Видение луны (СИ) - Глен Катарина

Конечно. Назэ помог поймать ее, и теперь…

Он вытащил из рукава кинжал.

Вот и конец.

19

Саитама расхаживал по комнате, Арина заканчивала перевязывать левую руку Сенмея. Его бледный брат спорил с Ариной, пока она работала. Пока она зашивала его, он оставался спокойным, как всегда. Словно его не попытался кто-то убить.

И они не знали, кто это был.

Он не мог никому доверять? Когда он стал верить, что она была искренней, и захотел дать ей шанс…

— Вот так, — Арина повесила петлю на его шею, вставила руку туда. — Постарайся не шевелить ею, иначе швы разойдутся.

Сенмей улыбнулся, склонив голову.

— Спасибо, Арина. Как всегда, твое мастерство куда лучше моего.

Она похлопала его по плечу.

— Ну-ну, не нужно льстить старушке, когда мы оба знаем, что это не так, — она прошла мимо Саитамы, потерла его руку и прошептала слова утешения, а потом покинула комнату. Со смерти его родителей Арина оставалась близко к нему, тихо справлялась со своим горем потери сестры, пока он опускался во тьму. Она помогла вытащить его, заставила его принять ответственность и заняться будущим клана.

Но теперь…

— Ты не можешь верить Окуро, — Хаганэ оттолкнулся от стены, у которой стоял, скрестив руки. — Эма не…

— Где Акито? — он не мог принять обвинение после того, что она сделала с ним, после того, что он стал подпускать ее.

Хаганэ пожал плечами.

— Я не видел его все утро. Ты знаешь, какой он, когда происходит кошмар.

— Пока он не вовлечен в это, — он повернулся к Сенмею, который одной рукой поднимал книги и бумаги на полу. — Сенмей, наведешь порядок позже. Тебе нужно отдохнуть.

— Ах, Тама, не переживай. Все заживет, — он нахмурился, чуть пошевелив рукой.

Это было так похоже на брата — пытаться скрыть свои страдания.

— Ты не знаешь, кто на тебя напал?

— Если бы знал, так и сказал бы. Скрытый враг в темной комнате. Это мог быть кто угодно, — он согнул палец под подбородком. — Но ты задаешь не тот вопрос. Я не верю, что лейтенант Мацукара виновна в этом.

— Ты сказал, что это может быть кто угодно, но она невиновна. Почему? Ты перечишь отчетам не только Окуро, но и людей из отрядов Тоджиро и Тесуке, — были свидетели, как она убежала из покоев Сенмея, а потом пропала на улицах Аомори-то, уйдя от погони. — И теперь ее нигде нет, — как и Акито, но, в отличие от них, он видел Акито незадолго до поднятой тревоги. Он дал ему одно задание, несмотря на ее участие в этом.

— Как бы там ни было, — Хаганэ провел ладонью по шее, — я тоже не верю, что это была Эма. Она, кхм, была со мной прошлой ночью.

Саитама мрачно посмотрел на Хаганэ, шипы вонзились в грудь глубже.

— Поздравляю. Это и сон из-за похмелья. Конечно, тебя не было этим утром, когда ты был нужен. И если она была с тобой, — он сглотнул неприятное ощущение в горле, — что заставило ее уйти? Куда она ушла?

Он опустил взгляд.

— Не знаю. Я даже не знал, что она пропала, пока не проснулся утром, — ему хотя бы хватило достоинства не выглядеть смущенно.

Но это было непростительно.

Что заставило ее так поступить? Или это было все время частью плана Ноэ? Отправить милую убийцу отвлечь его — шутка над предательством Илии.

В этом не было смысла. Но было ли так, потому что он так хотел?

— Тама, — тихо сказал Сенмей, опустив ладонь на его руку. — Не спеши с выводами. И проверь. Но слушай разум и сердце. Ты хорошо судишь…

— Да? — он фыркнул. — Все мы можем сказать об обратном.

