Театр и военные действия. История прифронтового города - Валерий Альбертович Ярхо

Минуя сплошные полосы немецкой обороны, лесами, отряд под командованием Карасева пересек условную линию фронта. Пройдя около 100 километров по территории, занятой противником, 18 ноября диверсанты достигли окрестностей Угодского Завода, разбив лагерь в густом дубовом лесу, от которого до райцентра было не более 10 км.

В самом Угодском Заводе у партизан остались агенты, связь с ними держал заместитель начальника местного РО НКВД Лебедев. Ближе к вечеру 19 ноября в город отправился сам командир отряда с небольшой группой разведчиков. К окраине Угодского Завода подошли уже в потемках. Около городского кладбища они разделились – Карасев и трое разведчиков остались среди могил, а медсестра Конькова из отряда Бабакина и двое разведчиков пошли в город.

Девушка была одета по-городскому и свободно прошла по улицам. На нее не обращали внимания. К дому «Лизы», агента партизан, у которой квартировали трое немецких офицеров, Конькова подошла беспрепятственно. Сопровождавшие Конькову партизаны пробирались дворами, огородами, стараясь не показываться немцам на глаза.

Встретившись с «Лизой», Конькова узнала от нее подробности жизни гарнизона и вместе с разведчиками вернулась к кладбищу. Оттуда разведывательный отряд ушел в дальнюю дубраву, где сосредоточились главные силы партизан.

Еще через три дня – до рассвета 23 ноября – в Угодский Завод снова пошла разведгруппа. Отряд под командованием партизана Исаева остался на окраине, а в город опять пошла Конькова. Получив от Лебедева адреса его людей, она обошла агентов, собрав важные сведения о месте расквартирования подразделений немецкого штаба, тайной полевой полиции и военно-полевой жандармерии, расположении различных складов, наличии огневых средств и автотранспорта противника. Также ею были получены сведения, что с 18 часов в Угодском Заводе начинает действовать комендантский час, прекращается всякое движение гражданских лиц по улицам. Весь гарнизон до двух часов ночи не ложится спать, находясь в боевой готовности. Кроме данных, полученных от агентуры, Конькова, пройдя по территории Угодского Завода, лично установила, где находятся бензохранилище, ремонтная база бронемашин, автопарк грузового и легкового транспорта и казармы, где были расквартированы основные силы гарнизона[165].

Основываясь на этих данных, было решено напасть в ту же ночь. Людей разделили на 9 групп, поставив каждой свою задачу. Чтобы лучше опознавать в темноте командиров групп, на головном уборе и левом рукаве каждого из них были прикреплены белые повязки. Паролем было слово «Родина», отзывом – «Москва». Напасть решили после 2 часов, когда у караулов снизится бдительность. Сигналом к атаке должны быть две зеленые ракеты[166].

В 23 часа сводный отряд, оставив в лагере лишнее снаряжение и одежду, в составе восьми групп сосредоточился в лесу, в 800 м от Угодского Завода. Перед выступлением к намеченным объектам командиром партизанского отряда Карасевым была поставлена задача и проведены беседы с каждой группой в отдельности. Особое внимание было обращено на необходимость решительных и смелых действий, а также на опознавательные знаки и правильное пользование паролем для предупреждения выстрелов по своим.

Коломенскому отряду, пополненному людьми из отряда Карасева, был поручен захват здания бывшего райотдела НКВД и сберкассы, где располагались подразделения штаба, а также атака склада ГСМ. После 2 часов ночи, под прикрытием темноты, отряд небольшими перебежками приблизился к населенному пункту и залег. В 2 часа 25 минут отряды скрытно подобрались еще ближе и залегли в 10–15 метрах от домов и строений окраины города. Когда в небо взметнулись две зеленые ракеты, отряд бросился в атаку. Загремели выстрелы, полетели гранаты и бутылки с зажигательной смесью. Каждая группа, действуя самостоятельно, пробивалась к своим объектам. Немцы открыли пулеметный огонь, непрерывно освещая местность белыми ракетами. Миномет, расположенный в парке, стал бить по центру Угодского Завода.

