Цветок душевного стриптиза - Галия Мавлютова

– Так вы тот самый? – сказала я, округляя глаза.

– Наверное, тот самый, – засмеялся Марк Горов, – я вам помогу, позволите?

– Отчего же, пожалуйста, помогайте на здоровье, – сказала я, отбрасывая пакет с вещами в сторону.

– Что там у вас? – поинтересовался Горов.

– Да так, мусор случайный, – смущенно пролепетала я.

– Не бывает случайного мусора, – наставительно сказал Горов и вытащил пакет из-за моей спины.

Для этого ему пришлось здорово изловчиться. Ну не могла же я рассказать незнакомому человеку, прямо здесь, не отходя от мусорных контейнеров, что вдруг решила уклониться от намеченного бракосочетания. А в этом пакете носильные вещи моего бывшего жениха. Правда, жених еще не посвящен в мои планы, этот несчастный пока ничего не знает о моем решении. И в чем юмор? Не смешно. Абсолютно. Меня зашатало от порыва ветра, я ведь плохо спала ночью. И неожиданно онемела. Силы оставили меня. Язык мгновенно отвердел. Мягкий и податливый по обыкновению, он вдруг зажил самостоятельной жизнью, отказываясь работать в привычном режиме. Бесполезно, нет нужды что-либо растолковывать этому мужчине. Марк Горов все равно ничего не поймет из моих объяснений. Ведь я сама себя не понимаю. Материализация прекрасного незнакомца вывела меня из нормального состояния. Я ушла на дно сознания, погрузившись в абстрактное месиво. Реальность сдвинулась, слегка сместилась, будто мне вновь снился сон. Все происходило в зыбком тумане небытия, но реальность просвечивала сквозь тусклую пленку. Пришлось призвать на помощь воображение, я представила на минуту картинку: стою на помойке, разговариваю с самым богатым человеком в нашем городе. Хоть кино снимай! Из моих снов и грез выйдет целый сериал, превосходная «мыльная опера» с главной героиней, мечущейся в поисках неземной любви.

– Тяжелый какой, там что – кирпичи? – сказал Горов и, повертев пакетом, швырнул вещи Дениса Черникова в мусорный бак.

Объемистый пакет шумно шлепнулся на металлическое дно. Наконец-то.

– А у вас, наверное, есть какое-то имя? – поинтересовался Марк Горов, заглядывая мне в лицо.

– Наверное, есть какое-то, – сказала я, отступая назад, будто хотела спрятаться за машину.

– Секрет? – спросил Горов и отошел подальше.

Мы словно повторяли движения. Дразнили один другого. Будто игра у нас такая. Встретились во дворе двое. Мужчина и девушка. А знаменательная встреча произошла у мусорных баков. И эти двое придумали странную игру. Но любая игра рассчитана на сближение людей, а наши действия отодвигали нас друг от друга на значительное расстояние. Абонент недоступен, а код доступа скрыт под слоем условностей. Да и как возможно рассказать такое незнакомому человеку – ведь меня уволили с работы по указанию Марка Горова, и именно по его вине я осталась без всяких средств к существованию, и вынуждена была принять предложение от нелюбимого мужчины, и только что сделала выбор – лучше быть одной, чем замужем за постылым. И выбросила все вещи несостоявшегося жениха, чтобы не оставалось и следа от моего малодушия. Невозможно же такое рассказать. Невозможно. Язык отказывался повиноваться. Прилип к нёбу.

– Вы навсегда останетесь для меня Аленушкой, не бойтесь меня, я уже уезжаю, – сказал Горов и сел в машину.

Марк Горов выглянул в окно. Улыбнулся. Покачал головой. И уехал. Легкая синяя дымка гари ковром расстелилась у моих ног. А я осталась у разбитого корыта, одинокая, с возом нерешенных проблем. И уныло побрела к воротам. Набрала код. Замок открылся. У нас теперь повсюду замки. На воротах, в парадной, у входа на площадку. В мозгах. Будто мы прячемся от самих себя.