— Это было…

— Мы не будем говорить об этом сейчас, — он скрестил руки, отошел, искал способ успокоить мысли. Не время думать об Илии.

Пока Мацукары не было, все указывало на ее вину.

— Что еще мог это сделать? — бормотал Саитама под нос, посмотрел в глаза встревоженного брата. Духи, он почти потерял его. — Если ее найдут, мы ее выслушаем. Если не веришь, что она на тебя напала, я это приму к сведению. Но, Сенмей, если я уловлю хоть каплю лжи, я разберусь с делом сам.

Сенмей поднял здоровую руку.

— Тама, ты перегибаешь, — его упрек ранил глубоко, так делал и отец. — Я знаю тебя. Я вижу, что ты делаешь. Не связывай этот случай с Илией.

Он скрипнул зубами от звука ее имени и продолжил:

— Я хочу, чтобы все офицеры собрались на закате с полным отчетом. Включая Акито, где бы он ни был, — он давно позволил вице-командиру свободно двигаться, это нужно было, учитывая его навыки убийцы. Но в этом был риск, особенно в такие времена, когда он пропадал на часы, даже если это было выгодно клану. Это осталось от его времени в одиночку в годы после их первой встречи.

Он доверял Акито, но голосок шептал: «А если?».

— Ты знаешь, что Великий и Бесстрашный Акито не вернется, пока не посчитает это нужным, — Хаганэ оттолкнулся от стены. — Если я уже не нужен, я проверю людей, — его тон был удивительно кислым, раскрывал его сомнения. — Тоджиро и Тесуке уже должны что-то знать.

— Да, сделай это. И сообщи немедленно, если что-то раскроешь.

Хаганэ поклонился и ушел. Саитама знал об интересе друга к Мацукаре. Он редко скрывал свои чувства. Но Хаганэ любил всех женщин. И если обвинения окажутся правдой…

Саитама не выгонит его из клана за ошибку в суждении. Как он мог это сделать, если он сам был виноват в том же?

— Что будешь делать?

Он повернулся к Сенмею. Ночью его брат один боролся за жизнь. Если бы все пошло иначе… Духи, им повезло, что он остался с раной, которую можно обработать.

— Кто-то порезал тебя от запястья до локтя. Разгромил комнату. Предал наше доверие, весь наш клан! Будет наказание.

— Ты должен сделать то, что считаешь нужным, конечно, — Сенмей опустил голову, вернулся к своему столу.

— Сенмей, — он смотрел на разбросанные медицинские инструменты, разбитые флаконы и рассыпанные порошки. — Сколько Мацукара знает о твоем исследовании?

— Очень мало. О, мы говорили о ши-но-кагэ, ясное дело, — он сделал паузу. — Тама, я верил, что мы хорошо ладим. У нас был общий интерес к этому феномену. Думаю, всегда возможно, что я мог где-то ошибиться. Но такое? Нет, я не думаю, что могу в это поверить, — он опустил стопку бумаг на стол и вздохнул. — Может, мне стоит отдохнуть.

— У тебя есть догадки, кто мог тебе навредить?

Сенмей поджал губы и покачал головой, опустил ладонь на перевязанную руку.

— Меня не так любят, как я позволил себе поверить, — он тихо рассмеялся. — Думаю, ты отыщешь виновного.

— Мы найдем, — они раскроют правду.

Сенмей склонил голову и указал на кровать.

— Если ты не против…

Саитама смотрел еще миг на старшего брата, а потом покинул комнату, закрыл за собой дверь.

Он был один у комнаты Сенмея. Он схватился ща грудь, шагнул к перилам и сжал их. Медленно и глубоко дыша, он терпел то, как сжималось сердце, перед глазами белело. Он чуть не потерял Сенмея навеки. Кто-то пытался лишить его родственника. Снова.

За это не будет прощения.

Не будет пощады.