Сердце ведьмы - Лаура Лабас

при виде Мерты, и по мере продвижения вперед становилось все труднее не привлекать внимания к своему ужасу. Была еще одна неестественная помесь вилы и гоблина, которая выглядела невообразимо ужасной, другие звери и монстры в клетках тоже казались вышедшими из кошмаров. Время от времени объяснения брал на себя Мэтт, пока Зуна выступала в роли матери всех этих созданий. Рут питала к ней отвращение.

Но еще большее отвращение она чувствовала к себе, за то, что поверила лжи королевского дома. Много лет назад, когда орда теневых существ ворвалась в Вавилон, оставив после себя смерть и скорбь.

Наконец они добрались до конца тюремного комплекса и снова поднялись наверх на другом лифте.

Мысли Рут остались позади, как будто они навсегда застряли в этом ужасном месте. Ни одно из существ не действовало агрессивно и не выглядело активным, будто все они были чем-то одурманены.

На этот раз они остановились на третьем этаже, который значительно отличался от двух предыдущих. Коридор казался сумрачным из-за красной ковровой дорожки и обшитых панелями стен. Даже света канделябров не хватало, чтобы рассеять тень.

Зуна и Мэтт молчали, за что Рут была им благодарна. Она даже про себя не могла составить внятную фразу, как она смогла бы это сделать в разговоре?

В коридоре никого не было, за исключением женщины-охранницы, которая заняла позицию рядом с деревянной дверью с надписью «Директор Альбертсон». Она приветствовала Рут, прижав ребро ладони к груди, и Рут инстинктивно ответила ей.

Зуна открыла дверь и попросила Рут войти, та беспрекословно повиновалась.

Она уже открыла рот, чтобы поприветствовать директора Альбертсона, но в изумлении остановилась посреди кабинета.

За письменным столом сидел не кто иной, как ее давний знакомый и даже друг, Джеральд. Друид и королевский прорицатель Вавилона.

— Привет, Рут, рад, что ты наконец пришла. — Он улыбнулся ей так тепло, будто они встретились в каком-нибудь кафе.

— Джеральд?

Глава 13

Дарсия

В половине восьмого мы отправились в гостиницу Лафитт, так как комната Мари находилась именно там. Среди туристов ходили слухи, что ее дух появляется в номере 21. По преданию, она умерла от желтой лихорадки, и с тех пор постояльцы замечали ее в зеркалах, а иногда слышали ее кашель. Кроме того, она вступала в общение с маленькими детьми, чье восприятие обычно было более острым, чем у их родителей.

Все несколько часов после появления Вэла я занималась приготовлением снадобья, которое уже завтра сможет избавить меня от руны. Если ведьмак не сдержит свое обещание. Один раз, когда он извинился и направился в туалет, я попыталась отойти от него, но едва я вышла на улицу, мне стало так больно, что пришлось вернуться.

Боль была такая, будто все тело горело огнем. У меня явно не получилось бы уйти дальше, чем до следующего перекрестка.

Поэтому я хоть и неохотно, но уступила, так как Аднан ясно дал мне понять, что о гибели Вэла не может быть и речи. Я ненавидела упыря, но не недооценивала его.

Он отомстил бы мне, если бы с головы его ведьмака упал хоть единственный волос.

Вэл был достаточно умен, чтобы не проронить больше ни слова, и даже не дрогнул, когда я нанесла на него руну прикрытия, которая должна была дать нам обоим дополнительную защиту. Я не имела ни малейшего представления о том, кто был этот Д и откуда он знал мой секрет, но я, черт побери, собиралась это выяснить.

Сейчас, когда я уже так близко к своей цели, я не позволю вывести себя из игры.

Мы быстрым шагом прошли Элизиан Филдс Авеню и достигли Эспланада-авеню, что навело меня на мысль, что Д, возможно, был тем самым бессовестным ведьмаком, который остриг волосы Менти и оставил мне прядь. Не имел ли он какое-то отношение и к внезапному появлению упырей?

Перед белым отдельно стоящим домом с темно-синими ставнями и черными балконами я нервно осмотрела свои татуировки и заклинания, которые носила на поясе.

Солнце садилось, погружая все вокруг в мягкий свет, из-за которого тени становились длиннее. Мы с Вэлом оглядывались, а Тино проверял окрестности. Мой друг тролль войдет в отель только в случае крайней необходимости, если я позову его. На некоторое время я и Вэл будем предоставлены самим себе.

Поскольку отель был открыт для постояльцев, мы вошли через главный вход и направились к белой стойке, за которой сидела молоденькая девушка в черных очках. Свои кричаще желтые волосы она собрала в лохматый пучок и украсила разноцветными заколками, которые немного отвлекали взгляд от ее заостренных синих ногтей.

— Могу ли я вам чем-нибудь помочь? — машинально спросила она, не отрывая взгляда от экрана своего компьютера.

— Я бы хотела забронировать номер Мари, — тихо сказала я, барабаня подушечками пальцев по прилавку. — Комната 21.

У нее забегали глаза. Разумеется, она знала, о каком помещении шла речь.

— Извините, уже зарезервировано, — буркнула она.

— Ох, — все нужные слова вылетели у меня из головы. Вэл подумал за нас обоих, за что я в глубине души была ему благодарна.

— Конечно, — сказал он. — Мы зарезервировали номер. На имя Дарсии…

— Боннет, — добавила я, заставив себя улыбнуться, когда администратор наконец подняла глаза. Она подозрительно посмотрела сначала на меня, потом на Вэла.

— Удостоверение личности?

Я показал ей свое поддельное удостоверение личности, которое многие изгнанники получали от правительства ведьм. Однако, поскольку я так и не удосужилась зарегистрироваться, мне пришлось изготовить документ собственноручно.

Пока молодая женщина сверяла данные, я отвлеклась на разглядывание уютного интерьера отеля.

Беленые стены чередовались с участками из красного кирпича, а пол украшали большие изразцы. На первый этаж вела деревянная лестница[7], мебель напоминала о прошлом, а завершала картину масляная живопись в роскошных рамах.

— Позволь мне напомнить тебе, что ты подвергаешь себя опасности по собственной воле, — сказала я, получив позолоченный ключ с белым шнуром. Вэл последовал за мной наверх по скрипучим ступенькам лестницы. По дороге нам никто не встретился. — Если так случится, что тебя снова вызовут на дуэль, это будет только твоя вина.

— Этого уже не произойдет. — Вэл отмахнулся, будто это было для него не важно. При этом я уже догадывалась о той пропасти, на краю которой он находился. Мало того, что он использовал руну, он еще и солгал Аднану. Или, по крайней мере, сказал ему не всю правду, а это могло быть сделано только при крайней необходимости.

Может быть, мне все-таки не следовало ему так откровенно отказывать.

Перед комнатой Мари я