Надо что-то сделать, усилием воли заставить себя совершить хоть какое-нибудь действие. Любое бездействие способно вогнать разумного человека в сумеречное состояние. Марк Горов уехал, пыхнув на прощание синим дымком гари. Даже имени моего не знает. Он навсегда останется для меня таинственным незнакомцем. Да и не бывает чудес на свете – увидела сон, влюбилась в незнакомца, затем встретила человека из сна уже наяву. И не где-нибудь в приличном месте встретила, а на помойке. Чушь, бред, ерунда какая-то. За окном шумно лилась вода. Осень, октябрь, сырость. Промозгло, пасмурно. В душе поселились сумерки. Я плотно прижала створку. Тоскливый шум стих. Вода струилась по стеклу, будто просилась в дом, в тепло, дождю было холодно и неуютно за окном. Я смотрели на водяные струи, они словно проникали в меня, омывая мою душу. Осеннее фэн-шуйство разыгралось. И вдруг я разозлилась на себя: да что же я так раскисла, расквасилась? Мне всего двадцать пять, у меня все впереди, целая жизнь. Встречи, расставания, любовь и разлука. Наверное, однажды я уже встречалась с Горовым в реальной жизни, наверное. Может, это было в тот самый раз, когда на меня налетело мужское ополчение, кто-то сбил меня с ног, а затем почти на руках перенес в кресло. Абсолютно не помню его лица, только руки, заботливые, крепкие, ласковые. Образ остался в подсознании. Надо было назвать Марку Горову свое имя. Растерялась, глупая девчонка, это мой главный недостаток, я всегда теряюсь в неожиданных ситуациях. Излишнее волнение мешает мне выстроить правильную конструкцию поведения. Насмарку многочисленные психологические тренинги и семинары, при нежданной встрече с прекрасным незнакомцем все знания будто метлой вымело из головы. Вместо дипломированного специалиста на сцене жизни выступает робкий статист. Нет, так дело не пойдет. Нужно срочно вмешаться в процесс распределения жизненных ситуаций. Необходимо составить план, ведь для совершения любого действия требуется схема, а она, в свою очередь, входит в перечень организационных мероприятий по разработке оперативной комбинации. Круто замешано, круче не бывает. Я повертела головой. Рассмеялась. Игривый смех разлетелся по комнатам. А я смеялась и не скрывала удовольствия от самой себя. Ведь именно я только что придумала сложную схему действия. Умно, нечего сказать. А никакого плана у меня и не было. Даже в голове. Сначала нужно было составить распорядок дня. Затем необходимо включить в него список абонентов и перечень дел, как перспективных, неотложных, так и пустых, развлекательных, просветительных, разных и важных.

К примеру, в Манеже проходит выставка фотографий членов императорской семьи. Воспитатель царственных детей после революции вывез уникальные снимки за границу. Благородный француз, жертвуя жизнью, сохранил их для вечности, для потомков, для меня в частности. А я имею счастье проживать по соседству с выставочным залом, а в последний раз посетила какую-то дурацкую выставку три года назад. С тех пор Манеж обхожу стороной, а это непорядок. Пишем в план – посещение выставки, данное мероприятие попадает в разряд развлечений. Вторым пунктом обозначим поиски хлеба насущного. Нет, срочно поменяем пункты местами. Поиски работы выходят на первое место. Развлечения подождут. Не могу же я сидеть на шее у матери, не могу, мне давно пора повзрослеть. Начну прямо сейчас. Сделаю первый шаг на пути к старости, ведь прибавляя мудрости в голове, мы убиваем в себе молодость. Сначала позвоню в издательский дом «Диалог». Там есть какая-то вакансия, кажется, «Диалогу» срочно требуется редактор. Но я почему-то медлила. Меня манили другие просторы. Если Марк Горов не захотел приложить усилия, чтобы узнать мое имя, значит, я сама должна найти его и придумать повод для знакомства. Я не спешила набирать номер «Диалога». Мне хотелось испытать судьбу. А какие еще вакансии предлагает нам заботливый «Джоблист»? Я судорожно перелистала страницы сайта. И вдруг наткнулась на знакомое имя. Ого, как интересно, осиротевший «Максихаус» ищет кандидата на должность начальника отдела по продажам эксклюзивного товара. Я отправила свое резюме резвой молнией, пусть почитают в «Максихаусе» богатую биографию Анастасии Николаевны Розановой, хоть наизусть выучат. Разрешаю, мне не жалко. Попробую себя в торговле. Мне ведь терять нечего: чем кормиться из маминого котелка, лучше уж бегать по городу в поисках клиентов. Кому крыши починить, кому стены покрасить. Обоями «Максихауса» можно весь город застелить. Еще и на столицу останется. Метров пять полотна. Я взбудораженно бегала мышью по различным вакансиям. Если у меня ничего не вышло с переводами, начну продвигать товар любимой фирмы по всей стране. Разумно? Вполне. К тому же я начала действовать. Переступила через себя. Нет слабых женщин, как нет сильных, есть лишь ленивые, не способные на преодоление. Но у меня до сих пор не было плана. Теперь он есть. Ведь я уже действую. Ура! Но мою решимость волной смыл телефонный звонок. Резкий, рваный, как крик отчаяния. Я загрустила, услышав в трубке знакомый голос.