Видение луны (СИ) - Глен Катарина

Ее близость с Хаганэ все усложнит? Они ничего не обежали, но она не хотела, чтобы все так закончилось. Но она не собиралась тут оставаться. Неуверенность снова пробралась в ее грудь, а еще что-то холодное — знакомый лед обвил ее сердце нитями.

Ши-но-кагэ?

Они вернулись?

Эма выбралась из тепла футона Хаганэ. Они были там, звали ее. Предупреждали?

Она выбралась из комнаты, пошла по коридору и попала на открытую веранду. Огонь в фонарях снаружи здания горел низко, почти весь догорел. Тьма путала, и притяжение холода пропало. Было тихо и неподвижно. Даже ночные существа не шумели.

Странно.

Она пошла к Хаганэ, фигура, укутанная в тень, появилась в конце коридора. Он медленно приближался, ноги почти не издавали звуков на половицах. Изящные движения напомнили ей…

— Назэ? — прошептала она.

Он не замер, не дрогнул, а зашагал быстрее.

Проклятье!

Эма повернулась и увидела другую фигуру, несущуюся к ней.

Что?!

Что-то врезалось в ее спину, оттолкнув ее в сторону, она полетела в черную комнату.

18

Эма рухнула лицом в пол, вес напавшего придавил ее. Она закричала от боли, вспыхнувшей в ране.

Две пары ладоней завели ее руки за спину, крепко сжали. Эма подавила желание сопротивляться. Если она будет отбиваться слишком сильно, она потратит все силы и пострадает в процессе.

Холодное покалывание наполнило ее, бежало по рукам и ногам. Ее мышцы стали твердыми, как сталь, и сила потекла по ее телу. Эма дернулась в сторону, высвободила руку, ударила локтем назад. Он попал по ребрам напавшего с громким треском. Он со стоном отшатнулся.

Но больше вошло в тускло освещенную комнату, ее окружили скрытые лица. Рука обвила ее шею, потянула ее назад. Сила, какая была у нее миг назад, пропала, оставив боль пустоты. Они окружили ее, снова поймали руки и придавили тело к полу.

Сердце отчаянно колотилось, она извивалась, пытаясь вырваться из их хватки. Агония ревела в раненом боку, но она не собиралась сдаваться им!

Кто-то ударил ладонью по ее рту и щеке, прижимая ее голову к татами. Она закричала, звук вылетел с бульканьем. Но кто-то должен услышать. Хаганэ… был дальше по коридору.

Если только…

Веревки обвили ее запястья и лодыжки, затянулись. Она прорычала ругательство, ударила ногой, но не попала. Они были слишком быстрыми, подавляли ее количеством и размером.

Она не могла… она не могла пошевелиться, не могла защититься. Еще веревка обвила ее голову, затянулась на ее рту, впилась в уголки губ. Она охнула и закричала, но все было понятно.

Никто не пришел. Это было продумано с пугающей точностью. Пара ног остановилась перед ее лицом, так близко, что она ощущала запах носков-таби. Ладонь сжала ее волосы, подняла ее, а он опустился на колени.

— Без обид, лейтенант.

Эма знала этот едкий наглый голос. Окуро даже не пытался скрыть личностью.

Она закричала, но веревка мешала произнести слова.

— Может, в других обстоятельствах мы могли бы стать союзниками, — он склонил голову. — Но мы не можем оставить все ихори на столе.

Эма боролась с веревкой на запястьях, грубые нити впивались в нежную кожу. Они плотно затянули путы. Они не шутили.

— Тебе не стыдно? Или ты боишься встречи с лордом Ноэ? — он сжал ее подбородок, пальцы впились в челюсть. — Я не завидую тебе. Я просто выполняю приказ, и я уверен, что ты можешь понять. Это мой долг перед кланом.

Приказ? Нет, он же не говорил.

— О? Ты не должна удивляться, что командир Рен приказал тебя убрать.

Эма замерла, сердце замедлилось, билось тяжело.

Он точно врал. Духи, после всего этого план Саитамы был таким? А Хаганэ, Назэ…? Ее голова болела, кулак сжимал ее волосы.

— Думала, он хотел, чтобы ты была тут? Что кто-то из нас хотел? Я думал, ты была умнее, учитывая, кто ты, — он цокнул языком, склонился и опустил маску. Его рот задел ее ухо. — Спасибо за жертву и сотрудничество. Ты можешь встретить судьбу, зная, что ты спасла целый клан от разрушения. Не плохая причина умереть, да? — он улыбнулся, глаза были холодными и жестокими, он отпустил ее с толчком и отошел. — Уводите ее отсюда.

Она прикусила веревку и приглушенно взревела, за это ее ударили по голове сбоку. Звезды вспыхнули перед глазами. Кто-то сунул к ее рту и носу сладко пахнущую тряпку.

Духи, она знала этот запах.

Эма задыхалась, старалась не вдыхать это. Она металась, ладонь давила на ее лицо. Ей нужно было вдохнуть, но если она это сделает…

Она отпрянула, пыталась вдохнуть чистый воздух. Но мужчины крепко ее держали, ладонь на ее затылке толкала ее к тряпке. Успокоительное вторглось в ее ноздри, наполнило ее легкие, вонзилось в ее разум с полной силой.

Ее конечности двигались, будто она была в воде. Такие тяжелые…

Но все стало понятным.

Назэ… в коридоре…

Хаганэ… не слышал…

Ничего не осталось. Шевелиться она не могла… как и биться… Зачем? Они уносили ее.

Саитама… спасал… клан…

Тьма опустилась.

Она была невесомой. Парила.

Летела.

Без ограничений.

Свобода.

Тени кружились, приветствовали ее.

Холод.

Сюда.

Эма вдохнула.

Влажный затхлый воздух.

Свет. Она проснулась? Где…?

Она моргнула, в голове гудело. Ее тело пульсировало. Болело везде. Что-то сладкое осталось в носу, смешалось с запахом старого дерева и грязи. Свет солнца проникал сквозь планки старого здания вокруг нее.

Где она была?

Мысли крутились, путаясь, она пыталась понять, куда попала. Она подвинулась, под ней была земля.

Веревки. Все еще крепко связана, как скот на убой.

Чудесно. И ее голова гудела громче, чем церемониальные барабаны монахов.

Мерзавцы. Окуро. Они вырубили ее. Как долго…? Она осталась в Аомори-то?

«Командир Рен приказал тебя убрать».

Грудь сдавило, все внутри сжалось. Она глупо подумала, что забота была искренней. В этом был смысл после атаки. Саитама столкнулся с ситуацией — сдайся или будь уничтожен. Как она могла винить его за найденное решение для защиты клана?

«Спасибо за жертву».

Она все время была жертвой, чтобы остановить руку Ноэ.

Шаги приблизились, размеренные и уверенные. Сердце Эмы забилось быстрее, пульс вызвал шум в ушах. Она затаила дыхание и замерла.

Человек остановился у двери, сдвинул засов. Дверь скрипнула, и стало видно мастера безразличия.

Акито Назэ.

Он посмотрел на нее, щурясь, его худое тело наполнило дверной проем. Лучи солнца сияли за ним, делая его лицо в маске темнее, скрывая его глаза. Капля пота покатилась по ее шее, ее тело дрожало под его тихим взглядом.