, и услышал обращенный к нему голос:

— Милорд.

Опустив глаза, он увидел рядом с собой Селесту Чэлмерс. Он не мог не заметить тревожный взгляд, который она бросила на сэра Джайлса, говоря:

— Ми…милорд, не составите ли вы с Мередит нам компанию? Мы тоже должны вернуться на ярмарку.

Роланд с трудом удержался, чтобы не нахмуриться.

— Полагаю, что нет. Хотя я… мы благодарны вам за ваше приглашение.

Селеста закусила нижнюю губу и снова взглянула на сэра Джайлса. Роланд не мог не заметить неудовольствие на его лице. Что происходило между этими двумя людьми? Был ли рыцарь недоволен чем-то конкретным в поведении Селесты, или это было обычное проявление его характера?

— Мередит, а что ты скажешь? — обратилась Селеста к сестре. — Ты не попытаешься переубедить своего мужа? Разве тебе не хочется присоединиться к нам? Ты могла бы помочь мне. Ты знаешь, как мне трудно заниматься делами такого рода…

Роланду все сразу стало ясно. Селесте нужно, чтобы Мередит помогла ей выполнять ее непосредственные обязанности.

И ему это не понравилось. Неожиданно почувствовав неприязнь к этой женщине, он вмешался, не дав ей договорить:

— Об этом и речи быть не может. Мередит и я… мы собирались осуществить одно неотложное дело, не правда ли, Мередит?

Она медленно кивнула, не сводя с него глаз.

— Я… да, мы собирались.

Обняв жену за хрупкие плечи, Роланд притянул ее к себе.

— Нам предстоит сделать сегодня несколько вещей. — Он помолчал, подумав, что слова, которые собирается сказать, предназначены для тех, кто так пристально наблюдает сейчас за ними. — Мы же не захотим слишком поздно ложиться, правда, душа моя?

Как только Роланд произнес это, ему страстно захотелось, чтобы это было правдой, чтобы Мередит, и он ушли отсюда и со всей страстью занялись любовью. Каким-то образом он догадался, что она поняла, что скрывается за его словами, потому что от него не укрылось, как яркая краска залила ее лицо и шею.

Мередит почувствовала, как закипела ее кровь, стоило ей взглянуть в синие глаза мужа, почувствовать близость к его сильному крепкому телу, услышать его слова. Прошло много времени, прежде чем она вспомнила, что это была сцена, которую он разыграл, чтобы убедить ее сестру в том, что между ними все хорошо. Роланд так старался, нахваливая ее пение и демонстрируя свое преданное отношение к ней, что Мередит несколько раз с трудом удавалось вспомнить правду.