Сердце ведьмы - Лаура Лабас

ведьмаку, который поставил меня в такое ужасное положение. Зачем он заманил меня в эту ловушку, если, чтобы навредить мне, можно было просто донести на меня комиссарам по ведьмам?

Внезапно стены задрожали, будто услышали мою мольбу и решили надо мной поиздеваться. Они пришли в движение и поехали на нас, угрожая раздавить заживо.

Во мне росла паника, и мой стук и отчаянные крики о помощи стали более настойчивыми. По лицу у меня лились слезы, хотя я думала, что больше никогда не смогу плакать. Дым становился все гуще, а жар огня усиливался.

— Риэнн, — прошептала я в страхе, что потеряла ее навсегда. Позади меня раздался грохот, и я поспешно отпрянула в сторону, чтобы найти какое-нибудь укрытие.

В последний раз я наполнила оленя силой и вложила всю свою волю в его следующую атаку. Он протаранил Вэла своими рогами и толкнул его о комод. И пока Вэл полз по полу, мой олень подскочил и ударил передним копытом по беззащитной голове Вэла.

По его виску потекла кровь, и он больше не шевелился.

Я вдохнула и снова выдохнула. Мой олень растворился, и от него не осталось ничего, кроме сильного запаха серы. В следующее мгновение Вэл начал возвращаться в свой человеческий облик. Со стоном он выдержал треск и изменение конструкции своих костей, разрыв и сжатие мышц и кожи, и наконец остался лежать обнаженным среди кирпичей.

Мой взгляд на мгновение задержался на его татуированной спине, и я внезапно поняла, почему там были изображены ангельские крылья. Это была мечта о том, чтобы стать кем-то другим, а не тем живущим в нем зверем. Я продолжала это медленно осознавать, но потом мне пришлось расплачиваться за призыв теневой сущности, и я упала на колени. Это был еще один недостаток веды — ограниченный резерв мощности.

Стены продолжали надвигаться на нас, и я удивилась, почему никто из постоялого двора не бросился нам на помощь. Неужели они не чувствовали, не слышали и не видели, что происходит?

Нет, конечно, нет. Они были простыми людьми, которых обманывало маскировочное заклятие.

Я подползла к Вэлу и трясла его, пока его веки не затрепетали, но он так и не очнулся. И что, так и закончится моя жизнь? Наполненная болью, без надежды на возмездие?

— Риэнн, — снова прошептала я, и тут мое внимание привлекло мягкое мерцание. Стены находились всего в метре от нас, и между нами вдруг проявилась Риэнн. Я не могла хорошо ее разглядеть, но ее нежную улыбку я узнала бы где угодно.

Оставшиеся языки пламени потухли в мощном порыве ветра.

— Борись, — сказала она, после чего пол под моими ногами рассыпался в прах. Мы с Вэлом полетели в бездну.

Глава 15

Рут

— Ты директор Альбертсон? — спросила Рут, указывая пальцем на табличку на двери, когда та закрылась за Зуной.

— Не льсти мне так. — Джеральд рассмеялся и откинул назад свои достающие до плеч ослепительно белые волосы.

Голубые глаза под темными бровями сияли как прозрачный лед. Как всегда, он был в белом одеянии, но без лаврового венка на голове — знака королевского прорицателя.

— Я просто пришел слишком рано. Как и ты. Расскажи, как тебе понравилось руководство?

Рут оглянулась через плечо, чтобы удостовериться, действительно ли в комнате никого больше нет.

— Ты знал обо всем этом здесь? — она ждала хоть каких-то эмоций с его стороны, но напрасно. — Получается, веда тогда сказала правду.

Четыре года назад молодая веда обвинила королевский дом, что у него есть тайное помещение, где он разводит зверей. Тех самых зверей, которые в то время совершили набег на город.

Ей никто не поверил, настолько дикой казалась эта мысль, но когда она громко высказывала свои обвинения, Рут по случайному совпадению была в Висячих садах.

Джеральд поджал губы и поднялся со стула, чтобы обогнуть стол. Его близость, как всегда, нервировала ее. Не потому, что он был родом не из Вавилона, а из Викима, просто она чувствовала, что он сможет заглянуть в самые сокровенные уголки ее души, если она позволит ему приблизиться. Однако из всех способностей друидов его сильной стороной было в основном ясновидение, из-за чего он и сделался полезен королевскому дому. Джеральд появился в их теневом городе в двенадцать лет, и насколько Рут было известно, это произошло после того, как в Викиме его определили на освободившуюся должность прорицателя. Его дядя не согласился с этим и договорился с королевским домом Вавилона, что тот возьмет Джеральда в обучение.

Он быстро достиг положения лучшего ученика тогдашнего прорицателя и в шестнадцать лет занял его должность.

С тех пор самонадеянность Джеральда росла с каждым днем, но Рут и Вэл никогда не обращали на это внимания. Ему были присущи верность и честность, что делало его хорошим другом.

Однако оба этих качества в некоторых вещах быстро оказывались не безграничными, особенно когда вступали в конфликт с королевской властью.

— Мы пытались как-то компенсировать потерю, которую веда понесла с гибелью сестры, но она предпочла устроить скандал. — Он прислонился спиной к столу.

Разъяренная его небрежным ответом, Рут выпрямилась и сжала руки в кулаки.

— И чтобы ее наказать, вы разлучили ее с семьей и изгнали из Вавилона, хотя она ничего не сделала, всего лишь сказала правду? — раздраженно прошипела Рут. Она сама не понимала, отчего судьба юной веды так ее взволновала. Прошло уже несколько лет с тех пор, как она в последний раз вспоминала о ней. Но скорбь и гнев, отражавшиеся в тот день на ее лице, Рут хорошо запомнила.

— Подобные решения никогда не бывают легкими, страж Гапур, — прозвучал звучный голос королевы Вавилона Сиары.

Рут вздрогнула и повернулась к своей повелительнице, которая выглядела не старше двадцати пяти лет, хотя ей уже перевалило за тридцать. Цвет ее лица напоминал Рут чистую бронзу, а его форма казалась абсолютно симметричной, словно скульптор высек ее лик из камня. Она почти забыла, как прекрасна была ее королева и как сильно она напоминала Рут о Вэле.

Сегодня королева не надела ни одного из своих широких одеяний, а выбрала коричневые кожаные штаны и белую рубашку с обтягивающим жилетом, что подчеркивало ее статную фигуру. На пальцах и на шее у нее блестели золотом драгоценности, от одного только вида которых у Рут закружилась голова. Она даже не пыталась представить себе богатство этой женщины. Ее гладкие черные волосы украшала изящная диадема, которая на самом деле не была ее настоящей короной. От Вэла Рут знала,