Коломенские бойцы ворвались в здание бывшего райотдела НКВД, где располагался кабинет высокого немецкого военачальника. В генеральском кабинете стоял сейф. Открывать его времени не было. Тогда милиционер Михаил Рамбовский – редкий здоровяк двухметрового роста – поднял этот самый сейф и потащил его к выходу. Он нес его до самого исходного рубежа. Там, поставив сейф на землю, от перенапряжения Михаил упал без чувств. Кода его привели в сознание, Рамбовский попробовал снова поднять сейф. Он даже не смог оторвать его от земли! Нести в лес сейф не стали – раскурочили его на опушке. Там оказались документы, да такие важные, что их спешно отправили в Москву.

Коломенцы помогли людям Карасева добить гитлеровцев, засевших в здании райисполкома. В том бою автоматная очередь срезала коломенского милиционера Теклюка, служившего начальником паспортного стола Щуровского отделения. Карасева, командира отряда, ранили в запястье, впоследствии ему пришлось ампутировать руку.

Немцы довольно быстро пришли в себя. Они заняли оборону, а потом стали контратаковать. После трехчасового боя, потеряв 18 человек убитыми и 8 ранеными, сводный отряд, выполнив задачу, организованно отошел, а потом, оторвавшись от преследования, скрылся в лесной чаще. Направляемые опытными проводниками из числа местных жителей, лесными тропами партизаны вышли к линии фронта. В лесах, где боевые действия не велись, эта линия была весьма условной, поэтому, пользуясь разрывами рубежей противника, также лесами, отряд вышел к своим. В условленном месте их ждали. Там сводный отряд разделился. В районе шоссе Серпухов – Москва коломенскую группу забрали грузовики, доставившие их в Коломну.

Возможная подоплека

О большом успехе объединенного партизанского отряда сообщало Советское информбюро, а 30 ноября 1941 года была опубликована статья в «Правде», в которой рассказывалось о том бое. Наиболее отличившиеся в этой смелой операции были представлены к правительственным наградам.

В своей книге «Воспоминания и размышления» Маршал Советского Союза Г. К. Жуков упоминает об этой операции:

«В ожесточенной схватке, продолжавшейся около трех часов, был полностью разгромлен штаб немецко-фашистского корпуса, уничтожено 600 солдат и офицеров, сожжено более 80 грузовиков и 23 легковых автомобилей, 4 танка, броневик, взорваны склады ГСМ и продовольствия, разгромлены автомастерские»[167].

Этот какой-то особенный интерес к атаке на Угодский Завод позволил возникнуть предположению, что, кроме видимой части партизанской операции, была и другая, менее очевидная, но более важная. По одной из версий нападение на штаб немецкого корпуса партизан было лишь отвлекающим маневром. Главной целью операции был выход особой «московской группы» под командой капитана-пограничника Жабо к деревне Стрелковка близ Угодского Завода, где жили родственники маршала Жукова, не успевшие эвакуироваться[168].

По воспоминаниям самого маршала Жукова, в Стрелковке оставались его мать, сестра и четверо ее детей. Родственники военачальника такого ранга, оказавшись в руках врага, могли стать объектом политической игры, использоваться для шантажа. Правда, маршал утверждал, что он успел вывезти родных прежде, чем Стрелковку и Угодский район захватили немцы. Но в тех же мемуарах Георгий Константинович очень подробно описывает, как инструктирует Жабо, отправлявшегося в тыл к немцам:

«Владимир Владиславович Жабо родился в Донецке в 1909 году. Кадровый офицер-пограничник, он отличался большим мужеством и храбростью. Мне его рекомендовали как исполнительного и решительного командира. Я принял его лично. В. В. Жабо понравился мне своей готовностью идти на любое ответственное дело. Как уроженец тех мест, где отряду предстояло действовать, я знал хорошо местность, где дислоцировались соединения 12-го корпуса противника, и дал ряд советов, как лучше выполнить поставленную задачу. Операция была успешно выполнена».

Между капитаном-пограничником и маршалом Жуковым дистанция в чинах и положении огромна. И время было самое горячее: Гудариан подошел к Кашире, Жуков готовил контрудар. В ту пору атаковать штаб 12-го корпуса в 100 верстах за линией фронта никакого смысла не было. Тем более странным кажется, что для такой локальной партизанской акции командира готовил лично командующий. Это если только не учитывать опасность для семьи Жукова. Столь тщательная подготовка атаки на Угодский Завод в дни, когда решалась стратегическая задача разгрома немцев под Москвой, пожалуй, и впрямь была вызвана необходимостью спасти мать, сестру и племянников маршала, стоявшего во главе войск, выведя их из немецкого тыла.

Есть и косвенное указание на то, что дело было именно так. Участники нападения