Видение луны (СИ) - Глен Катарина

Он встал и прошёл к двери. Эма думала, что он собрался уйти, но он замер и повернулся.

— Мацукара, обещай, что ты останешься тут и дождешься моего возвращения. Тогда все будет улажено. Только я знаю об этом месте. Ты будешь в безопасности.

Эма сжала губы. Хоть он не хотел обсуждать ши-но-кагэ, он ни разу не врал. Даже сейчас она ощущала его решимость через странную связь между ними.

— Обещаю. Делай, что нужно.

И он ушел. Хоть она ощущала его, словно прохладный осенний ветер, шевелящий волоски на ее руках. Спасающий от жары, но временно.

Это объясняло все и ничего. Но если Назэ мог ей доверять, доверять тому, что было между ними…

Она опустила чашку в воду и выпила, смывая те мысли и подавляя их, чтобы больше их не ощущать. А потом стала смывать кровь, пот и грязь.

21

Саитама сжал кулаки у бедер, костяшки побелели.

С возвращением Акито прибыла душераздирающая правда, которой он боялся с жуткого предательства Илии. Было бы проще обвинить Мацукару, любого чужака, чем эта пощечина по лицу.

— Я, конечно, допрошу капитана Окуро. Готовься действовать, как необходимо.

Его голова гудела, ее сдавили тиски. Окуро Киоджи. Юноша познал схожее отчаяние из-за предательства клана Варуама. Они даже горевали вместе. Он всегда служил клану правдой, не давай Саитаме повода подозревать его или сомневаться в нем. Как он мог подумать пойти против приказов и помочь Ноэ? И кто его поддержал?

— Да, — он встретил холодное безразличие Акито тяжким вздохом. Он обещал Сенмею, что справится с этим. — Мы должны быть уверены. Я хочу сам услышать от него правду, — когда его заместитель кивнул, Саитама продолжил. — А что с Мацукарой?

— Она… — он замолк, поднял ладонь перед грудью. Тишина, потом шаги. Саитама узнал медленную спокойную поступь брата в коридоре.

— Тама, — позвал Сенмей за шоджи. — Ты там?

— Да, входи.

Сенмей с поклоном плавно прошел в комнату, прижимая к себе перевязанную руку. Акито не стал его приветствовать. Может, так было лучше. Ярость в его взгляде могла разрезать человека.

Ему нужно было разобраться в напряжении между Сенмеем и Акито.

— Вице-командир, когда ты вернулся? — в его глазах загорелась надежда, он опустился на колени между ними. — Полагаю, есть новости?

— Мы еще расследуем дело, — сказал Акито.

— Как жаль, — его брат похлопал по своей руке и вздохнул. — Я был уверен, что кто-то с твоим навыком уже раскрыл бы тайну.

— Прошел всего день, Сенмей. И не только тебя ранили в этой ситуации.

Сенмей потер подбородок.

— Точно. Запутанное дело. Меня интересуют обвинения капитана Окуро в сторону лейтенанта Мацукары. Капитан Хакури заявил, что она была всю ночь с ним. Верно, Тама?

Сердце сжалось с болью. Его брату было приятно напоминать ему об этом?

Акито ответил за него:

— Он был пьян, его показания не считаются.

— Как жаль. Но это понятно. Показания капитана Хакури о его отношениях с женщинами всегда хоть немного преувеличены, — он вздохнул. — Но я буду опечален, если она виновна. Она могла бы стать хорошим союзником, если бы с ней хорошо обращались.

— Ты считаешь ее невинной, несмотря на обвинения?

Сенмей выдержал мрачный взгляд Акито, прошел напряженный миг, и он ответил:

— Я спас ее жизнь. Между пациентом и лекарем создается особая связь. Я уверен, что она никогда не навредит мне. Так что ответ на твой вопрос — да.

— Ты сказал, что ничего не помнишь о напавшем, — сказал Акито. — Это все еще так?

— Если бы я вспомнил, я бы сказал, — рявкнул он, уже не был сдержанным. — Мне напомнить, что это я тут ранен? Вместо того, чтобы переживать о том, кто что видел, стоит сосредоточиться на раскрывшейся из-за этого случая проблеме. Мы уязвимы для нападения в наших стенах! И, вице-командир, ты подозрительно отсутствовал, когда был нужен больше всего.

— Сенмей…

— Тама, позволь. Разве не странно, что во время этого нападения и в прошлом году наше самое умелое орудие, — он оскалился, — просто отсутствовало?

— Сенмей, — повторил Саитама, не переживая из-за срыва брата, — если хочешь в чем-то обвинить Акито, тебе нужны улики, — он скрестил руки, сверля брата мрачным взглядом. — Ты весь прошлый год подавлял мои тревоги о недовольстве в клане. Ты осуждал мои попытки что-нибудь изменить. И ты больше всего времени уделял своему исследованию. Порой кажется, что ты забыл, что произошло с матерью и отцом.

— А ты хоть на миг можешь отложить желание отомстить? Твоя месть открыла нас гневу Фракции. Мы могли заслужить ранг в измененном политическом пейзаже. Если бы лорд Ноэ не дал нам год на горе, все уже закончилось бы. Будь благодарен за это, а не используй время, чтобы навредить нам всем еще сильнее.

Жар вспыхнул в его груди.

— Благодарен? Тому человеку, который поддержал их казнь? Ты говоришь мне быть ему благодарным? Не смей так портить память о них! Слышишь меня, Сенмей? Я терпел твою трусость насчет Фракции, но я не буду позволять такие гадкие слова!

Сенмей поджал губы, прищурился, словно его ударили.

— Уверен, — он снова был спокоен, — даже вице-командир Назэ видит в этом смысл.

— Смысл можно найти в чем угодно, — Акито склонил голову, — правильный или ошибочный.

— Но, — Сенмей словно не слышал его, — из уважения к тебе и памяти родителей я успокою свою, как ты выразился, трусость. Отец хотел, чтобы ты вел клан, и я буду следовать за тобой до конца. Но я должен напомнить, что у нас есть другие варианты, я уже несколько раз отмечал это.

— То, что ты предлагаешь…

— Командир.

Он посмотрел в глаза Акито, прочел его вопрос. Это могло быть необходимым в свете всего этого. Но приказать провести допрос Сенмея было…

Потирая висок, он медленно выдохнул. Акито не станет его пытать, если Саитама запретит это. Угрозы допроса могло хватить. Сенмей не затаивал обиду, он просто не так подобрал слова. Его брат искал легкий выход, послушание и подчинение.

Но легкое не всегда было правильным.

Он кивнул Акито. Они обсудят это позже.

— Я продолжу расследование.

— Спасибо, Акито.

— Удачи, вице-командир, — бросил Сенмей поверх плеча. Акито ушел, и он выпрямился, сел невозможно прямо, как он всегда делал. Даже с перевязью. — Времени осталось мало, — тихо сказал он, будто себе под нос. — Ты видишь, что мы проиграли еще до начала. Не будь эгоистом. Лидеру это не подобает.

— Наше право отомстить им.

Сенмей фыркнул.

— И кто это одобрит? Угасающий император? Принц Ичиё? Ты не соображаешь, и, боюсь, ты был не в себе с их смерти. Но они еще могут…

В дверь безумно застучали, и это прервало его.

— Командир Рен!

— Что такое? Войдите!

Йоджи, недавно нанятый гонец, вбежал в комнату и быстро поклонился.